всё, что ты ему прикажешь. Если, конечно, сможет справиться. Но с удовольствием хулиганит. Прикажешь ему пошуметь у кого-нибудь дома – всё, хоть святых выноси. Он этот дом на уши поставит. Только надо этот дом показать, чтоб он запомнил. Но только один, память у него такая. Покажешь другой, он первый сразу забудет. Захочешь, чтобы он вернулся – наклонись над шкатулкой и скомандуй «иди домой». Как он появится, сразу ему – «спи!». Если не скажешь спать, он будет колобродить, хулиганить везде, даже у тебя дома. Понял?
Я кивнул.
- Ну, поехали, я тебя отвезу домой… - предложил Василий Макарович. – Чтобы тебе ноги не топтать.
Как только мы выехали со двора, ворота сразу же закрылись. Краем глаза я увидел невысокое мохнатое существо, державшееся за створки. Ленсик поймал мой взгляд, пояснил:
- Шишок на хозяйстве.
Он остановился у калитки и, не заглушая двигателя, поинтересовался:
- У тебя какие планы?
- Пока здесь, - ответил я. – Через полторы недели в школу. Дня через три-четыре домой поеду, а что?
- Ехал бы ты домой, - посоветовал Василий Макарович. – Завтра же. Я тебя до станции подвезу. Или, если хочешь, до райцентра. Этот поп – нехороший он человек. И в покое тебя не оставит.
Он замолчал, вздохнул, потом продолжил:
- У них в церкви есть люди, которые за такими, как мы присматривают. Лет двести назад бы нас с тобой втихую в избах бы сожгли и глазом не моргнули.
- Это вам двести лет? – удивился я.
- Нет, - улыбнулся лесник. – Конечно, нет! Меньше! Я образно говорю. Так вот, - продолжил он. – Меня-то они знают, побаиваются. А вот на тебя могут попробовать надавить. Молодой ты еще, неопытный. Да и вообще они могут… как шлея под хвост попадёт!
Он мотнул головой.
- Чего?
- Ликвидировать тебя! – криво усмехнулся Василий Макарович. – Как класс. Это они с виду такие… Хорошие, душевные… А там, у них такие есть… Чисто инквизиторы!
- А в КГБ про них знают?
- В КГБ? – удивился лесник и задумался. – Наверное, знают. А может, и нет. А что, у тебя там знакомые есть? Хотя да, о чём я? Твой же дядя там работает!
- Дядя Саша в ГРУ служит, - заметил я. – Не в КГБ. У меня в Переславле знакомые кэгэбэшники есть. Помог я им со здоровьем.
- Всё равно, - лесник покачал головой. – Лучше будет, если ты уедешь. Твои друзья далеко, а от попа уже завтра можешь ждать гостей!
- Зря я ему «понос» не вставил! – задумчиво сказал я.
- Чего? – удивился Василий Макарович.
- Конструкт-заклинание «понос», - пояснил я. – До машины бы не успел добежать!
- Дурачина! – осуждающе ответил лесник. – Сейчас у него в отношении тебя только рассказ бабки и одни подозрения. А твоё заклинание было бы стопроцентным подтверждением наличия у тебя колдовских способностей. В общем, завтра в семь утра я тебя жду у твоего дома! Понял?
- Понял…
Глава 21
Возвращение блудного попугая
Вечером за ужином объявил, что завтра утром уезжаю домой. Дед Паша удивленно выгнул дугой седые мохнатые брови, баба Нюша смолчала.
Она вообще после отъезда священника со мной не разговаривала, только хмурилась и отворачивалась. Даже на ужин меня пригласил дед.
После возвращения от лесника домовой мне рассказал содержание разговора между попом и бабкой. Оказалось, что баба Нюша всё подробно попу рассказала – и про меня, про мои тренировки, медитации, а также про то, что иногда она по коридору ходит, а в терраску попасть не может, дверь словно пропадает… После её рассказа поп незамедлительно объявил меня исчадием дьявола, дескать, во мне искра «врага человеческого», я - «отродье люцифера» и всё такое прочее. Причем, со слов Трифона, так красочно, так убедительно всё это расписал, что бабка уже была готова сама меня выгнать из дома или воткнуть мне осиновый кол в горло.
У меня же в комнате в моё отсутствие поп переворошил все мои вещи, обрызгал кровать, стулья, стол, кресла и мою одежду водой. То-то я, когда переодевался, почувствовал, что одежда какая-то сыроватая!
Вечером, когда уже стемнело, когда загнали коров и овец по сараям, я я развесил влажную одежду на веревках во дворе просушиться.
Ко мне во двор вышел дед Паша.
- Что у вас тут стряслось, внучек? – поинтересовался он, усаживаясь на крыльцо. – Пока меня не было? Бабка ходит смурная…
- Деда, а ты у неё спроси! – посоветовал я. – Может, и расскажет…
Я протянул ему пачку карандашей:
- Только бабке не отдавай! Спрячь. А то она попу всё отдаст!
- Понятно, - протянул дед. – Хорошо…
Ровно в семь на своем «Уазике» меня ждал лесник. Я загрузил в салон свой рюкзак и сумку, сел на переднее сиденье.
- Поехали!
Меня никто не провожал: дед уехал на работу, бабка даже на крыльцо не вышла.
С Жихарем и Трифоном я попрощался накануне вечером в баньке.
- Бабка не зайдёт! – сообщил банник. – Я ей глаза отвёл.
- Ты уж извиняй, что так с попом-то получилось, - буркнул домовой. – Надо ему было дорогу заколесовать. Попросили бы Еремеича, ввек бы этот долгополый сюда не добрался бы.
- А Еремеич и здесь хозяйствует? – удивился я. – Я думал, что он только в лесу за рекой…
- Нет, - домовой мотнул головой. – Он хозяин всех лесов аж до каменной дороги!
Под каменной дорогой имелось ввиду шоссе, проходившее через райцентр. Авторитетный лесной хозяин получается Силантий Еремеевич! Большой силой обладает!
Жихарь протянул мне небольшой сверточек:
- Еремеич передать просил. Как знал, что ты уедешь.
- Ты приезжай, хозяин! – Трифон вдруг утёр глаза. – Бабку дуру дед вожжами воспитает, поумнеет! В другорядь думать будет!
- Воспитает, как же! –
