Следующим этапом было поднять голову. Я лежал лицом вниз на мелкой гальке, камни больно впивались в щеки и лоб. Стоило перевернуться, как в глаза сразу ударил яркий солнечный свет, и я сощурился с непривычки. Каждый порыв морского ветра заставлял содрогаться от холода. При попытке приподняться я почувствовал резкую боль в левом плече и недовольно ухватился за него. Куртка была порвана и покрылась в месте разрыва запекшейся кровью. Похоже, я рассек руку, когда...
... когда...
В памяти всплыли последние мгновения на "Минующем бурю", и они заставили меня вскочить. Голова чуть закружилась, тупая боль в затылке тут же дала о себе знать, но я скрипнул зубами и предпочел не заметить ее, надеясь, что это не даст ей разыграться.
Выжил ли кто-нибудь с корабля? Неизвестно. Помню, что Армин Дожо погиб. А Рон? Ольциг? Капитан Сторен? Малкольм? Эмред?..
Я попытался позвать кого-нибудь, но тут же закашлялся: горло совершенно пересохло, и любой звук его раздражал. На потрескавшихся губах остался противный привкус тины и соленой морской воды.
Решив забыть про рану на руке и другие неприятные ощущения, я отправился на поиски выживших. Вошел в море, не снимая ни одежды, ни обуви. Простудиться я не боялся: если уж пролежал ночь в воде и еще не бьешься в лихорадке, стало быть, минует тебя такая участь. Хотя последствия от ночи, проведенной в мокрой одежде, все же давали о себе знать: раздраженная морской солью кожа неприятно зудела. Неплохо было бы хотя бы переодеться в сухое, но мечтать не приходилось.
Приятным удивлением для меня стали клинки, по-прежнему закрепленные на поясе. Каким-то образом я умудрился не потерять в этой буре ни эсток, ни кинжал. Пожалуй, это можно назвать чудом, как и то, что я очнулся на берегу практически невредимым, миновав Алый Риф, и тяжелый эсток не утянул меня на дно...
В воде недалеко от берега лежало несколько огромных камней, к которым прибивало деревянные обломки. Похоже, сам корабль пошел ко дну в Синей Глуби. Неужели к берегу отнесло только меня?
Ответ на мои вопросы нашелся быстро.
- Райдер! - воскликнул кто-то позади меня. Я обернулся и увидел Ольцига. Ряса монаха выглядела потрепанной, однако, похоже, в остальном он был цел. В руках dassa держал несколько крупных веток. Похоже, он ходил за ними в Хальдский лес, начинающийся с этой стороны восточного берега Норцинны.
Бросив свою ношу, dassa радостно кинулся ко мне и обхватил за правое предплечье, словно при знакомстве.
- Как же я рад, что ты спасся! Меня отнесло на другой конец берега. Я отправился искать кого-нибудь. Нашел Роанара, он был серьезно ранен, но мне удалось исцелить его. Это полностью выбило меня из сил, и мне понадобилось время, чтобы восстановиться. Потом я сразу отправился в лес за дровами, чтобы развести костер, и вот встретил тебя...
Я старался слушать внимательно, но слова ускользали от меня, тонули в гудящей от мигрени голове.
- Ты молодец, - слабо улыбнувшись, выдавил я. Ольциг обеспокоенно посмотрел на меня.
- Ты ранен?
Я небрежно взглянул на левое плечо и отмахнулся.
- Пустяки. Могло быть намного хуже. Силы тебе еще пригодятся, не трать их на меня.
- Надо благодарить Господа, что мы выжили. Он благословит нашу миссию, раз помогает нам!
Спорить о том, выжили ли мы по воле Всевышнего, или с помощью неизвестного колдуна, который вытолкнул судно из Синей Глуби, мне сейчас совершенно не хотелось. Я молча кивнул. Дневной свет с каждой воспринимался глазами все резче, а голос монаха звучал все более раздражающе.
- Идем, я отведу тебя к Роанару, - dassa быстро развернулся и уверенно зашагал по берегу.
- Ольциг! - окликнул я, с трудом поспевая за ним. Монах обернулся, - ты нашел еще кого-нибудь? Кто-то еще спасся с корабля?
Лицо юноши помрачнело. Он виновато опустил глаза и покачал головой.
- Вся команда "Минующего бурю" погибла...
Понимая, что говорю с проводником, я верил каждому слову монаха. Он знал, о чем говорит. Спаслись только мы. Больше никто не выжил...
***
На мою удачу сейчас руководство нашей маленькой командой полностью взял на себя Ольциг. Он велел Роанару следить за костром, а меня потянул за собой ловить рыбу заостренными длинными палками. Я надеялся, что рыбная ловля хоть немного отвлечет меня от разыгравшейся мигрени. Однако под палящим дневным солнцем Норцинны эти надежды быстро рассеялись, как призрачный утренний туман.
Пока я ловил рыбу (к слову у Ольцига был, несомненно, больший талант к этому, чем у меня), в голову приходили мысли о том, что мы будем делать дальше. Припасы, деньги и остальные наши вещи оказались погребены под толщей воды. Мы не сможем купить себе ни лошадей, ни еды. При таком положении дел добираться до Орсса было равносильно самоубийству. Но говорить об этом с Ольцигом я не захотел: dassa ни в коем случае не отступится от своей богоугодной миссии, а на споры у меня сейчас не хватало ни сил, ни желания.
Когда мы с монахом вернулись к костру, день уже начинал клониться к закату. Готовку рыбы на костре Ольциг тоже взял на себя. Он увлеченно разделывал пойманный нами (преимущественно им самим) улов, юношеское лицо светилось восторгом неискушенного путника с жаждой приключений.
Ели молча: приготовленная на костре рыба даже без специй на голодный желудок показалась нам вкуснее любых кулинарных изысков из лучших трактиров Дирады. Готов поспорить, яства с королевского стола - и те уступали нашему сегодняшнему ужину.
- Нужно идти, - серьезно заявил Роанар после трапезы, бросив тоскливый взгляд на обманчиво спокойный Фальгертарг, небо над которым уже сияло красным закатом, - мы не можем остаться здесь надолго. Доберемся до Малого Порта Норцинны, найдем проводника и направимся в Ургор: сможем там запастись припасами.
Ольциг неуверенно бросил взгляд в сторону леса и качнул головой.
- Возможно, лучше отправиться утром? По этому лесу проходят разбойничьи тропы. Не опасно ли идти по ним ночью?
Опасения монаха были вполне понятны, но я возразил.
- Оставаться на ночь здесь еще опаснее, - Роанар и Ольциг недоверчиво уставились на меня, и я пояснил, - вчера во время бури на скалы вышел некий колдун. Он помогал нашему кораблю вырваться из Синей Глуби. Разбойники схватили его...
Dassa недовольно сдвинул брови, придвинувшись ближе к костру и потер ладони друг о друга.
- Поделом ему, - надулся он, - все эти колдовские чары - темная магия! И все рассказы о лесных колдунах и прочих ведьмах пропитаны тьмой.
Мы с Роанаром скептически переглянулись.
- Сказал бы ты об этом вчера колдуну, который спасал нас, - фыркнул арбалетчик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
