* * *
Бумага в верхней ячейке окна лопнула. И в радиорубке под потолком свили гнездо ласточки.
15 мая
Весной Кан неоднократно выступал с призывами разоблачать японских и гоминьдановских агентов, наводнивших Особый район. Обычно при этом устраивались демонстрации раскаявшихся или разоблаченных шпионов. Все это выглядело бы по-детски несерьезно, если бы не возрастающая активность карательных органов...
18 мая
Не раз встречался с Янсоном, одним из представителей Маньчжурской партийной организации. Суждения его поражали независимостью и прямотой, что вряд ли было по вкусу Мао. Он резко отзывался о Чжэнфыне.
Янсон однажды сказал, что, к сожалению, «в руководстве КПК слишком много выходцев из паразитических слоев общества». Впервые слышал от китайского товарища столь откровенное признание.
Жесткий ритм жизни не оставляет места обыкновенным житейским впечатлениям. Все съедает тяжкое напряжение яньаньских будней.
20 мая
Итало-германские войска в Тунисе капитулировали.
Голод свирепствует в Хэнани и Хунани. Жертвами стали сотни тысяч людей.
* * *
На всех собраниях разносят «догматиков». Критика перерастает в злобную брань и угрозы. Ради «духовного очищения» шельмуются сотни рядовых членов партии.
«Все должны знать все о каждом», — вот глумливая и низменная программа любого собрания. Интимное, сугубо сокровенное и личное — все предается унизительному суду. Под маркой критики и самокритики устанавливается контроль над мыслями, желаниями, поступками. [150]
Лишь широта кругозора и комплекс самых современных знаний могут обеспечить верность в оценке сложных политических событий, а во главе Компартии человек, который большую часть жизни провел в глухих горах и к тому же весьма ограничен в знаниях.
Мао Цзэ-дун обычно работает ночами. Встает поздно, к полудню. По натуре честолюбивый. Поэтому, наверное, напускает на себя этакую многозначительность. А сам любит поесть, выпить, потанцевать, поразвлекаться с девицами, хотя для всех прочих проповедует жесточайший революционный аскетизм.
Он старательно создает о себе представление, как о мудром правителе в традиционно китайском духе.
Партийные кадры КПК снизу доверху стремятся подражать ему...
22 мая
Траурные передачи токийского радио: на сбитом союзниками самолете погиб главнокомандующий японским объединенным флотом адмирал Ямамото.
* * *
Несмотря на недовольство Кан Шэна, я снова навестил Ван Мина. Он совсем плох. Роза Владимировна позволила нам поговорить каких-то десять-пятнадцать минут.
Кстати, я расспросил Ван Мина об Агнессе Смэдли. Ван Мин знаком с ее художествами. В конце 30-х годов эта дама развила бурную деятельность якобы на пользу КПК. Но сама поддерживала связь с подозрительными элементами, финансировала их, ссылаясь на КПК. После требовала у партии денег для возвращения сумм, истраченных ею по собственной инициативе невесть на что.
Агнесса Смэдли много болтала о том, что действует от имени Коминтерна, хотя никакого отношения к этой организации не имела. Ее деятельность в Китае наносила вред КПК.
* * *
«Дело о рецепте»: идет обработка врачей Кан Шэном...
23 мая
В Москве обнародовано постановление Президиума Исполнительного Комитета Коминтерна о роспуске Коминтерна как руководящего центра международного рабочего движения. [151]
* * *
Доктор Цзин и Кан Шэн — земляки. Факт многозначительный! Кан Шэн вообще питает слабость к своим землякам.
27 мая
Из московской сводки: «В течение 26 мая на фронте существенных изменений не произошло».
Сталин принял в Кремле личного представителя президента США — Дэвиса. Представитель президента назначен для переговоров с Черчиллем и Сталиным.
Мао Цзэ-дун получил телеграмму с извещением Президиума ИККИ о роспуске Коминтерна. По этому поводу созвано экстренное заседание политбюро.
Предполагаю усиление давления на Ван Мина и других с целью вынудить их признать свои взгляды ошибочными. Решение Президиума ИККИ в этом плане открывает перед Мао определенные возможности.
Последнее время тут всячески поносят давнюю работу Ван Мина «Две линии» («Борьба за дальнейшую большевизацию Коммунистической партии Китая»). В этой работе якобы обнаружены лилисаневские тенденции, но еще более откровенно сектантского характера. О Ван Мине говорят, что у него не было и нет никакого практического опыта большевистской работы и т. п. Ван Мин со всех сторон и всячески дискредитируется.
29 мая
Я подозревал, что известие о роспуске Коминтерна вызовет у маоцзэдуновской группировки чувство радости. Но действительность превзошла все предположения.
Итак, события по порядку.
Как только председатель ЦК КПК получил телеграмму с постановлением Президиума Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала о роспуске Коминтерна, были тотчас собраны члены политбюро. Их буквально подняли по тревоге.
Телеграмма не вызвала у Мао колебаний или раздумий — все было давно выношено.
На этом заседании политбюро председательствовал Мао. Он зачитал телеграмму и заявил, что это решение Президиума ИККИ о самороспуске Коминтерна совершенно справедливое и правильное, Коминтерн уже давно изжил себя как орган руководства международным рабочим движением, а потому мешал и наносил вред нам непониманием [152] сущности и особенностей условий деятельности Коммунистической партии Китая.
Рассказывая об этом экстренном заседании политбюро, Бо Гу голосом и мимикой передал радостное возбуждение Мао. Впрочем, и на другой день в беседе со мной Мао не скрывал своего торжества.
На том же заседании председатель ЦК КПК спросил у членов политбюро о том, нужен ли вообще марксизм-ленинизм, зачем нам марксизм-ленинизм и есть ли действительная необходимость в его пропаганде.
После этих вопросов Мао выдержал паузу и ответил, что на этот счет сомнений быть не может, марксизм-ленинизм, конечно же, нужен, но его необходимо обязательно приспособить к сугубо нашим национальным и чисто китайским потребностям и условиям. И председатель ЦК КПК сформулировал задачу, стоящую перед каждым ответственным партийным работником, — следует неукоснительно и последовательно бороться за подлинно национальный и независимый характер Компартии Китая.
Председатель ЦК КПК особо остановился на взаимоотношениях КПК и ГМД. В результате роспуска Президиумом ИККИ Коммунистического Интернационала тут может возникнуть ряд моментов, которые следует учесть, но прежде всего необходимо проявлять большое чувство ответственности. И какие бы трудности ни возникали, нужно помнить о разъяснительной работе. Здесь разъяснительная работа просто необходима, без нее нельзя, ибо часть коммунистов, часть партийных работников не поймет исторической необходимости данного постановления Президиума ИККИ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
