не стал. Кстати, мой приятель по больнице Коля Воронцов тоже в 17-й школе учится. Элитная, какая-нибудь, наверное.
Глава 19
Русалочка.
Несмотря на ночные приключения утром я, как штык, в 6.00 проснулся на зарядку.
Жизнь в деревне уже кипела. Мычали коровы, которых выгоняли со дворов в стадо. Блеяли овцы, с которыми беспокойные селяне поступали таким же образом. У магазина периодически сигналил старенький грузовичок, собирая работяг.
Дед Паша завел «Уазик», у которого уже дежурили пятеро колхозниц, решивших доехать до места работы в относительном комфорте.
Пока я приседал, махал руками и ногами, разминаясь, машина прогрелась. Дед махнул рукой, зазывая садиться. Бабы, галдя, залезли в кабину – одна, самая крупная, на пассажирское сиденье, остальные, четверо – на задние.
Я подпрыгнул, ухватив перекладину турника. «Уазик» фыркнул, лихо развернулся и поехал за грузовичком, в кузов которого набились колхозники.
25 подтягиваний, 15 подъемов переворотом и я побежал к реке. После этой пробежки у меня, как всегда, планировалось купание. Только вот в воду, когда я подбежал к пляжу, последнее время лезть страсть, как не хотелось! Всё-таки лето уже подошло к концу.
Тем не менее, я разделся догола, благо вокруг никого не оказалось. Почесал левую руку. На левом предплечье на коже после ночных купаний у меня отпечатался овальный ряд от острых, как иглы, зубов. Кожу прокусить у этих самых «существ» сил не оказалось. Заклинание, наложенное мною перед поединком с Никитой, действовало час.
В результате от укуса остались два полукруглых ряда синих точек от иглообразных зубов. Ночью я этого не заметил. А сейчас стало как-то не по себе.
Я осторожно зашел в воду. Мурашки табунами пробежали по телу туда-обратно. И так несколько раз. Вода в реке и в самые жаркие дни не отличалась нормальной «человеческой» температурой – быстрое течение, многочисленные ключи. А уж по утрам… Я пересилил себя, нырнул с головой, проплыл несколько метров. Вынырнул, направился обратно. Уже выходя из воды, услышал тихий, томный, чарующий, пробирающий до печенок сладкий голос:
- Иди ко мне, любимый!
Меня словно по голове ударили. Я повернулся. В воде, где-то метрах в десяти от меня, не дальше, стояла по пояс голая молодая девушка. Длинные иссиня черные водопадом стекали по плечам, падали на крупные груди, почти скрывая их. Ярко зеленые глаза, казалось, прожигали насквозь.
- Иди ко мне! Скорей!
Девушка раскинула руки, стремясь заключить меня в свои объятия. Я шагнул к ней, закрывая пах. Увы, реакция моего юного здорового растущего организма на такое зрелище была вполне предсказуема.
А еще я подумал, что ей, наверное, нужна моя помощь. Ведь наверняка там, в глубине водятся такие отвратительные твари, что напали ночью на Никиту. Я наложил «каменную кожу». Обычную, которая держится всего лишь час, но работает в постоянном режиме.
Чарующий голос тут же пропал. Я поднял глаза. Передо мной в воде стояло то самое ночное белесое чудище с бесформенной конической головой и жабьим ртом и протягивала ко мне свои тощие руки-клешни.
На автомате я выпустил в упор «дротик», вложив в заклинание максимум «мертвой» силы. Тварь резко съежилась, прижимая руки к туловищу. После выпущенного «дротика» я махнул рукой, высвобождая по каналам «хлыст». Жгут «мертвой» энергии обвил туловище существа. Я что есть силы рванул «хлыст» на себя, рассчитывая выдернуть чудище на берег, жалея о том, что на этот раз оставил кинжал ведьмака дома.
К моему удивлению «хлыст» легко разрезал туловище существа пополам. Отрезанная верхняя половина скользнула в воду и тут же утонула. Нижняя часть тоже незамедлительно погрузилась.
Результатов своей деятельности я не стал, а развернулся, бешеным бегемотом, вздымая тучи брызг, выскочил из воды, подхватил одежду с обувью и, не одеваясь, босиком рванул домой.
Остановился я только метров через двести. Опустился голым задом на жесткую траву, не обращая внимания на возможные занозы. Отдышался, осмотрелся. К моему счастью рядом никого не оказалось. Я поднялся, надел трусы, треники. Сел, натянул носки, кеды.
За забором по соседству меня ждал Никита. Он махнул рукой, привлекая моё внимание. Я подошел, поздоровался. Он протянул руку через забор.
- Здорово! Бегал?
- Ага! – кивнул я. – И купался. Режим.
- Ты это, - он замялся. – Извини за вчерашнее. Перебрал я вчера…
- Да ладно тебе, - отмахнулся я. – С кем не бывает? Забей!
- Понимаешь, - он вдруг стал оправдываться. – Алешка мне в уши надул, что вы его здесь зачморили совсем, проходу не даёте и всё такое. Ну я… А ты мне, походу, жизнь спас.
Он перегнулся через невысокий палисад, сказал тихо, почти шепотом:
- Я реально русалок видел! Правда!
Я щелкнул пальцем по горлу:
- Всё из-за этого. Да плюс еще вода холодная… Вот и почудилось. Я ж сам видел, что ты за корягу зацепился. А коряга сучком бревна оказалась. Вот оно тебя и не пускало. Я сам видел, когда нырнул. Что я тебе, врать что ли буду?
- Не веришь, значит, - он продолжил шептать. – А я почему тогда в воду полез? Меня русалки позвали!
Я снова отмахнулся.
- Думаешь, глюки? – недоверчиво спросил он.
Я кивнул.
***
- Русалки это! – авторитетно заявил банник Жихарь. – Какой дурачина в полнолуние после Ильина дня купается?
- А сегодня? – спросил я. – Почему сегодня утром она на меня напала?
Сразу после разговора с Никитой я направился к баннику, которому рассказал всё в подробностях и про ночное событие и утреннее.
- Отомстить! Она тебя утащить захотела! – ответил Жихарь. – Хоть утро и не её это время, но, видимо, сильно отомстить решила за своих подруг. Ты ж их всех убил!
- Убил? – тупо переспросил я.
- Твой нож убивает таких, как мы, независимо от того, куда ты ударишь! – терпеливо пояснил Жихарь. А утром она тебя без ножа увидела, вот и позвала на свою голову. Затащила бы под корягу и грызла бы тебя потихоньку пополам с раками.
- Почему она тогда перестала меня звать, когда я защиту поставил? – пожал плечами я.
Жихарь отмахнулся, зевнул, прикрывая, словно человек, рот ладошкой:
- Потому что они
