глядя на меня.
В несколько гребков я оказался на месте погружения Никиты. Сделал пару глубоких вдохов-выдохов и нырнул. Глубина оказалась приличной. И тут же сделал еще одно открытие, которому немало порадовался: оказывается магическим зрением можно видеть даже с закрытыми глазами!
Чуть ниже меня, на пару метров глубже Никита отбивался от трех созданий, похожих на гигантских сомов, но с руками! Два создания тащили его вниз за ноги, а одно, самое крупное, пыталось укусить своей жабьей пастью, полной острых конических зубов, то ли в лицо, то ли в шею. Никита отбивался от него, пытался оттолкнуть его руками, одновременно пытаясь освободить ноги.
Не помню, каким образом я выхватил кинжал, но, поднырнув, я воткнул его в бок самой опасной, на мой взгляд, твари – той, которая пыталась вцепиться парню в лицо. Почему-то я подумал, что если оно его укусит, то парня можно уже даже не вытаскивать.
Видимо, мой удар достиг цели. Существо мгновенно отказалось от атаки, толкнуло парня руками в грудь, отплывая от него, завертелось, скособочившись на раненый бок, и стало погружаться.
В груди стало жечь. Срочно потребовалось сделать хоть один глоток воздуха. Чисто на интуиции я пустил силу Жизни по организму. Сразу стало легче. Жжение прекратилось, желание глотнуть воздуха притупилось.
Тем временем Никита перестал трепыхаться, замер и стал погружаться. Всё, хана парню, нахлебался воды! Я нырнул поглубже, полоснул ножом одно из созданий, вцепившихся ему в ноги. До второго не достал – опять вернулось жжение в груди. Только подхватил левой рукой парня под руки и стал выгребать. Нож пришлось воткнуть обратно в ножны, иначе бы ничего не вышло. Жжение в груди стало уже совсем невыносимым. Еще гребок, еще!
Мы вынырнули. Я с жадностью вдохнул разок, другой. Никита не дышал. Фигня! Лишь бы его на берег вытащить! А тянуть его было тяжело. Я глотнул воздуха и снова нырнул. Белесое создание вцепилось парню в ногу обеими руками и отцепляться не собиралось. Без моей поддержки Никита снова стал погружаться. И ведь никто не поможет!
Я направил в парня импульс «живой» силы. Никита дёрнулся, затрепыхался, забил руками и ногами. Мне даже от него прилетело коленом по лицу. Я нырнул глубже, полоснул оставшуюся тварь то ли по плечу, то ли по голове – если этот овальный нарост на плечах можно обозвать головой.
Снова подхватил Никиту под руки и всплыл. При этом вдруг что-то мне вцепилось в предплечье. Я тряхнул рукой…
Меня ухватили за плечи, потащили к берегу. Никиту тоже. Помощь пришла. Я вышел из воды и рухнул прямо на берег.
- Живой?
Меня перевернули на спину.
- Ага, - выдохнул я. – За Никитой смотрите! Он успел нахлебаться.
- Нормально! – крикнул кто-то. – Дышит!
- Ништяк! – я встал, отошел к «своему» пеньку, сел и стал освобождаться от мокрой одежды. Стащил штаны, носки, майку. Кто-то мне принес мои кеды. Я поднял глаза. Возле меня стояла Юлька, подруга Аньки.
- Спасибо, - поблагодарил я.
Поодаль сидел Никита, обхватив себя руками. Кто-то набросил на него куртку.
- Что это было? – рядом на землю плюхнулся Валёк. – Там, на реке словно битва под водой была!
- Никита за корягу зацепился, - буркнул я. – Бревно что ли какой… За собой потянул, прикинь?
- А, понятно! – кивнул головой Валёк. – А он твердит, русалки, мол, русалки!
- Какие, нафиг, русалки? – отмахнулся я. – Пить надо меньше!
Подошел Семен, хлопнул меня по плечу:
- Мужик! Сам как?
- Нормально, - отозвался я.
- Мы этого, - он махнул рукой в сторону Никиты, - проводим. А то колбасит его не по-детски. А ты вроде, ничего, сам дойдешь!
Кстати, то ли на Никиту подействовало моё воздействие «живой» силой, то ли он оказался покрепче, но он даже не особо нахлебался. Во всяком случае, когда его вытащили из воды, он встал сам, без всякой помощи, правда, на карачки…
Я выжал майку, штаны, носки. Надел рубашку, безрукавку. Обулся. Мокрое решил не одевать. И так вроде прохладно. Дойду как-нибудь до дома, не замёрзну.
Я поднялся, подхватил скомканную одежду.
- Подожди, Антон!
Меня за локоть ухватила Юлька.
- Я с тобой! Не возражаешь?
Я ухмыльнулся:
- Я-то нет. А если твои предки нас увидят, да еще и меня в таком виде, а?
Юлька хохотнула:
- Не увидят! На улице темно, да и поздно уже!
Под ручку мы кое-как дошагали до моего дома.
- Если меня подождешь, я штаны одену и выйду, - предложил я.
Юлька пожала плечами:
- Подожду!
Я по-быстрому нырнул в терраску, подхватил первые попавшиеся штаны, оказавшиеся старыми трениками, в которых бегаю каждое утро на зарядку, напялил их, прямо не снимая обуви. Некогда!
Юлька сидела на лавочке. Я сел рядом, положил ей руку на плечо. Вроде как даже обнял и прижал к себе. Она не отстранилась, только повернулась ко мне и тихо сообщила:
- У меня парень есть…
- А у меня нет! – пошутил я и, сглаживая неуместную, может быть, шутку, добавил. – У меня девчонки нет.
- Просто ты мне понравился, - сообщила Юлька. – Ты такой смелый, отчаянный, сильный. Мой Кеша не такой, конечно. Но он тоже хороший, добрый.
- Кеша твой парень? – уточнил я.
- Да, в одном классе учимся. А ты в какой школе учишься?
- В 26-й, поселок Химик. А ты?
- Да ты что? – Юлька даже привстала. – ты живешь в самом бандитском районе?
- Где? – тут уже удивился я.
- Ну, Химик…, - уточнила она. – Самый бандитский поселок в городе!
- Что за ерунда, - скривился я. – Кто тебе такую хрень сказал?
- У нас в 17-й школе, - несколько высокомерно ответила Юлька. – Учатся дети руководства УВД, обкома партии и облисполкома. Вот, например, мой парень, Иннокентий – сын заместителя начальника отдела обкома. Они всё знают…
- Понятно, - кивнул я, вставая с лавочки. Интерес общаться с ней мгновенно пропал. – Что ж ты тогда своего Кешу бросила да в деревню поехала?
- Ничего я его не бросила!
- Ладно, ладно. Пойдем, я тебя провожу.
Я криво усмехнулся, всё равно темно, не увидит моей реакции.
- Спать мне пора!
Юлька резко встала, отряхнулась.
- Я сама дойду.
Я не возражать
