Читаем без скачивания Во имя отца - А. Квиннел

— Давай сперва я расскажу тебе о том, что сам уже предпринял. Это сэкономит время.

Он быстро перечислил все приказы и указания, которые только что отдал, и сообщил о мероприятиях, которые собирался осуществить в ближайшее время.

Когда он закончил, Замятин после небольшой паузы сказал ему:

— Отлично! Похоже, ты учел абсолютно все. И еще, Гарик, сразу же свяжись со мной, как только появятся какие-нибудь новости.

— Конечно, Олег.

Глава 15

Пейзаж был великолепным. Альбин и Сильвия прекрасно играли роль пожилой пары, вывезшей на природу молодых родственников. Они сидели спиной к реке, стараясь не загораживать прекрасный вид от восхищенных взглядов Ани и Мирека. Их стол находился на деревянном плотике, который покачивался у самого берега. Плот был застеклен, чтобы обеспечить защиту от ветра и холода. Благодаря этому создавался парниковый эффект, и внутри маленькой кабинки было тепло.

Они плотно позавтракали и выпили полторы бутылки отличного болгарского вина. Казалось, все вокруг располагает к душевному спокойствию. Только Сильвия никак не могла успокоиться из-за своего любопытства. Она до сих пор не могла понять, что за отношения связывают этих молодых людей. Она терялась в догадках, что же произошло между ними прошлой ночью.

И она, и Альбин слышали неясный спор. Они не могли различить слова, но злой голос Татани проникал в их комнату даже сквозь стены. Альбин уже было собирался пойти к ним и вмешаться в их спор, но Сильвия, несмотря на свое любопытство, не позволила ему этого сделать. Тем не менее после того как голоса в комнате Мирека и Ани постепенно стихли, Сильвия тихо прошла в ванную, затем, выйдя оттуда, подкралась к их двери и стала прислушиваться. Она смутно слышала голос Мирека. Она не разобрала слов, но тон был весьма странным. Было похоже, что он просит у Ани прощения. Так продолжалось минут десять, затем воцарилась абсолютная тишина.

На следующее утро Татаня первой спустилась на кухню и помогла Сильвии приготовить завтрак. Она была совершенно спокойной и вела себя так, как пациент ведет себя после серьезной операции.

А за завтраком стало совершенно очевидно, что все произошедшее ночью сильно повлияло на Мирека. Он был угрюм и молчалив, но по отношению к Ане — исключительно вежлив. И так продолжалось все время их путешествия — в музее в Брно и сейчас, в этом ресторане. Мирек был очень внимателен к Ане, помогал ей выйти из машины, снять пальто, пододвигал стул, когда она садилась. Все это выглядело так, как будто он пытался загладить вину перед любимой женой. Альбин заметил помимо этого, что Мирек все время не разлучался со своей нейлоновой сумкой. И даже сейчас она висела на спинке его стула.

Мирек подался вперед, взял бутылку и налил немного в Анин бокал. Она попыталась было протестовать, но Мирек только улыбнулся и сказал:

— Ты выпила всего лишь один стакан, так что тебе можно еще немножко.

Оба пожилых человека заметили это, но ничего не сказали. А Аня подчеркнуто вежливо ответила:

— Спасибо тебе большое, Тадеуш.

Он кивнул так, как будто признавал свою ошибку, но не совсем еще успокоился.

Альбин взглянул на часы и попросил официанта принести счет, сказав молодым людям:

— До Щецина тридцать километров, а ваш поезд уходит через час.

Когда они выходили из ресторана, Альбин и Сильвия, держа друг друга под руку, двигались впереди. Вдруг Альбин резко остановился, так что Мирек чуть не сбил его с ног. Но, взглянув через плечо Альбина, он понял причину, по которой тот так внезапно замер.

Их серая «шкода» стояла метрах в сорока от них. Перед ней боком была припаркована полицейская машина. Обе ее передние дверцы были распахнуты.

Один из полицейских стоял у капота их «шкоды» и внимательно рассматривал номерной знак. Другой расположился на водительском месте полицейской машины и говорил что-то, судя по тону, важное и срочное в микрофон.

Все они заметили друг друга в одно и то же время. На пару секунд обе стороны застыли, как каменные изваяния. Затем полицейские выхватили пистолеты, а тот, который стоял с микрофоном в руке, закричал:

— Стой! Не двигаться!

Четверо «родственников» помчались обратно в ресторан, расталкивая всех на своем пути. Альбин задел один из столов и перевернул его, что сопровождалось звоном разбитой посуды и визгами посетителей. Наконец они выскочили на деревянную платформу, откуда по ступеням можно было попасть на гравиевую дорожку, проложенную вдоль реки. По лестнице навстречу им как раз поднимались юноша и девушка. Мирек налетел на них, сбив обоих с ног. Он не обратил ни малейшего внимания на их испуганные крики. Из левой руки он не выпускал своей сумки, а правой рукой пытался что-то нащупать среди ее содержимого. Мирек перемахнул через распростертую на земле девушку и побежал по дорожке.

