устройство человеческого тела. Потом — магические ритуалы.
Если ничья жизнь, кроме жизни самой Элизабетт и её Бога На Земле, не имеет значения… получается, что этот ресурс можно использовать себе в угоду?
Она быстро научилась превращать чужое время в свою энергию. В тридцать Элизабетт выглядела, как юная девушка. Нераспустившийся цветок с гнилостно пахнущей сердцевинкой. Всегда свежа, прекрасна. Вечна.
Энергии, получаемой от людских ресурсов, становилось слишком много. Встал вопрос о том, как же её сохранять; Элизабетт, хоть и не считалась с чужой жизнью, весьма трепетно относилась к тому, что уже считала своим. Естественно, энергия, которую она добывала в ритуалах и жертвоприношениях, имела для неё большую ценность.
В это же время её Король, её Бог На Земле, её дорогой отец-не-по-крови, — а может и по крови, никто не знал, но Элизабетт нравилось думать, что… — заболел. Человеческое тело, неспособное вместить всю Божественную Сущность, дряхлело. Обряды, поддерживающие его жизнь, больше не помогали. Вся добываемая энергия, не помогала, сколько бы крови Кроули не лила во имя чужой жизни. Король умирал.
Тогда Элизабетт решилась.
Она знала, что душу можно поймать; знала Кроули также и то, что при достойной подпитке любая душа может пробыть в руках мага сколь угодно долго. План был простым, а оттого действенным: одной из тёмных ночей Элизабетт пробралась в спальню своего дорого отца, погрузила руки в его грудь и вытащила прекрасную сверкающую жемчужину чужой души.
Тело Короля рассыпалось прахом, и весь следующий день придворные искали пропавшего монарха. Элизабетт, глядя на эти крысиные бега, только улыбалась: на её шее на тонкой нити висела крупная розовая жемчужина.
Её дорогое сокровище. Её Бог, который теперь всегда будет рядом.
Она отдалилась от двора. Новый король не разделял её взглядов на человеческую жизнь, однако был довольно мил и не стал отбирать власть и знания, которые Элизабетт накопила за время правления его предшественника. Он дал ей возможность уйти на свои земли, — «родители» к этим годам уже были мертвы, — и заниматься тем, чем маркиза Кроули захочет. Практически без ограничений… в честь памяти прошлого монарха, конечно же.
Учитывая, что впоследствии творила Элизабетт, возможно, было бы милосерднее для мира убить её сразу.
Жемчужине Короля требовалась энергия, чтобы душа не ушла на перерождения. Элизабетт была плоха в алхимии и совсем не изучала раньше создание големов, так что пришлось найти способ поддерживать не-жизнь своего дорогого отца до его триумфального воскрешения. Самым простым способом оказалось использовать другие души: вытаскивая их так же, как и душу Короля, Элизабетт нанизывала жемчуг на длинные прочные нити и обнимала ими свою шею.
Она ощущала, как энергия других ресурсов по заговорённым нитям стекается к центральной жемчужине её Короля. Она была довольна и искала способ вновь подарить своему не-родителю, своему Богу На Земле новое тело. Чтобы все увидели его сияющую сущность.
Големы не подошли. Мёртвые тела — тоже. Одержимость? Элизабетт пробовала, однако живое тело всегда отторгает подселенца, даже если помогать последнему извне.
Ещё и жемчужины регулярно пытались разлететься. Заговорённая нить истончалась, а рвать или менять её было нельзя — в противном случае Элизабетт рисковала потерять душу своего Бога На Земле. Пришлось прибегнуть к помощи со стороны и укреплять связующую нить призванной энергией.
Лучше всего для этого подошла демоническая. Призываешь одного, закабаливаешь его, надеваешь подавляющие кандалы и ни о чём не думаешь следующее столетие. Духи для этой цели не годились, слишком быстро развеивались. Стихии чуть не уничтожили нить, потому что она была для них противоестественна. Ангелы и им подобные сущности просто не отвечали на призыв. Божки… ну, тут тоже неудача.
А ведь Элизабетт не так много просила…
Появление Джейн Смит — подарок судьбы. Если бы Элизабетт захватила её душу, то наречённый кухонной ведьмы добровольно делился бы энергией. Все знают, что сила, отданная без злого умысла, всегда лучше… Элизабетт отдала бы душу Смит демону, лишь бы тот помог сохранить заговорённую нить.
Лишь бы помог сохранить душу её Бога На Земле рядом с ней, на её шее… даже если Элизабетт уже давно не искала способа вернуть своему дорогому, любимому не-отцу человеческое тело.
Зачем ей это? Ведь тогда он может захотеть уйти от неё.
Глава 28. Жемчуг
— В здании нарушители, — услышала Глава тихий, лишённый эмоций голос за спиной.
Раздражение мгновенно поднялось удушающей волной, заполнило собой тело Элизабетт и выплеснулось через рот злобным шипением:
— Пошёл прочь.
Зомби, естественно, не обиделся. Поднятые немёртвые вообще не могли обижаться. Чувствовать и думать самостоятельно, впрочем, тоже, а это уже большой минус.
Вот поэтому она и старалась не связываться с некромагией. Силы уходит куча, а результат… мда.
Элизабетт немного повернула голову, боковым зрением выхватывая фигуру Джеймса. Тупое умертвие, неспособное ни на что годное. Её очередной провал, злящий самим своим существованием. Нужно было развеять его сразу, но в Ковене не осталось ни одного верного человека, только тени магов прошлого… тени не могли двигать предметы и носить тяжести, так что пришлось оставить Джеймса просто ради собственного удобства.
— Ты меня не слышал? Пошёл прочь! — зомби не шевельнулся, и Элизабетт тяжело вздохнула. — Уйди в пустую комнату и жди меня там, пока не позову по связи. Пошёл!
Джеймс развернулся и вышел из комнаты, даже дверь за собой не закрыв. Элизабетт потёрла сухие глаза, пытаясь справиться с нахлынувшим негативом. Эмоции на потом, сейчас нужно разобраться с новой проблемой.
Проклятый Джеймс даже не сказал, где именно ей искать нарушителей. Что за бесполезный кусок мяса!
К сожалению, не каждый из людей мог стать жемчужиной. Элизабетт не знала, с чем это связано, — ну не с отсутствием же души у ресурса, в самом деле, — однако неизменно каждый раз раздражалась, когда обряд шёл не так, как она планировала.
Отступление от плана — всегда плохо. Это Элизабетт быстро выучила и подтверждала для себя из года в год. И вот, сейчас, сначала пошли проблемы с обвязыванием души Джейн, потом — с тем, чтобы вырвать жемчуг из груди Джеймса. Затем неудавшийся ритуал призыва демона; обряд, вообще-то, прошёл правильно, да и демон после него несколько раз появлялся на территории Ковена, однако в глаза Элизабетт его так и не увидела. Существо приходило и уходило, не тревожа охранные заклинания Кроули и не давая знать о себе. Кроме последнего раза.
Гнев переполнил её. Элизабетт закричала и сбила со своего алтаря свечи и тарелку с яблоками. Гнилые плоды даже до пола не долетели — истаяли в
