- замялся священник, - он сделал дьявольский амулет, которым пожилая прихожанка излечила у себя перелом! Он омолодил её и её мужа неведомыми заклятьями… Он якшается с колдуном, который находится у нас под наблюдением! А еще дикие звери его слушаются!
Степан Никифорович вздохнул:
- А вы не подумали, уважаемый отец Алексий, что это, возможно, будущий подвижник нашей церкви? А его исцеления суть чудо, а? А если его вовлечь в лоно Церкви? Вы понимаете, что это будет значить?
Он встал.
- А вы сотворили большую ошибку, объявив его врагом человечества! Да еще кому? Его ближайшим родственникам!
Отец Алексий вжался в стул, сгорбился.
- Вам надо было, прежде всего, самому побеседовать с этим отроком, установить контакт, привлечь его в лоно Церкви! А то, что он с колдуном якшается, как вы изволили говорить, так и вы сами с ним тоже общаетесь и что? Он ведь и лесник, этот колдун, к тому же. Мало ли там какие дела, тем более в деревне?
- Сейчас достаточно сложные времена для нашей Церкви, - продолжил церковный «особист». – Гонения вроде бы прекратились, но, тем не менее, Церковь по-прежнему отделена от государства, которое исповедует идеологию атеизма. И надо быть крайне аккуратным, особенно в таких делах. Надеюсь, его установочные данные, фамилию, имя, отчество, адрес, школу, где он учится, вы записали?
Отец Алексий поспешно кивнул.
- Хорошо! И сходите еще раз к его бабушке, успокойте её. Если надо, извинитесь! Поняли меня?
Священник опять кивнул, встал, поклонился и вышел.
Степан Никифорович усмехнулся. Когда он приведет этого парня сюда, в епархию, сделает одним из своих… Когда, а не если! Вариант «если» он даже не рассматривал. Его не пугало, что парень атеист и комсомолец. То, что он творит чудеса, уже можно аргументированно ему доказать, что он получил Божий дар.
Глава 24
Скупой платит дважды, а дурак постоянно.
Бежевую «Ниву» с «колхозными» номерами я встретил на третий день практически у подъезда. Увидев меня, водитель, в котором трудно было опознать прежнего Пал Палыча, легко выскочил из салона и, раскинув руки, с радостной улыбкой направился ко мне навстречу.
- Я тебя третий день по всему Химику ищу! – сообщил он вместо приветствия и попытался меня обнять. – Я тебе так благодарен!
Я уклонился от его объятий и буркнул:
- Через полчаса вернусь. У меня тренировка!
И побежал на стадион, спинным мозгом чувствуя его взгляд.
Утреннюю зарядку я провел в обычном режиме, без всякого рода увеличений и уменьшений нагрузки: 7 кругов, 3 подхода по 15 подтягиваний, 3 подхода по 10 подъемов переворотом, покачал пресс на брусьях.
Даже Светка Быкова и та смолчала. У нас как-то получалось вместе заниматься, в одно и то же время. Первые три-четыре дня, точнее, утра, она надо мной подшучивала, теперь же просто здоровалась. А один раз даже попросила помочь, когда у неё свело судорогой ногу на шведской стенке во время растяжки. Стопа застряла между перекладин, и Светка попросила помочь освободить её. Даже спасибо сказала! Потом.
Разумеется, «Нива» всё стояла у подъезда. Открыв дверцу, Пал Палыч терпеливо ждал меня, сидя на своём водительском месте, открыв дверцу и спустив левую ногу на асфальт.
При виде меня, он снова вышел из машины, только уже не раскидывал широко свои загребущие ручонки, а просто шагнул навстречу мне и протянул руку.
- Здравствуй, Антон!
- Здравствуйте, Пал Палыч! – я сделал вид, что не заметил протянутой руки. – У вас ко мне вопрос?
- Антон, - Пал Палыч руку убрал, но улыбаться не перестал, взял меня за локоток и попытался сопроводить к скамейке. – Я тут вам долг привёз. Мы могли бы поговорить?
Прежнего Пал Палыча в нынешнем узнать было достаточно сложно. Разве что по чертам лица да по лысине. Волосы-то на голове так и не выросли. А сам бывший толстяк реально похудел за эти три дня раза в полтора точно! Животик исчез, второй и третий подбородки тоже. Даже пальцы на руках перестали напоминать сосиски. Да и помолодел он лет эдак на десять точно! Красавец-мужчина, одно слово!
Мы сели на место моих соседок. Пал Палыч протянул мне конверт.
- Это, извините, Антон, - он снова стал называть меня на «вы», - мой долг за… ну, в общем, вы понимаете…
И торопливо добавил:
- Вы знаете, я до конца не верил, что вы мне поможете, не думал совсем. Думал. Что вы один из этих шарлатанов-гипнотизеров. Я даже в больницу сходил, анализы сдал. Представляете, у меня все анализы отличные! И ЭКГ как у двадцатилетнего призывника!
- У восемнадцатилетнего, - поправил я. – В армию с 18 лет призывают.
Я открыл конверт, пересчитал купюры. Ну, конечно, как я предполагал, 7 купюр по 25 рублей, в итоге с теми 150-ю рублями 500 рублей.
- Здесь не хватает, - я вложил купюры обратно в конверт и вернул Пал Палычу. – Или вы мне будете долг по частям отдавать?
- Как не хватает? – Пал Палыч чуть не подпрыгнул от моего с заявления.
- С вас 5000 за лечение, - улыбнулся я. – Пять тысяч рублей.
- Отчего такая цифра? – улыбка на его лице перестала быть доброй. – Откуда такие расценки?
- Это не расценки, - улыбнулся я. – Это компенсация за моё потраченное здоровье и последующее восстановление. Или вы думали, что для меня все эти процедуры, которые я вам провел, для меня прошли бесследно?
- В общем, - я встал, повернулся к нему. – Когда вернете долг полностью, тогда мы с вами будем беседовать дальше. До свиданья!
И направился в подъезд, к себе домой.
- Подождите, Антон! – Пал Палыч вскочил и хотел было идти со мной. Я повернулся к нему опять:
- Ко мне домой ходить не надо! Пожалуйста.
- Антон, - вдруг взмолился тот так, что я даже остановился. – Выслушайте меня! Пожалуйста.
- Ладно, - я снова сел на скамейку. Он расположился рядом, придвинулся ко мне, чуть ли не касаясь меня всем телом и зашептал:
- Помогите мне! Мне надо, чтобы вы мою супругу тоже так… Ну, как меня омолодили. Ей
