— Они простолюдины и мятежники. И будут казнены. Хо…
Договорить я не успел. Я явственно так почувствовал, как капитан — решился. Он что-то режущее достал из-за спины и начал сдвигаться влево от барона, чтобы успеть сразу прыгнуть на меня. И ДОСТАТЬ! Любой ценой — достать…
— А вот это напрасно…
Моя рука быстро сдвинулась назад из-под стола, и едва дуло приподнялось над столом, как я сразу выстрелил. Заряд прошел поверх плеча барона и остановил начавшееся движение. Капитана скорчило и забило. Из его руки выпал нож.
— Напрасно Вы это, капитан, — ещё раз, только уже сожалеющим тоном, повторил я. — У вас мальчики… ещё убивалка на меня не выросла… — я сунул пистолет обратно в кобуру. — Так о чём мы? — скучающе продолжил я, обращаясь опять к барону. — Ах, да — о казни… Так вот, приговоренные будут казнены. Но… но есть вариант…
— Какой?
— Вместо воинов умрете вы… и ваш капитан. Капитан, как я понимаю, уже согласен. Осталось дело за вами. Вы готовы?
Барон задумался. Согласен — трудный выбор. Жизнь только начинается... Любовь у него какая-то там. К моему удовлетворению раздумья продолжались недолго. Он решительно тряхнул головой и сказал:
— Согласен.
— Ну вот и прекрасно. Да, ещё одна мелочь. Ваши воины — присягнут мне. Добровольно. Остальные будут отпущены. Те, кто не захочет.
— Зачем вам это?
— Зачем? — дальше я не смог удержаться и процитировал, Калягина из фильма «Здравствуйте, я ваша тётя!», со всеми его интонациями, — Это будет мой маленький каприз, шалунишка.
Чем поставил беднягу в жесткий тупик. И больше всего, по-моему, интонациями. Думаю, не стоит говорить, что все пленники очень внимательно слушали весь разговор.
— Чика, вина — барону! Эй, там развяжите воинов.
Оттуда резко пахнуло ненавистью. «Эк меня не любят! И за что?», — мимоходом посожалел я.
— Ну вот… можно приступать. Построились!
Чика торжественно принес ковш вина и очень аккуратно поставил на стол.
— Чего там покрасивее посуды не нашлось? — прошипел я.
— Нет! Они тут нищие, как церковные мыши, — так же шепотом ответил мне он.
— Кто хочет присягнуть мне? — я обратился к пленным и тяжело оглядел неровный строй. — Бабы, вино и тройное жалование…
Чуть подумав, из строя вышло пару бойцов.
— Все? Больше нет желающих? Встать вон там отдельно. Ну вот — теперь ваша очередь, Нико. Это вино. В нем яд. Как выпьете — ваши воины свободны.
Парнишка стоял, катая желваки — весь такой одухотворенный. Мысленно он уже был мёртв. Наверняка представлял, как над его могилой будут плакать прекрасные девы и сурово хмуриться воины. Или сложат в его честь баллады местные менестрели… Дурашка. Все его «подвиги» зависят от пиара. Этого, слава богу, он пока не знает. Не знает того, что война — это грязное ремесло. Что это — работа. И все выгоды, что от его подвига, что от войны — получат циничные дяди с холодными глазами. Эх… все это ему ещё предстоит узнать, но он ещё молодой — и это прекрасно.
— Да барон, можете попрощаться с кем захотите. Ол капитан, — я помахал уже пришедшему в себя офицеру, — Вы следующий.
Нико оглядел все вокруг, тряхнул головой и шагнул к столу.
— Сколько пить?
— Да сколько захотите…
— И когда подействует?
— Как сочтете до пяти сотен…
Он решительно подошел и решительно отпил из ковша. Затем к столу подошел капитан, и ненавистью глядя на меня, доцедил вино и шагнул к своему барону.
Все притихли. Ждали. Причем все с разными чувствами. Как-то погано я себя чувствую, после «поправления» мне мозгов Схогом. Чувствовать начал острее. Это… э… несколько отвлекает. Я встал из кресла и все невольно уставились на меня. Я картинно похлопал в ладоши.
— Браво. На этом — всё! — торжественно объявил я. — Сим объявляю свое решение… Барон — оправдан! Баронство возвращается наследнику покойного барона — присутствующему здесь. Вы! — я указал на строй. — За верность своему барону — награждаетесь одним днем отдыха и бочкой вина. Все свободны!!! — я опять сел за стол. — Остальные могут принести мне поздравления. А мы считаемся… — гостями барона Нико.
Несколько охреневший барон с непонимающим видом стоял и смотрел на меня. Впрочем, и у остальных вид был не лучше.
— Позвольте, ол Наместник — разве в вине не было яда? — с совершенно потерянным видом задал мне вопрос Нико.
— Право вы меня удивляете, — я с совершенно хулиганским видом подмигнул ему. — Право слово, ну нельзя же быть таким легковерным. Вы в своей глуши совсем одичали. Это была обычная проверка.
— Но как… — парнишка слегка потерялся. И не мудрено, то — смерть, то — помилование.
— Ну, а все произошедшее — можете считать моей шуткой.
— Шуткой?! Вы проклятые имперские психи!
— Кроме разумеется того, что вы и правда, переходите под руку Империи.
Я возвысил голос, обращаясь уже ко всем:
— Империя пришла сюда навсегда! И здесь будет порядок! — мои слова веско падали в настороженную тишину. Даже если мне придется убить здесь каждого второго.
Все стояли и очень внимательно слушали. Я жестко оглядел все и добавил: — Те, кто этого не поймут — просто умрут. На этом всё.
И уже гораздо тише добавил, обращаясь капитану: — Как вам вино, ол Лоше?
— Отлично, ол Наместник!
«Этот уже все сообразил — молодец».
— Да, и ещё касаемо вас. Вы награждаетесь трехмесячным содержанием и… половиной имущества покойного управляющего.
Капитан расцвел, но постарался не показать этого.
— А вторая половина отходит воинам замка.
Теперь заулыбались и самые сообразительные из них.
— Жаль капитан, что вас не послушали. Вы ведь советовали — открыть ворота и принять мою руку? — я вопросительно посмотрел на него.
— Да. Но откуда вы… знаете?
— Неужели вы всё ещё считаете меня самозванцем? — я наигранно состроил оскорбленность.
— Нет, что вы…
— Вот и прекрасно. Имперская техника может очень многое, в том, числе и слышать и даже видеть, то, что нас интересует. Думаю, что пора вам выставить стражу. Да, и выкиньте эту парочку из замка, — я кивнул в сторону двух растерянных и стоящих отдельно бойцов. — Не люблю неверных. Действуйте. ВСЕ — свободны! Занимайтесь.
— Слушаюсь! — капитан мгновенно подтянулся и гулко стукнул себя кулаком в грудь — по местному отдал честь.
— Что встали, бараны! Разобрать оружие…
Во дворе закрутилась карусель действий, а в воздухе ощутимо «потеплело». Баярд пошел проводить баронессу до покоев, заодно и прихватив её «драгоценности». Надеюсь, она его отблагодарит как надо. Думаю вскоре, очень многие будут сильно расстроены своими ценностями. Отче только укоризненно покачал головой, когда я посмотрел на него. Чика погнал на слуг — он уже освоился и вовсю командовал, чертов тинэйджер. Барон несколько растерянно продолжал оставаться рядом со мной, не зная, что делать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
