на удивление мгновенно пришла в себя и закричала:
– Ты что совсем рехнулся? Какое ты имел право на меня поднять руку?
– Стелла, я готов прострелить себе руку, ударившую вас, простите, он обнял её медвежьими объятиями, но такими горячими, что она невольно разревелась.
– Едем к нему, вам надо поговорить.
– Он не станет меня слушать, – всхлипывала.
– Меня точно станет, сначала с ним поговорю я, а вы будете сидеть в машине, и только попробуйте, что–то с собой сделать.
Она подняла уже полностью осмысленный взгляд и её губы тронула лёгкая улыбка.
– Ты не просто моя правая рука. Ты настоящий друг.
– Стелла, я вас люблю, как сестру, и прощаю, за то, что Стасик не сын Когтя, потому что уже знаю, всю вашу историю. Вы честная и настоящая, и я безмерно уважаю вас.
– Спасибо, и… очень жаль Молотка.
– Да, очень, мы заберём его тело позже и похороним. Крыс остался у Грога в ресторане, наберу его, – они сели в джип и поехали. Он набрал Крыса.
– Да?
– Крыс, у нас беда, скорее поезжай в район Стеллы. Парням Грога нужна помощь и ещё… Молотка убили.
– Твою мать. Молоток, братан…
– Думаю, уже вызвали скорую, но твоя помощь им не помешает.
– Я мигом, а вы где? – в голосе Крыса послышалось неподдельное беспокойство.
– У нас дела. Всё будет хорошо.
– Ок, до связи.
Оспа припарковался у дома Волка. Клык вышел, достал пистолет и подошёл к большим металлическим воротам. Охрана Волка увидела его в камере наблюдения и в скрытом от глаз динамике, послышалось:
– Ты кто и что тебе здесь нужно?
Клык повернулся вокруг своей оси, посмотрел на ворота и, не увидев, динамика, показал в камеру, что прячет оружие.
– Я – Клык, поверенный вдовы Когтя Стеллы. Мне нужно поговорить с Волком.
– Его нет дома.
– Ясно, тогда подождём, – он ушёл обратно в машину и, сев, открыл дверцу, чтобы сразу выйти, как только тот подъедет. Стелла сидела в полном напряжении, играла лёгкая музыка, парни курили.
Ждать пришлось около часа, как к воротам подъехал шикарный Порш. Ворота сразу открылись, поднимаясь.
Клык пулей вылетел из джипа и кинулся к нему, встав между воротами и бампером. Волк надменно осмотрел его и вспомнил, что этот парень был со Стеллой у магазина брендовой одежды, заглушил мотор, махнул в камеру, что всё нормально и вышел.
– Что тебе здесь надо? Нитка прислала?
– Нет. Что ты делаешь?
– Не твоё дело, свали.
– Стелла сегодня хотела сброситься с моста в вашу реку, и если б я вовремя этого не заметил, её бы уже не было. Ты хочешь оставить вашего сына без матери?
Лицо Ростислава посерело, он подсознательно сжал кулаки.
– Это ещё не всё. Она любит тебя больше жизни и всегда любила, а осталась с Когтем, потому что честная достойная уважения женщина. Стелла отдала своё сердце долгу. Понимаешь? Долгу жены крупного авторитета в наших кругах. Она полностью и до конца соблюла наш кодекс чести. Разве ты этого не понимаешь? Ты бы пошёл против законов наших бригад? – Клык уже видел, что его слова падают на благодатную почву. Волк менялся в лице. И он не останавливался. – Она ревела вчера, как белуга, я не знал, как её успокоить, и вначале хотел вытащить тебе кишки, но Стелла меня остановила, защищая тебя. Волк? Ты слышишь меня?
– Где она? – сухой ответ довёл Клыка.
– Она здесь в джипе, но если ты обидишь её, я убью тебя, – но Ростислав уже не слушал его, сразу направившись к их машине. Открыл заднюю дверцу и подал руку. Стелла молча взяла его за руку и вышла.
Их глаза встретились. В её взгляде чётко читалось отчаянье. Он приблизился, и губы слились в страстном поцелуе, по лицу женщины покатились слёзы. Ростислав отстранился только для того, чтобы смахнуть слезинки.
– Прости, – прошептал. – Я люблю тебя и нашего сына.
У неё подкосились ноги, и он подхватил её на руки. Клык улыбался. Оспа тоже, слегка подрагивая уголками губ от нахлынувших чувств. Несмотря на то, что они всегда были суровыми ребятами, но вся эта история и им запомнилась надолго, оставив глубокий след в душе.
Эпилог.
Ростислав заехал за Стеллой, завершив очередной мастер – класс по рисованию для детей и повёз в самый престижный район. По дороге она вспоминала, как провела последний такой урок в Волейбурге, постоянно улыбаясь, вспоминая счастье в детских обожающих её глазах.
– Душа моя. Мы завтра отмечаем нашу годовщину, но мне уже не терпится показать тебе подарок, – Ростислав держал горячие ладони на глазах жены. – Всё, открывай.
Женщина открыла и ахнула.
– Ого, какая вилла. Это же целый дворец, – повернулась к мужу. Его лицо украшала широкая улыбка.
– Это наша мечта – наш дом в Мурохино.
– Но у нас же есть большой дом, – улыбнулась.
– Любимая, это был дом Когтя, а я всегда хотел здесь свой. Пусть этот дом станет нашим маленьким Раем.
Клык, Крыс и Ярик стояли чуть дальше за ними, а Борис остался в Волейбурге директором коффишек Волка. Вера со Стасиком вышли из Порше.
– Папа, мама, это наш новый дом?
– Да, родной, это наш дом.
