у колдуна Василия Макаровича структура магии какая? – спросил я у банника. – Похожа мою?
Жихарь развел руками:
- Думаю, что и он тебе ничем не поможет.
- Ну, в общем-то он мне отказал, - согласился я. – Этим и мотивировал.
- У тебя свой путь, - подытожил Жихарь. – Своя сила. Я бы тебе помог, мне не жалко. Даже бы гордился, вот, мол, ученика воспитал. Не получится, Антон…
Глава 17
О пользе самообразования.
Мне ничего не оставалось, как гонять силу по каналам да читать Анатомический атлас. Кроме своеобразного «расширения» каналов я заметил у себя существенное увеличение и уплотнение магического «клубка», находящегося в районе солнечного сплетения. Увеличилась дальность «хлыста» и «плети» - проверил на практике. «Плеть» доставала объект на 12 метров, «хлыст» подальше – на 20. «Дротик» теперь у меня летел метров на 50. Дальше его отследить у меня не хватало силы - магическое зрение «гасло» на таком расстоянии. Никак не получалось увеличить расстояние на «выстрел» конструкта «паралич» 5-6 метров, не больше, хоть тресни!
Непосредственно перед сном, предварительно попросив домового сделать «отвод глаз», я в Астрале занимался закреплением конструктов. Повторение – мать учения. В очередной раз, разбирая структуру заклинания магии Разума «ночной кошмар», я вдруг обратил внимание на принципы действия ее составных частей на объект.
Сама структура заклинания состояла из трех частей: первая часть привлекала внимание объекта, то есть фактически воздействовала на органы чувств (глаза, уши, нос, кожу, даже язык!); вторая воздействовала на гиппокамп (отдел человеческого мозга), вызывая из подсознания страх и самые негативные кошмары из сновидений; третья – воздействовала на воображение, формируя для объекта наяву эти самые страхи и кошмары.
От радости я мгновенно выскочил из Астрала, чуть не заорав «ура!» во весь голос.
- Ты что, хозяин? – рядом сразу оказался домовой. – Сон плохой?
Я подхватил Трифона под мышки, приподнял на вытянутые руки, подкинул разок, едва не приложив его головой об потолок:
- Я нашел! Трифон! Я разобрал структуру конструкта! Сам!
- Ой, хозяин! - завопил домовой. – Поставь меня! Поставь, говорю!
Я опустил Трифона на пол, вздохнул.
- Понимаешь, Трифон, получается, я могу теперь сам конструкты формировать!
Домовой важно кивнул:
- Пойду я, хозяин… Дела у меня.
И побыстрее, как мне показалось, типа, от греха подальше, слинял в щель между тумбочкой и стеной.
А я уселся на кровать, уперся спиной в стену и снова ушел в Астрал.
Уже через пять минут работы над структурой конструкта я понял, что, если добавить побольше «живой» силы в первую часть, воздействующую на органы чувств, это приведет к большему охвату аудитории, то есть площади. Также увеличивается расстояние действия заклинания. И, опять же, с увеличением дальности идет рассеивание. В Астрале, теоретически я высчитал, что максимальная дальность действия «ночного кошмара» у меня не превышает 10 метров.
Забыл сказать, что вся магия Разума питается магической силой Жизни. То есть в конструкты Разума для их усиления и действия вообще добавляют именно магию Жизни.
А что если в структуру конструкт добавить магию Смерти? Надо попробовать!
Анализируя дальше структуру конструкта-заклинания Разума «ночной кошмар», я установил, что добавление силы во вторую часть приведет к углублению в память объекта, в глубины его сознания, а также влияет на яркость вызываемого страха или кошмара (это я так условно).
Странно, но вот добавление силы в третью часть всего лишь влияет на длительность действия заклинания.
А еще я выяснил, что не могу быстро изменять конструкт, добавляя или снижая наполнение силой той или иной части. Герис научил меня заклинанию, в котором все части наполнялись постоянной величиной силы. Изменяя количество силы, я по факту кастую новое заклинание, которое, грубо говоря, чтобы применить, надо заучить! Потому что для изменения силы в структуре мне, как минимум, надо войти в Астрал!
Чтобы не мудрить, я сделал пару разновидностей конструкта с усиленной первой частью («ночной кошмар-1») и второй («ночной кошмар-2»).
А вот поменять силу и попробовать заклинание на ком-то я не рискнул. Кто знает, каков будет результат? А вдруг летальный? Если только на животных. А на ком? Собак с кошками мне жалко. У птиц мозги не те. Мишка теперь в лесу наверняка своей тени боится, запрятался так, что с собаками не найдешь.
Кстати, баба Нюша как-то обмолвилась, что местные мужики с лесником вместе облаву в лесу на днях устраивали, мишку искали. Так чуть сами не заблудились. Кружили два дня. И это вместе с Василием Макаровичем. Не дал Еремеич в обиду своего зверя!
Глава 18
К ему приводят ночные заплывы.
Вечером, после возвращения деда Паши, около восьми вечера баба Нюша выгнала меня на улицу:
- Иди, погуляй! Целыми днями со двора не выходишь!
Как ни странно, но дед её поддержал. Хотя действительно, я целыми днями только что и делал, что занимался. Занимался физкультурой – физзарядкой и плаванием. Занимался домашними садово-огородно-хозяйственными делами – от наполнения бочек водой, поливки до чистки свинарника и коровника. И, конечно, занимался магией.
На этом моя активная деятельность заканчивалась. Разок сходил в лес якобы за грибами, а на самом деле пообщаться с Еремеичем, который мне после беседы и презентовал корзинку белых да туесок из березовой коры с отборной малиной.
Ежедневные утренние заплывы, в том числе, в самый омут, где якобы водится всякая речная нечисть, мне в плане опыта ничего не дали. То ли вся нечисть разбежалась при моём грозном виде (шутка, конечно!), то ли после гибели водяника они все перевелись. Разумеется, во время своих купаний я не забывал цеплять на пояс кинжал ведьмака – на всякий случай. Случаи-то бывают разные!
А вот про пасторальный деревенский отдых я забыл напрочь, в том числе про вечерние посиделки с представителями местной и приезжей молодежи. Деду с бабкой моё затворничество было, по меньшей мере, непривычно и непонятно. Тем более, что в прошлом году я каждый вечер уходил
