расскажешь, что никогда меня тут не видела. Поняла? Никто не должен узнать, кто я на самом деле. И будет лучше, если я тебе в этом помогу. Так ты точно не проговоришься. Катара уехала, куда — неизвестно. С ней тип в плаще с капюшоном, скрывающим лицо. Вещи все забрали и вывезли. Все. Сюда они больше не вернутся. Запомнила? — вдруг привратница пришла в себя и зажала себе рот рукой. Ее лицо мгновенно изменилось, стало злым и полным ненависти. Она готова была разорвать Шайра, прекрасно поняв, кто выудил закрытую информацию из ее головы.
— А теперь вы нам честно все расскажете. Кто же такая Катара и тип в плаще, который наверняка вам прекрасно знаком, — с легкой издевкой произнес Ганр. Затрина выпустила, наконец, его локоть и отошла на шаг. Вот теперь до нее дошло, кого покрывала женщина. Сомнения развеялись. Значит, тип в плаще кто-то родной для этой дамы. А вот Катару она и правда не особо жалует. Осталось только узнать, почему.
Ноис спрыгнул с ее плеча и двинулся к женщине. Он терся об ее ноги, мурчал, вызывая недрумение окружающих. Ведьма даже рот приоткрыла от удивления. Вопрос готов был сорваться с языка, но она молчала, боясь все испортить. Сама же привратница застыла столбом, только наблюдая за питомцем. Но на руки не брала, да и не пыталась его отшвырнуть.
— Ну все, теперь можем идти и проводить обыск. О ее сыне я все узнал. В квартире Катары… упс, точнее Лиера Жаташа Гонро поговорим, — важно выдал кошак, ступая на первую ступень лестницы. Но женщина вдруг отмерла и бросилась ему наперерез.
— Никуда я вас не пущу. С какой такой стати вы собрались обыск проводить в моей квартире? — она даже расставила руки в стороны, всем своим видом выражая несогласие пропускать народ.
— В вашей квартире? — удивился страж, впервые за все время подавший голос. Ведь все время он только наблюдал за происходящим. Тетка покраснела, сообразив, что сболтнула лишнего. Но теперь вызывающе задрала подбородок, всем своим видом показывая: ничего говорить больше не станет. Шайр глянул на Затрину и усмехнулся. Ганр вышел вперед и протянул ей ордер на обыск.
— С ним вы нас тоже не пропустите? Тогда мы вынуждены будет отправить вас в департамент и взять под стражу за сопротивление органам власти при исполнении. Вы этого добиваетесь? — мягко поинтересовался Ганр. Привратница на миг стушевалась, но тут же снова вздернула подбородок.
— Все равно не пропущу. Можете вызывать, кого хотите. Но в квартиру вы не войдете, — упорно стояла на своем женщина. — К тому же ордер выписан на одно имя, а хозяйкой данной квартиры являюсь теперь я. Поэтому вам придется все переделать заново, если желаете попасть внутрь. В противном случае, я вас не впущу внутрь.
Как это не прискорбно, но Ганр едва не выругался вслух. Ему пришлось признать правоту дамы. Только отступать сейчас, когда они были у цели, не в его правилах. Шеф задумался, пытаясь сообразить, как все провернуть. И тут на пороге возник еще один персонаж.
— Прекратите ломать комедию. Ваш сын скоро погибнет. Если вы нам не поможете. Он больше никого не сможет убить, — строго и холодно произнес Жʼаш, стремительно приближаясь к привратнице, открывшей от ужаса рот после слов дракона. — Более того, боюсь, он сам скоро пополнит ряды жертв. Ему осталось совсем недолго жить. В данный момент только ваша помощь сможет удержать его на пороге жизни. В противном случае, вы даже трупа не получите для достойных похорон.
Женщина зажала себе рот рукой. Второй с силой вцепилась в перила лестницы. Она сразу поняла: дракон не врет. И сейчас перед ней стояла дилемма: спасти сына и все рассказать, или же следовать и дальше указаниям собственного сына. Ведь она ему обещала ничего никому не говорить.
Остальные тоже смотрели на чешуйчатого в недоумении. Но вопросов задавать пока никто не стал. Не место. Сначала необходимо было прояснить ситуацию с женщиной.
— Что значит, погибнет? От чего? Он же здоров и полон сил, — выдохнула потрясенная мать убийцы. Она вцепилась и второй рукой в перила, чтобы не упасть. Ее ноги подкашивались. Горе исказило ее лицо. Но верить в плохое определенно не хотелось. — Он обещал приехать за мной и забрать к себе на острова.
Женщина вдруг осознала, что сказала, и снова быстро закрыла рот ладонью. Потом еще раз осмотрела дракона. И вдруг нахмурилась. Первый шок прошел, теперь она начала злиться.
— А вы, собственно, кто? И откуда знаете, что моему сыну грозит опасность? Вы его так хотите заманить в свои сети? Отобрать у него талисман, приносящий ему удачу? Он меня предупреждал, что за этой необычной штукой скоро начнется охота. А тут и вы, явились-не запылились. Уходите сейчас же! — привратница даже ногой топнула от досады.
— Ваш сын заключил сделку с тьмой. Его, как вы говорите, талисман уже обезврежен, он больше никому не принесет вреда, кроме самого Лиера. И если вы не поможете его найти, уже через неделю можете хоронить своего сына, или лицезреть нежить, в котором останется только тьма, — припечатал чешуйчатый. — Что касается вашего первого вопроса… — Жʼаш усмехнулся. — Я удивлен, что вы не распознали мою расу. Один из хранителей, дракон, — парень склонил голову, с усмешкой поглядывая на женщину. Она тут же снова стушевалась и сникла.
Каждый знал: драконы никогда не лгут. И сейчас он говорил правду о сыне. Хотя это женщина и так поняла сразу, но не хотела верить очевидным вещам. Но и как быть дальше, расстроенная мать совершенно не знала. Ей очень хотелось думать, что ее пытаются обвести вокруг пальца. Но где-то на задворках сознания порхала мысль: этому юноше стоит все-таки поверить и прислушаться к его словам. Ее Лиеру действительно грозит опасность. Она присела прямо на лестницу и махнула рукой на стойку, где висели запасные ключи от комнат. Из ее глаз потекли слезы. Все, на что ее хватило, это выдавить из себя:
— Квартира тринадцать… Я знала, что эта девка не дрведет его до добра. Ей бы только денег и побольше. А остальное для нее значения не имело. Почему он не выбрал милую и скромную девушку? Нет же… Досталась ему… такая вот Катара…
Пока она разговаривала сама с собой, Ганр подошел к стенду, снял ключ с биркой тринадцать, обошел сидящую привратницу и поднялся на третий этаж. Остальные гуськом двинулись за ним. Последними шли Шайр, Затрина и Жʼаш.
— О чем ты говорил? Почему Лиеру угрожает опасность? Картиш жив? С
