— Потрясающее чувство, да?
Его баритон взбаламутил огромный рой бабочек в моём животе.
— Какое чувство? — спросила я, стиснув стакан в руке.
— Вот это. — Он указал взглядом на наши соприкасающиеся плечи. — Ты и я. Вместе.
Моё сердце пропустило несколько ударов. Я, мотая головой, попыталась отстраниться от него, но я и так уже сидела на самом краешке, и двигаться было некуда. Почему, блин, эти барные стулья такие узкие?
И почему, чёрт возьми, моя попа такая огромная?
Трейс усмехнулся.
— У тебя идеальная попка.
Мои щёки чуть ли не заполыхали огнём. Я резко повернула голову и прожгла его взглядом.
— Не делай так больше! — возмутилась я и оттолкнула его, разорвав контакт и прямой доступ к моим мыслям. Я даже не стала заострять внимание на его комментарии. Честно, это уже выше моих сил.
— Не делать чего? Комплиментов? — уточнил он, вскинув брови. Его губы изогнулись в кривой ухмылке.
— Не смей читать мои мысли без разрешения. — Я отпила виски, после чего добавила: — и не смотри на мою задницу.
Он снова засмеялся, и звук это был таким же насыщенным и глубоким, как неизведанная пещера.
— Ничего не могу поделать с первым и уж точно не могу пообещать второго.
Я пихнула локтем в его бок, пытаясь скрыть улыбку. Меньше всего я бы сейчас хотела дать ему понять, что считаю его весёлым… и обаятельным. Это сто процентов только заведёт его.
Или, скорее, заведёт ещё больше, чем уже.
— Так где же этот твой таинственный бойфренд? — спросил он, заметив, как я оглядываюсь на дверь, и сделал глоток из своего стакана.
— Видимо, задерживается на работе.
Я пожала плечами, как будто это сущий пустяк. И я бы сочла это ерундой, будь это правдой. Вот только Доминик — не мой бойфренд, и никакой работы у него нет. Он сейчас дома, со своей прародительницей — и это в тысячу раз хуже любой лжи.
— Знаешь, — произнес он, снова прижавшись плечом к моему, и глядя на меня из-под полуприкрытых век. — Будь ты моей девушкой, я бы никогда не заставил тебя ждать. Да я бы вообще ни на секунду не выпустил тебя из поля зрения, если уж на то пошло.
Не придавая значения колотящемуся сердцу, я сощурила глаза.
— Ты опять флиртуешь со мной? Я думала, мы уже разобрались с этим.
Он лукаво ухмыльнулся.
— Я бы сказал «прости», но это было бы неискренне.
Он сражает меня наповал восхитительнейшим образом.
Я бы хотела забыть прошлое и будущее и просто податься к нему навстречу, целуя до тех пор, пока губы не опухнут. Но я понимала, что нельзя. Мы и так уже зашли слишком далеко. Я должна поставить точку раз и навсегда.
— Вот тут ты ошибаешься, — ответил он, и я тут же отпрянула от него, поняв, что он снова читал мои мысли. — Мы ещё даже не начинали.
— Я же сказала, у меня есть парень. Ты меня в этом плане не интересуешь.
Я отвернулась прочь от его пронзительного взгляда и снова отпила виски. Я слишком долго увиливала, когда надо было говорить прямо. Уж если после этого он не поймёт намёк, то я не знаю, что делать.
— Хочешь открою секрет, Джемма? — спросил он, совершенно сбив меня с толку.
Я посмотрела ему в глаза, пытаясь понять, в себе ли он, потому что это прозвучало как-то слишком внезапно и не к месту.
— Эм, давай.
Он развернул ладонь и согнул указательный палец, подманивая меня ближе. Вопреки здравому смыслу, я подалась к нему.
— Я знаю, что ты мне врёшь.
Я отодвинулась и закатила глаза, хотя внутри всё сжалось.
— Я много о чём вру. Секрет мог бы быть конкретнее.
— А я и не договорил, — ответил Трейс и развернул мой барный стул так, чтобы я оказалась лицом к нему. Мои ноги оказались зажаты между его. Я попала в его плен. — Видишь ли, мне в последнее время какие только сны ни снились о тебе, но суть в том, что они слишком реальные для снов. И больше похожи на воспоминания.
С колотящимся сердцем я постаралась развернуть стул обратно, но Трейс схватил меня за бёдра и удержал на месте.
