управлять своими эмоциями. Но Дэнир никак не отреагировал на это, он уже вновь повернулся к Халлеку. Заставил его снять потрёпанную кольчугу, обхватил ладонями плечи. Нордхеймец, не сдержавшись, взревев на весь распадок. По ветвям испуганно попрыгали белки. Одна врезалась в ствол сосны и упала неподалёку.
— Готово. Ну как?
Прислушавшись к себе, Халлек озадаченно хмыкнул.
— Не скажу, что заново родился, но в целом — превосходно. Благодарю.
— Да не за что. У меня сегодня хорошее настроение и удачный день. Так вы не знаете, что отдали за шестьсот монет? В той колбе была субст… вещество, с помощью которого когда-то создавали существ, подобных чуть не угробившему тебя котику. Это был ускоритель взаимодействий в исходной живой среде, скажем так. Из этого состава, исходной среды, маг способен вырастить любое мыслимое живое существо, хватило бы раствора. Буду не удивлён, ежели где-нибудь в Сусассе скоро появятся какие-нибудь милые тварюшки. Учитывая, в каком направлении работает Рашид, вряд ли это будет… красиво. Ну, что сделано, того не воротишь. А с ним у меня личной вражды нет. Будьте здоровы.
Дэнир подмигнул эльфине, дружелюбно похлопал Халлека по плечу и только собрался пойти по своим делам, как со стороны пустошей на дороге появилась ещё более странная, мало того, нелепая личность. Худощавый, среднего роста мужичок в широких пятнистых портках до колен, куцем плаще на голое тело, на ногах какие-то тряпочные лапти на мягкой подошве. Полы плаща были вышиты змеиными узорами, в левой руке он нёс короткий жезл с навершием в виде головы кобры. Приметнее всего была его собственная голова: наполовину гладко выбритая, наполовину украшенная стоячим, спадающим вбок алым гребнем волос. Сейда икнула. Количество происшествий на один день стремительно превышало все нормы. Уши и брови нового пришельца сверкали немыслимым числом серёжек и «гвоздиков».
— Зато со мной — есть! — гадко осклабился он на Дэнира.
— Это ещё кто, — прошептала эльфиня, пришедшая в себя. Правда, её слова услышал новенький.
— Кто-кто, тебе какое дело? И вообще, идите-ка вы нах..!
Ни Халлек, ни Сейда не успели ничего сообразить. Лесной распадок, ручей, прохлада предгорий — всё исчезло, закружившись. На них дохнуло жарким южным ветром, а в ноги твёрдо ударил камень. Они оказались посреди степи, а под ними лежала какая-то деревня. Халлек, протерев глаза, понял, что смотрят они на деревню с высоты так локтей ста, не меньше. И стоят…
Эльфиня, оглядевшись и посмотрев вниз, истерически захохотала. Халлек повернулся к ней.
— Ты чего?
— Нет, ты глянь! Послал так послал!
…В восточной части Рыжих Степей, посреди орочьего посёлка-стойбища, возвышался огромный фаллический монумент. На его вершине переминались двое, а внизу собиралась возмущённая таким святотатством толпа кряжистых орков и их мускулистых подруг.
Глава 24
Намерения отчётливо читались в каждом взгляде, и были они самыми серьёзными. Показавшийся из толпы шаман, побрякивая цепочками, бубенчиками и прочими причиндалами, подошёл к монументу. Вытянув руку вверх, он на сносном весталийском проревел:
— Осквернители! Взять их!
Халлек посмотрел, как волокут лестницы, и спросил:
— А что они намерены с нами сделать, если достанут?
— Не знаю. Но вряд ли пригласят в гости. Орки ооочень серьёзно относятся к своим святыням.
