что он неженат, живет с матерью, которая нигде не работает. Был вход во власть, его дядя Арнольд Возный устроил его депутатом в партию " Мы хороши!", потом Бормана оттуда выперли из-за алкоголизма и дядя устроил его на завод аккумуляторов мастером. Откуда он, по слухам в МеждуНете, уволился уже сам и пропал из поля зрения блогеров.
Дальше Сергеевич читать не стал, переписал адрес и номер. Времени нет - нужно работать. Хотел отправить ему оскорбительное сообщение, но передумал. Если он решится сделать, то, что задумал, то следов в МеждуНете лучше не оставлять.
***
Время поджимало, а столько еще нужно было сделать. Сергеевич подхватил рюкзак, в котором жена уже заботливо сложила пакетики с бутербродами (сильно старается, чувство вины?), туда же сунул противогаз с которым он уже раньше поработал, обулся и вышел в коридор. Никого нет, все работают. В лифт и на первый этаж. Очередная сегрегация по наличию понтов на счету и репутации с нужными людьми и организациями. Успешные едут наверх (как и в жизни), садятся в машины или такси и разлетаются по своим точкам. Элита, блин. А нищеброды едут вниз, куда честным и дорога - "пешкарусом" разбредаются по своим заводам, фабрикам, складам и кухням. Горбатиться на тех, кто летает над головами и портит воздух. Как приятно, что они иногда падают оттуда, молча и крутясь как куклы, а потом глухой звук удара и треск. Хорошо, что есть на свете аварии.
Быстрым шагом прочь от подъезда. На ходу включить программу поиска на браслете. Работа начинается.
***
- Здравствуйте, меня зовут Михаил Сергеевич. Я - неудачник.
- Здравствуй, Михаил.
- Здравствуй, Михаил.
- Здравствуй, Михаил.
( собрание анонимных неудачников, САНЕ)
" Надо было записаться, - думает Сергеевич на бегу, - когда еще было время. Туда мне и дорога, если буду жив".
Он был совсем рядом с домом, но нельзя. Нельзя их наводить на семью. Дома тепло, хорошо, жена и сын. Полный холодильник. А он тут в темноте бежит от надвигающейся смерти. Плачет за ним клуб неудачников.
Сергеевич оглянулся и остановился на секунду. Тишина. Отстали? Никого на стенах, никого над головой, никого на земле. Мужчина прислушался, задерживая дыхание и решил не рисковать. Вон вход под дом, там где обычно живут только монстры, случайно вылезшие из нижних уровней или опустившиеся тараканы, которых еще не посадили. Туда ему сейчас самая дорога.
Сергеевич обернулся еще раз и нырнул в укрытие. Скрючившись прошел несколько шагов а темноте, больно ударился носом о холодный бетон и встал на четвереньки. Так будет быстрее и безопаснее, хотя еще можно напороться глазом на штырь, горизонтально торчащий.
Через десяток шажков влез рукой в какие-то бумажки, отпихнул их и залез пальцами в что-то вонючее. Мышиное дерьмо, наверное. Хоть бы не человеческое. Ну и попал в передрягу.
***
Начиналось все, конечно, хорошо. Даже очень замечательно. Даже заказы один за одним пошли, как рабочие на фабрику, не было времени даже подумать. Поножовщина на площади Революции, пьяная драка на рынке Уровней, девчонки вцепились в волосы друг другу из-за старшего пацана да так жестоко дрались, что дураки с ножами могли бы позавидовать ненависти.
Все шло идеально, Сергеевич чувствовал себя лазерной указкой - навелся на преступников и тут же прилетели самообороновцы и всех отмудохали. Но ближе он был скорее к папарацци, так раньше называли блогеров, которые суют свой нос с планшетом, куда ни следует. А у людей потом проблемы.
" Вы проблема, я - решение", - вдруг подумалось Сергеичу, - а ничего так сегодня заработок. Пора бы и о личном подумать. "
Рабочий день подошел к концу, желаемая норма шагов пройдена и на браслет больше не поступает заданий. А дом Бормана совсем рядом, буквально в трех кварталах. Сергеевич прощупал рюкзак, убедившись, что не забыл захватить маску и зашагал к цели.
***
Вытерев руку о штаны Сергеевич прислушался не ходит ли рядом тот, кто выложил эту жидкую кучу. Не слышно, может затаился. В браслете есть встроенный фонарь, Сергеевич попробовал нажать и отдернул пальцы, порезавшись об острый угол. Браслет еле засветился, как из последних сил. Неудивительно, он разбит, раздавлен - хорошо, что не вместе с рукой. Хотя лучше бы руку опять, чем браслет, тем более она искусственная. Протез можно починить, а вот с браслетом будут проблемы. Сергеевич медленно ощупывает его и пальцами чувствует острые, рваные края разбитого экрана, чувствует распустившуюся как роза пластмассовую дыру с лепестками в разные стороны. Чувствует последнее биение браслета и видит, как свет медленно тает. А сверху на него капает... Кровь.- подумал Сергеевич и задрал голову вверх, рискуя удариться о цемент затылком. Он забыл про кровь, а теперь вспомнил, когда почувствовал соленый вкус в горле. Вместе с ней вернулись и боли в спине, там где появились синяки и боли в ногах. И кровь текла из носа непрерывным потоком. Мужчина, сидевший на корточках под домом номер 14, девяносто второго блока вдруг заплакал.
***
Он ждал его у квартиры. Поднялся на пролет выше и расположился там. Занял свой пост, но сначала позвонил в дверь.
- Кто там! - прошамкал старушечий голос. "Мама его" - понял Сергеевич и хотел даже передумать. Но не смог. Слишком долго охлаждалось это блюдо, чтобы сейчас не подать к столу.
- А Ивана можно?
- А кто спрашивает?
- А друг.
- А с работы?
- Так точно, - ответил Сергеевич, - так он дома или нет?
- А что его на работе нет? Он во вторую, сейчас приедет.
"Как же, работает он", - подумал Сергеевич.
- Ну я тогда здесь подожду.
- А вы кто?
В двери повернулся замок, бабка не могла разглядеть гостя в замочную скважину, потому что он ее заклеил жевательной резинкой и любопытство оказалось сильнее элементарной осторожности. Пока она медленно по стариковски проделывала все нужные операции Сергеевич быстро натянул маску противогаза, немного доработанную дома и сунув руку в проем двери с силой толкнул старуху. Прокачанный протез сделал все быстро и мощно, старуха даже не успела опомниться, когда холодная пятерня накрыла ей морду, закрывая свет и толкнула. Бабка упала на спину почти бесшумно, не успев охнуть, а Сергевич вошёл и быстро захлопнул дверь. Он не знал, что со старухой делать, поэтому тупо зацепился протезом за ворот и потащил тело по коридору. Бабка хрипела и пучила глаза, цветастый халат зажрался,
