что нет, ничего подобного он не слышал. Почти все главные храмы города были «разобраны» под покровительство членами королевской семьи, и только храм святого Себастьяна не имел своего официального попечителя. Может быть, именно потому, что на самом деле у него все эти годы был один единственный, неизменный и могущественный покровитель: принц Себастьян Монморанси, которому они служили верой и правдой втайне от всех, а он заботился о процветании храма и его братии.
И это значило, что, едва он вышел из Чёрной башни, освобожденный королём, как за ним тут же последовали люди Чёрного лорда. Они не пытались убить его, им нужно было захватить его живым, и если б не призрачный пёс, они сумели бы сделать это. Значит, с самого начала Чёрный лорд знал об этой интриге и о том, что она связана с усыпальницей принца Филиппа. Так или иначе, он всегда оказывался рядом, преследуя свои цели и мало заботясь о других участниках этой запутанной игры. Он видел всю картину со стороны и знал, когда следует просто наблюдать за другими игроками, а когда нужно вмешаться.
От его мрачной фигуры в чёрном плаще веяло ужасом, его пристальный взгляд пронзал до самого сердца и обдавал леденящим холодом. И теперь, спустя время после той первой встречи Марк чувствовал, что этот человек внушает ему ещё больший страх. Теперь он начал понимать, что является лишь рядовой фигурой на большой шахматной доске, над которой простёрта бледная рука, и он понятия не имел, коснуться ли эти пальцы его или кого-то другого. А ведь лорд уже пытался его убить…
Марк протестующе покачал головой, отгоняя внезапно возникшую панику. Чёрный лорд вызывал в его душе тот же мистический ужас, что и другие проявления тёмной магии, он был непредсказуем и смертельно опасен, и Марк не видел ни единой возможности защититься от него. Но если взглянуть на эту историю без лишних эмоций, что может значить его участие в ней? Он знает об усыпальнице и ему известна её тайна, судя по всему, он заинтересован в сохранении этого секрета. Он узнал, что усыпальница вместе с замком и Лормом перешла в руки нового владельца, но Марк заверил его, что не ползал по подземельям и, следовательно, ничего не нашёл. Тогда он, кажется, поверил ему, но потом… потом в эту историю влез граф де Полиньяк со своими амбициями. Он силился добраться до усыпальницы, попутно пытаясь устранить Марка и его деда. Решил ли Чёрный лорд, что Марк всё же что-то знает, и де Полиньяк запер его, чтоб выведать секрет? В любом случае, он как-то узнал о том, что король выпустил его из темницы, и послал по следу своих гончих. Марка спас призрачный пёс, и Чёрный лорд потерял его след… на какое-то время.
Марк снова вспомнил нежную, полную очарования улыбку Аргента и его ловкие пальцы, зашивавшие раны. Это он подмешал ему в вино отраву, больше некому. Он сказал, что за дверью кто-то есть, Марк отошёл от стола на краткий миг, но тем ловким пальцам достаточно было и мига, чтоб подсыпать что-то в кубок. И он всё равно привёл его в свой красивый пустой дом, где кроме него обитает лишь этот жуткий горбун Густав. Кто узнал бы об этом, если б Марк умер там от яда или под пытками? Да никому и в голову не пришло бы искать его у странного и такого легкомысленного на вид алхимика. Однако ему удалось сбежать от него, намекнув на то, что раньше он сказал Чёрному лорду неправду. Аргент насторожился и, чтоб узнать больше, дал ему противоядие.
От одной мысли, что в храме святого Себастьяна его могли узнать, его прошиб пот. Если б они пожелали схватить его, чтоб передать своему патрону, у него уже не было бы шансов. Не де Полиньяк со своей шайкой наёмников, а именно Чёрный лорд внушал Марку настоящий страх. Именно потому он и отказался от намерения говорить со старшим жрецом и постарался убраться из храма, пока его не узнали. Он ещё не знал, что будет делать дальше, но всё же испытал некоторое облегчение от того, что вовремя заметил опасность и избежал её. Он решил вернуться в своё убежище и ещё раз обдумать сложившуюся ситуацию. В конце концов, у него осталась лишь одна ночь, и уже к утру он должен вернуться в свою камеру в Чёрной башне и предстать перед судом. Он уже был готов к этому, он имел на руках все карты, чтоб отразить нападение де Полиньяка на себя, но его куда более беспокоил заговор против короля, связанный с драгоценной усыпальницей. Должен ли он ещё что-то сделать в ближайшее время? Ему нужно было всё обдумать в спокойной обстановке, и он уверенно шёл в направлении дома книжника Кляйна.
В этот самый час Аргент сидел в уютной гостиной Феликса де Полиньяка, и в его тонких белых пальцах мерцала витая ножка серебряного кубка. Феликс сидел напротив него и смотрел на своего приятеля едва ли не влюблённо. Ему всё нравилось в молодом алхимике: его красота, умение одеваться, изысканные манеры и мягкая ирония. Он с трепетом ловил на себе взгляд искристых чёрных глаз и поспешно улыбался в ответ на его нежную улыбку. Аргент был умён и знал множество разных интересных вещей, он всегда был в курсе всех сплетен и новостей, хотя никогда не бывал при дворе. И к тому же он умел делать золото из любого металла, отчего дружба с ним сулила немалые выгоды.
— Так вы решили поймать графа де Лорма? — спросил Аргент, взмахнув чёрными пушистыми ресницами, и пригубил вино.
— Тебе его жаль? — немного ревниво спросил Феликс. — Я слышал, ты с ним дружен, и даже был у него в гостях.
— Пару раз. У него роскошный дом и красивая жена. К тому же там подают изумительное вино из Лианкура, которое двадцать лет выдерживалось в холодных подвалах его дома. Он умён, красив и обаятелен, — на губах Аргента появилась усмешка, — но я бы не сказал, что мы друзья. Он слишком занят своими делами, к тому же служит в тайной полиции, что не способствует доверительным разговорам. Он — прославленный герой, и ему не так чтоб интересно было общаться с таким человеком, как я. Мне просто в какой-то момент пришлось оказать ему услугу, и в благодарность за это он пригласил меня на ужин и был при этом очень учтив.
— Ты рассказывал ему о своих