— Поэтому я повторю и специально для тебя буду очень конкретен, — продолжил он, наклонившись ко мне так близко, что его лицо было всего в паре дюймов от моего. — Я знаю, что ты врёшь мне о том, что я тебе не интересен.
Он сказал это без малейшего намёка на сомнения или неуверенность в своих словах. Хоть он и обвинял меня во лжи, на его лице не было злости. Уголки его губ были приподняты, а глаза неотрывно смотрели в мои, словно он был заворожён.
Я открывала и закрывала рот, как рыба на суше. У меня буквально не было слов. Ни одного аргумента против. Ничего. Я просто потеряла дар речи.
— Хочешь знать, что я думаю? — спросил он и, не давая мне времени на ответ, продолжил: — Я думаю, что у тебя есть чувства ко мне, но в прошлом учебном году между нами что-то случилось. Что-то серьёзное. — Он наклонил голову вбок и свёл брови, пока его полный любопытства взгляд скользил по моему лицу. — Не знаю, что именно и почему ты не хочешь говорить об этом, но я уверен, что это что-то между нами.
Выпав из ступора, я прочистила горло и замотала головой.
— Не понимаю, о чём ты гово…
— Понимаешь, — бесцеремонно перебил он. Его голос был ровным и спокойным, как гладь озера. — Но будешь упорствовать в своей лжи. Ну, ничего. У меня ещё есть время во всём разобраться, — сказал он и облизнул губы.
Мой взгляд тут же упал на его губы. Я мысленно обругала себя за это, потому что он заметил и ухмыльнулся.
Так держать, Джемма.
— Трейс… — Я покачала головой и тяжело сглотнула. Горло превратилось в наждачную бумагу. Мне хотелось сказать Трейсу, чтобы он оставил прошлое в покое — ради его же блага. Но я не могла сказать этого ему, ведь в его голове могут сработать десятки датчиков сигнализации. — Мне пора.
Он резко выпрямился и изогнул бровь.
— Я думал, ты ждёшь своего парня?
— Как видишь, он сегодня не смог прийти.
Я допила остатки виски и оттолкнула его ногу, чтобы слезть с барного стула. Моя рука едва ли не задрожала от прикосновения, но я старалась не подавать виду.
Мне нужно нырнуть обратно в свою реку отрицания и утонуть в ней, если потребуется.
Трейс развернулся на своём стуле лицом ко мне, спиной к барной стойке.
— Выпей ещё со мной.
Я быстро замотала головой.
— Надо уметь вовремя остановиться.
— А как же веселье? — спросил он, уперев локти в барную стойку за собой.
— Не очень-то весело напиваться в хлам в середине недели. — Я бросила на него укоряющий взгляд. — Или ты теперь всегда так делаешь?
Он расплылся в улыбке.
— Я готов, если так я смогу провести больше времени с тобой.
Чёрт. Надо. Срочно. Уходить.
— Пока, Трейс.
Я уже собиралась уйти, добавив «увидимся завтра», как вдруг меня накрыло осознание жестокой реальности, и я притормозила.
Завтра мне предстоит пройти за Завесу, и есть вероятность, что я никогда уже оттуда не выйду. Что, если я никогда больше его таким не увижу?
Что, если у меня не будет другой возможности сказать ему всё, что я хотела бы ему сказать?
— Ты в порядке? — спросил он. Скорее всего, потому что я стояла на месте, ничего не говоря, и со стороны это выглядело максимально странно.
Я развернулась лицом к нему, испугавшись до глубины души, что это мой последний шанс. Не думая дважды, я сделала то, о чём собиралась впоследствии пожалеть. Я сказала слова, которые мне безумно хотелось сказать ему с той самой ночи, как он испустил свой последних вдох у меня на руках.
— Чёрт, мне так жаль, — сказала я. Слёзы, которых никто не просил, собрались под веками. — Если бы я могла это изменить — повернуть время вспять и поступить иначе, — я бы это сделала. Не задумываясь.
Его взгляд смягчился.
— Джемма.
— Я просто хотела, чтобы ты знал это, — поспешила добавить я, потому что не вынесла бы ни одного слова от него. Ни одного его любопытного и в то же время пленительного взгляда. — Береги себя, ладно?
С этими словами я развернулась и ушла, оставляя его с миллионом вопросов и вполне реальной вероятностью того, что он никогда не получит ответы.
