хмурым взглядом. Тем не менее мы здороваемся, пожимая друг другу руки. Садимся в гостевые кресла. Илья Ильич примерно папиного возраста, и я знаю его как хорошего специалиста.
— Почему Наталья не пришла на встречу? — спрашивает отец.
— Она приболела, сегодня на фирме только заместитель. Я, как юридический представитель фирмы и её личный адвокат, имею все полномочия. Наталья Михайловна хочет договориться, можно же провести сделку как дарственную, а она вам заплатит в полном объёме.
— Нет, только купля-продажа. Простите, Илья Ильич, но я хорошо знаю Наталью Михайловну, хоть и давно с ней не виделся. Сделка должна состояться в ближайшие дни. У нашего риелтора есть покупатель, который может нам выплатить всю сумму уже сегодня.
Отец блефует, но на лице не дёргается ни один мускул. Даже я готова поверить, что такой человек есть, хотя точно знаю, что нет. Удивительно, но у двух любящих меня людей, дедушки и папы, одинаковое имя. Я думаю, бабушка и дедушка сейчас рады за меня. Смотрят с небес и помогают мне.
Адвокат звонит по телефону, потом кладёт смартфон на стол и озвучивает решение.
— Наталья Михайловна готова заключить сделку. С вашей хваткой, господин Ростоцкий, сбор необходимых документов не займёт много времени. Как только всё будет готово, позвоните мне, и мы подъедем в любой МФЦ города. Сейчас всё оформляется там. Что касается вас, Екатерина Михайловна, то вы здесь больше не работаете. Вам подписали увольнение и составили заявление по собственному желанию, подпишите бумаги. Вашу зарплату выдадут немедленно в бухгалтерии.
Вот так. Мама не стала церемониться и дожидаться пока я напишу заявление, его тупо распечатали от моего имени и ждут моей подписи. Тут же готовый приказ об увольнении. Даже зарплата наличными. Все блага мира, лишь бы я больше не попадалась на глаза. Разумеется, я теперь позор семьи Соколовых.
— Значит, Наташа не желает с нами общаться? — совершенно спокойно спрашивает отец.
— Именно так. Все вопросы через меня. Я знаю, что там ещё должны быть деньги по завещанию Михаила Романовича, но думаю, вы понимаете, что против закона мы ничего сделать не можем. Дождёмся окончания срока в полгода. На этом всё. До встречи.
— Спасибо, Илья Ильич. Я дам знать о готовности документов в ближайшее время. До встречи, — говорит отец и встаёт.
Я тоже прощаюсь. Иду вслед за папой на выход. Мы заходим в бухгалтерию, быстро получаем деньги. Сотрудники смотрят на меня брезгливо. Наверное, просочилась информация, что я целовалась с врагом семьи в кабинете заместителя фирмы. Мне уже всё равно. С гордо поднятой головой иду к дверям, а затем на выход из офиса.
Сажусь в машину и вижу, как на стоянку въезжает автомобиль Кирилла. Сползаю вниз по сиденью, чтобы он меня не заметил. Папа поспешно заводит мотор, выезжая на автостраду.
— Человек, с которым ты не хочешь видеться? — спрашивает он.
— Помнишь, я рассказывала об одном парне, который возомнил себе, что я должна принадлежать ему. Нужно ещё раз напомнить Рите, чтобы не говорила Демидову обо мне.
Сажусь нормально на сидении, вынимаю телефон из кармана и строчу СМС подруге. На миг становится больно оттого, что вот так обрываю связь с Кириллом. Привыкла кинему за это время? А может, что-то большее? Не хочу об этом думать, нужно обрезать все концы. Никто не должен помешать мне улететь к отцу.
— Я не знаю, правильно ли ты делаешь, что обрубаешь все ниточки тут. В любом случае я не собираюсь тебя останавливать. Ты взрослая, Катя, и знаешь, как для тебя будет лучше. Время покажет, права ты или нет.
— Вот мне интересно, пап, а как ты воспитываешь моих младших брата и сестру?
— Строго. У нас есть чёткое понятие, это — хорошо, а это — плохо. Во многих случаях не бывает полутонов. Тем не менее у детей есть своё мнение. Прежде чем принять какое-то решение насчёт них, мы с женой спрашиваем, как они к этому относятся. Часто бывает, что соглашаемся с ними, если доводы разумны. Никита знает, что со мной всегда можно выйти на конструктивный диалог. Он сейчас готовится поступать в институт. Уже выбрал, куда пойдёт учиться. Я сказал ему так же, как и тебе. Это твоя жизнь, решай, какой дорогой идти по ней.
— Ты замечательный, пап. Я с удовольствием познакомлюсь с твоей семьёй. Только моё решение такое. Мы едем в Волгоград, и я снимаю там недорогую квартиру. Никому не говори обо мне. После получения наследства я поменяю паспорт и представишь как дочь.
— Мне пришлось сказать, куда я еду. Я объяснил, что когда-то девушка родила от меня, но не захотела замуж. Теперь моя дочь в беде и ей нужно помочь. Обещал познакомить потом. Родные вовсе не против, что ты появилась в моей жизни.
— Вот и славно, — улыбаюсь я.
* * *
Жизнь вращается вокруг меня, при этом сама я ничего не делаю. Отец с нотариальной доверенностью бегает везде, где нужно. Я тем временем сижу дома и пробую готовить по рецептам из интернета.
Бумаги на сделку отец собрал буквально за два дня. Сейчас мы входим в один из многофункциональных центров. Мама пришла с адвокатом и Сеней. Она скупо здоровается, цедя слова сквозь зубы. Отец ещё вчера объяснил, почему мама не предпринимает попыток схитрить или навредить нам, она прекрасно понимает, что отец не самый простой человек теперь. В случае чего мать может навредить своей репутации, а следовательно, и фирмы. Если в СМИ пойдут заголовки, что Наталья Соколова пытается отобрать у дочери имущество или наследство, к ней не будет доверия. Это звёздам эстрады выгодно собачиться с роднёй на публике в известных передачах, этим они пиарятся и в очередной раз заявляют о себе.
Я смотрю на мать, а она на меня. Адвокаты идут к терминалу. Сеня отходит в сторону.
— В последний раз говорю, Катя, одумайся. Сможешь вернуться домой и будет как прежде, — тихо говорит мама.
— Я не хочу, как прежде. За эти пару дней от отца я почувствовала больше любви, чем от тебя за всю жизнь.
— Хочешь остаться с ним? — ехидно улыбается она.
— Да. Папа меня поддерживает во всём.
— Тогда я отрекаюсь от тебя. У меня больше нет дочери. Фамилию смени, ты не достойна её носить, — злобно говорит она.
— Дедушка бы не потребовал такого, но я