Тут он обернулся на крик. Аня была чуть позади него, Альбин и Сильвия значительно отстали. Один из полицейских, стоя уже на деревянном плоту, поднял пистолет. Крикнув еще раз, он выстрелил. Альбин закричал от боли и рухнул на землю, схватившись рукой за левое бедро.

В этот момент Мирек наконец нащупал корпус «Макарова». Он выхватил его из сумки одним движением, обернулся и резко присел.

Аня пробежала мимо него. Мирек представил себя в лагере, на стрельбище. Он нажал на курок и услышал слабый вскрик полицейского, которому пуля с мягким чавканьем вошла в грудь. У Мирека не было времени смотреть, как он будет падать на землю.

Сильвия в это время подбежала к упавшему Альбину с криками: «Йозеф, Йозеф!» Наверное, это было его настоящее имя. Мирек понял, что в такой момент она мужа не оставит. Он повернулся и побежал за Аней, которая была уже метрах в сорока от него, достигнув деревьев у поворота дорожки.

Слева от Ани, метрах в двадцати, на реке покачивалась лодка с двумя пожилыми мужчинами, которые ошарашенно смотрели на происходящее. Позади Мирека раздался еще один выстрел. На этот раз пуля прошла у него над самой головой. Но Мирек даже не обернулся.

Аня уже исчезла из поля его зрения за изгибом тропинки. Мирек бросился вправо, пробиваясь сквозь кусты к деревьям. Еще один выстрел. Опять слишком высоко. Тут он вспомнил слова инструктора-португальца:

— При стрельбе из пистолета при недостатке опыта пули обычно уходят выше цели.

Следующая пуля ударила в дерево неподалеку от Мирека. Еще одна просвистела справа. Полицейский, видимо, стал брать ниже, но теперь пули отклонялись вправо. Мирек догнал Аню. Их уже защищала небольшая рощица. Аня остановилась. Она озабоченно смотрела назад, и Мирек заметил облегчение на ее лице, когда она увидела его.

— А где остальные?

— Думаю, им досталось. Быстрее, вперед!

Он схватил ее за руку и потащил вслед за собой. Река извивалась вправо и влево, а тропинка точно повторяла ее путь.

Мирек не знал, бежит ли полицейский за ними, или же он направился к машине, чтобы сообщить о происшедшем по радио. Лучше бы он преследовал их!

Миреку пришлось немного замедлить движение, чтобы не оторваться от Ани. Она крикнула:

— Беги! Оставь меня!

Но он опять схватил ее за руку, увлекая за собой. Они миновали еще один поворот. Здесь гравиевая дорожка переходила в площадку для парковки. Еще одна дорога вела вправо от парковки к главной магистрали. На парковке юноша и девушка, приехав откуда-то, слезали с мотоцикла. На них были голубые шлемы. Они обернулись к подбежавшим Миреку и Ане. Юноша уже наполовину снял свой шлем. Его взгляд застыл на руке Мирека, сжимавшей «Макарова». Мирек направил пистолет на юношу:

— Я забираю твой мотоцикл. Где ключи?

Страх парализовал парня. Мирек взглянул на мотоцикл. Ключи остались в замке зажигания.

Он протянул сумку Ане, и она прижала ее к груди. Держа юношу под прицелом, Мирек сел на мотоцикл и включил зажигание. Это был «Нерваль-650». Миреку в голову полезла ненужная в данный момент мысль: видимо, этот парень был сыном какой-то шишки. И он, и девушка были одеты в настоящие «ливайсы» и модные ветровки.

С этой мыслью Мирек развернул мотоцикл так, чтобы дорожка, по которой они достигли площадки, оставалась справа от него. Он услышал шаги бегущего по гравию человека. Мирек поднял пистолет, зафиксировал руку и выдохнул.

Полицейский выскочил из-за поворота на полном ходу. Когда он увидел Мирека и пистолет, то попытался замедлить движение и отклониться влево. Но на гравии ноги у него поехали и он начал падать. Мирек подождал, пока полицейский растянется на земле, затем дважды выстрелил. Первая пуля остановила движение тела полицейского. Вторая отбросила его к откосу берега, и оттуда он медленно скатился в воду.

Девушка истерически завизжала. Мирек толкнул рычаг стартера, и «нерваль» ожил. Аня завороженно смотрела на него. Он сунул пистолет за пояс.

— Быстрее! Нам надо добраться до Готвальдова!

Аня наконец пошевелилась.