Горячий ветерок доносил запах браги. На окраине посёлка стоял дом, вытянутый полукругом шагов на пятьдесят, возле него сновали орки, не отвлёкшиеся даже на пришельцев. Там варили орочий спирт. Никаким спиртом он, конечно, не был. Охочим до ясности и краткости обитателям степей понравилось когда-то узнанное от путешественников слово. Но по эффективности жуткий, маслянистый самогон мало чем отличался. На родине Халлека похожей гадостью разводили смолу для огнеметных снарядов, которыми снабжали пограничные крепости. Унюхав, он прикинул высоту столба и вспомнил один ночной разговор.
— Сейда, ты сколько весишь?
— Никогда не задумывалась, но точно немного. Вдвое меньше тебя всяко. А что?
— Присядь пока, а то ещё перепугаешься. Сейчас полетаем, надеюсь.
Эльфиня послушно уселась, поджав ноги. Халлек разделся — чем вызвал яростные вопли внизу — свернул всё в тючок и зарычал в небеса:
— Свааальбааааард!!!
Пронзительно-голубое небо потемнело, став таким же густым, синим, как на севере, прямо над головой синева сгустилась в фиолетовую черноту и пала, обливая Халлека словно тёмной водой. Он почувствовал, как трещат, изменяясь, кости, тело наполняется какой-то бешеной мощью; необычно обострившийся взгляд вдруг позволил разглядеть каждый позеленевший бронзовый гвоздь на самогонном сарае. Сейда тихонько пищала с перепугу и от восторга. На верхушке столба стало тесно. Вместо человека там стоял небольшой, глянцево-чёрный крылатый ящер. Халлек попробовал шевельнуть пальцами ног, когти скрежетнули по камню, выскоблив в нём борозды. Обломки полетели вниз, ссыпавшись на головы особо ретивых орков, которые принялись связывать две лестницы, когда поняли, что одна не достанет. Движение плеч и лопаток вызвало волну, отдавшуюся во всём теле ломотой, но крылья повели себя как им положено, взмахнули и расправились вширь.
Осторожно переступив, он согнул удлинившуюся шею и посмотрел на Сейду. Она сидела, схватив тючок одежды, не способная выговорить ни слова. Ставшее чужим горло с трудом протолкнуло:
— Врррссстафай.
Выпрямив задние лапы, Халлек подивился высоте собственного нового роста. Орки попятились от столба. Обхватив эльфиню передними, он развернул крылья насколько смог и резко оттолкнулся. Падение, свист ветра в наростах, прикрывающих уши… воздух стал надёжной опорой. Выровнявшись в сорока локтях над крышами, чёрный дракон рванул несколько раз крыльями и стал набирать высоту. Сейда замолкла и только часто-часто дышала, вцепившись в мощные чешуйчатые лапы. За пару кругов они поднялись выше чем были сначала, Халлек, немного освоившись в теле ящера, попробовал пыхнуть огнём. Это был даже не огонь, просто струя раскалённого воздуха заколыхалась и растаяла.
Он прицелился и немного подобрал крылья, заходя на тот самый сарай.
— Ты чего творишь, сдурел?! — заголосила эльфиня.
Халлек ничего не ответил, он сосредоточился на длинной, покрытой высохшей и потемневшей дранкой крыше. Заклокотало, дерево стремительно обуглилось и вспыхнуло почти по всей длине. Напрягая силы, он замахал крыльями, так как знал, что сейчас произойдёт. Скорость позволила им улететь почти на полверсты, когда огонь добрался до чанов и перегонных баков. Тушить такой пожар в степях было просто нечем. Сарай лопнул гулким, прозрачным синевато-рыжим пламенем, обломки строения и куски оборудования разлетелись по всему стойбищу, вызвав множество пожаров поменьше. За посёлком в загоне толпились овцы, прихватив одну в пасть, дракон оставил орков разбираться с возникшими задачами.
Будут знать, как гостей встречать положено, — подумал Халлек, загребая крыльями воздух. Он не знал, сколько им придётся лететь, и старался забраться повыше. Поднявшись примерно на пару вёрст,
