Поймав взгляд хозяина, Вигмар невольно вздрогнул: ему вспомнилась мать, и всем существом он ощутил смутный стыд, неприязнь, горечь. Конечно, это он. Лицо было смутно знакомым: много лет назад маленький тогда сын Хроара видел этого человека, гостившего то ли у Логмунда, то ли у Стролингов. Девятилетнего Вигмара мать не брала на пиры, которые в изобилии устраивались той зимой, но один или два раза Вальгаут заезжал и в Серый Кабан. А Хроар зимовал в тот год за морем, у слэттов. А потом родилась девочка, которую хотели выбросить в лес. И выбросили бы, если бы Вигмар не заступился. Он слишком любил свою мать, чтобы позволить причинить ей такое горе. Любил, хотя и понимал, что она опозорила их всех. При виде человека, отчасти виновного в том позоре, Вигмар с особенной остротой и ясностью вспомнил мать, и горе на миг всколыхнуло сердце с такой силой, будто мать умерла лишь вчера.
– Кто вы?– низким, густым и звучным голосом спросил Вальгаут хельд.– Откуда вы – с Севера или из Нифльхель?
– Мы слышали, что ты гостеприимен, Вальгаут,– ответил Гуннвальд, пока Вигмар пытался взять себя в руки.– Брат Ингстейна хевдинга надеялся, что ты хорошо примешь его посланцев. Сейчас времена такие, что добрым людям лучше держаться друг за друга покрепче, а не то рауды и фьялли перебьют нас поодиночке.
– Я никому не отказываю в гостеприимстве и всегда хорошо принимаю посланцев Ингстейна хевдинга, равно как и всякого другого достойного человека,– отвечал Вальгаут. Девушка, похожая на Эльдис, как дух-двойник, стояла за почетным сиденьем хозяина и прижималась лицом к руке Вальгаута, положенной на подлокотник.– Простите, если я был неучтив. Но моя дочь прибежала с криком, что явилась ее фюльгья и она скоро должна умереть… Я вижу среди вас девушку… Она в самом деле живая?
Глаза Вальгаута остановились на Эльдис. Она боялась поднять голову и кожей чувствовала десятки изумленных и встревоженных взглядов, устремленных на нее со всех сторон. Дочь Вальгаута! Другая дочь!
Девушка украдкой подняла заплаканное лицо и тоже посмотрела на Эльдис. На щеках ее блестели мокрые следы слез, но светло-серые глаза уже смотрели осмысленно, с любопытством. Теперь Вигмар заметил, что между нею и Эльдис все же есть различия: у Эльдис волосы темнее, зато у ее «фюльгьи» румянец на пухлых щечках гораздо ярче. И она моложе года на два.
– Если твоя дочь испугалась, то в этом нет нашей вины,– заговорил Вигмар. Напрасны оказались их прежние замыслы: спрятать Эльдис не удалось, и придется рассказывать.– Мое имя – Вигмар сын Хроара Безногого из усадьбы Серый Кабан. Моя мать звалась Вильдис дочь Донмара. Может быть, ты встречал ее?
В глазах Вальгаута что-то дрогнуло.
– Эта девушка,– Вигмар легким кивком указал на Эльдис,– моя сестра. Она дочь моей матери, но мой отец никогда не признавал ее своей. Она родилась пятнадцать лет назад. И ты, Вальгаут хельд, сам можешь догадаться, почему она так похожа на твою дочь.
Гридница загудела: любой догадается, в чем тут дело. Вальгаут молчал, пристально глядя на Эльдис, словно хотел взглядом проникнуть той под кожу, увидеть в лице скрытую суть, понять, не обманывают ли его глаза и память. Не только потеря родичей переворачивает мир. Обретение тоже.
– Я не хотел бы прослыть негостеприимным,– выговорил наконец Вальгаут.– Садитесь. Я прикажу подавать еду. Посланцев Ингстейна хевдинга нужно хорошо принять… особенно если они оказались моими собственными родичами.
Многие из гостей вздохнули с облегчением при этих словах. Но Эльдис так и не решилась поднять глаз: она еще не поняла, рад ей ее отец или нет.
Челядь внесла столы, подали сначала хлеб и сыр, творог с мукой и салом, гороховые лепешки, потом из кухни потянуло запахом рыбной похлебки и жареного мяса. Тем временем Вальгаут расспрашивал гостей о событиях на севере – этот разговор не из тех, с которым можно вежливости ради ждать хотя бы несколько дней. Вигмар был рад отметить, что они попали к умному и дельному человеку: Вальгаут слушал внимательно, задавал четкие вопросы и сам мог немало рассказать.
– Конечно, Хегстейн прав: чем лучше мы поможем Северу, тем меньше врагов доберется до нашей земли,– говорил он.– Но едва ли Фрейвида хевдинга сейчас можно застать дома. На тинге Острого мыса он просватал свою дочь за молодого Вильмунда конунга и теперь живет вместе с ними на озере Фрейра, в усадьбе Конунгагорд. Это в трех-четырех днях пути от Острого мыса.
– Не очень-то близко,– вставил тот длинноволосый старик, который встретил гостей в дверях. Это был Эдельмод, воспитатель детей Вальгаута.
– Но гораздо ближе, чем от нас,– ответил ему Вальгаут.– Пока мы до них доберемся, пока войско оттуда доберется сюда – раньше Середины Зимы невозможно успеть.
– Разве что Один одолжит нам Слейпнира,– опять вставил Эдельмод.
– Понадобится целый табун Слейпниров, так что нечего и говорить,– отмахнулся Вальгаут.– А о Стюрмире конунге ничего не слышно с тех пор, как он уплыл к слэттам. Так что придется нам как-то управляться самим, без него.
– В ваших местах можно собрать войско?– спросил Вигмар.
Вальгаут слегка пожал плечами:
– У нас здесь хорошие места, много людей. Но я не конунг и не хевдинг, чтобы посылать ратную стрелу. Я могу собрать своих друзей и родичей, но этого будет маловато против раудов и фьяллей.
– Тогда нужно послать весть на озеро Фрейра.
– Конечно, я пошлю туда. Сегодня же.
– Мы… – начал Гейр.
– А вы пока останетесь у меня,– учтиво, но решительно перебил его Вальгаут.– Я не могу отправить своих родичей в такой далекий путь, не дав им отдохнуть. А ждать некогда. У меня есть надежные люди, которые доберутся до озера Фрейра и отвезут новости не хуже вас.
Прошло несколько дней. Вальгаут не проявлял бурной радости по поводу появления незнакомой дочери, но без колебаний принял Эльдис и Вигмара в число своих родичей и обращался с ними так уважительно, как они только могли желать.
– Постой-ка, это тебя на Остром мысу объявили вне закона?– как-то раз вспомнил Эдельмод, в каком-то разговоре опять услышав имя Вигмара.
– Меня.– Вигмар кивнул и посмотрел на Вальгаута.– Но я не прошу никакой поддержки в этом деле. Сейчас уже…
– Мне было бы стыдно перед богами и людьми, если бы я оставил без поддержки хоть кого-нибудь из своей родни!– ответил Вальгаут, даже рассерженный словами Вигмара.– Ты должен был попросить у меня помощи еще тогда! Уж я бы не дал этим Стролингам объявить тебя вне закона! Ха!– Он с размаху хлопнул себя по колену.– Ведь я слышал речь Кольбьерна! Мне и в голову не могло прийти, что ты мой родич и все это тоже меня касается. Уж тогда я не стоял бы, как столб Тюрсхейма, и не размышлял, какой плащ надеть на вечерний пир!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
