молитвы, отказать в просьбе. А уж как отреагирует на неудачное лечение всесильная Тайдула и ее муж, представить себе нетрудно.
От успеха этой «лечебной» поездки Алексия в Орду зависело очень многое. Уже в те годы митрополит всея Руси (вероятно, первым на Руси) понял, что одной из главных причин распри является устаревшая, отжившая свой век система передачи власти старшему в роде Рюриковичей. Около пятисот лет действовал этот обычай. В чем-то – демократичный, в чем-то – справедливый, он давал принципиальную возможность любому Рюриковичу, оказавшемуся на какой-то момент времени старшим в роде, стать великим князем. Но этот обычай по прошествии нескольких веков, когда дерево рода Рюриковичей буйно разрослось, стал мешать все активнее и самим же Рюриковичам, и их согражданам жить спокойно.
Нашествие ордынцев убедительно доказало всем, что времена разрозненных мелких княжеств прошли, что пришла пора создавать на территории Восточной Европы централизованную державу. Первый шаг на пути к этой цели московские князья уже сделали. Нужно было сделать второй шаг: изменить обычай передачи власти, который бы закрепил власть не за родом Рюриковичей, а за одной веткой этого рода.
Ханы Орды могли не разрешить менять древний, отживший обычай, потому что Русь сильная, единодержавная наверняка справилась бы с любым врагом, в том числе и с Ордой – зачем же подрубать сук, на котором сидишь?
Митрополит Алексий приехал в Орду и излечил Тайдулу, страдавшую от глазной болезни. Благодарная ханша щедро наградила митрополита Алексия. Он получил от нее конюшенный двор в Кремле, до этого принадлежавший баскакам, драгоценный перстень Тайдулы с изображением дракона и грамоту, освобождающую русское духовенство от податей. Жена Джанибека также «прекратила зло», которое чинил на Руси посол Кошак, налагавший по личной прихоти обременительные налоги на князей.
О самом же главном деле в ту поездку митрополит Алексий, по всей вероятности, заговорить не успел. В Орде началась распря. Хана Джанибека, вернувшегося домой с богатой добычей из Персидского похода, убил сын, Бердибек. Митрополит с дарами Тайдулы поспешил в Москву.
Вслед за ним в столицу княжества прибыл посол Бердибека, Иткар, с грозным посланием хана. Русские князья не на шутку испугались. Человек, убивший своего отца, мог натворить на Руси, ослабленной гибельным «нашествием чумы», много бед. Митрополит Алексий вновь отправился в Орду. С помощью Тайдулы ему удалось «укротить сего тигра».
Через год после этой поездки в Москве умер Иван II Иванович, а в Орде Бердибека убил Кульпа. Он правил Ордой недолго, всего пять месяцев – его убил потомок Чингисхана Наврус. Распря – эпидемия человеческого духа – поразила Орду. Новый хан дал ярлык на великое княжение Дмитрию Суздальскому, который 22 июня 1360 года прибыл во Владимир, надеясь вернуть городу былое величие и славу. Митрополит Алексий, проявив дипломатический такт, благословил Дмитрия Суздальского на великое княжение, но уехал в Москву.
Дальнейшая судьба митрополита всея Руси Алексия тесно связана с судьбой великого князя Дмитрия Ивановича (Донского), организатора победы русского воинства на поле Куликовом. Но перед тем, как перейти к рассказу о Дмитрии Донском, следует поведать о деяниях Алексия в Москве.
В 1365 году на месте конюшенного двора ордынских баскаков, полученного Алексием от Тайдулы, митрополит всея Руси заложил монастырь во имя чуда Архангела Михаила, который обычно называли Чудовым монастырем. Владыка русской Православной церкви оснастил этот особый митрополичий монастырь богатой церковной утварью, книгами, многие из которых сохранились до сих пор. На смертном одре Алексий написал завещание, согласно которому Чудову монастырю передавалось много сел.
Чуть раньше Алексий основал Андронников монастырь, заложил на его территории церковь Нерукотворного Спаса.
Этот монастырь был построен митрополитом всея Руси по обету, который он дал во время жестокой бури в Черном море, возвращаясь из Константинополя. Местность, выбранная им на берегу Яузы, называлась Болванской. По ней проходил путь ордынских послов, приезжавших в Москву с ханскими болванками или басмой.
Перед тем как основать монастырь, Алексий ходил к преподобному Сергию. Тот одобрил идею строительства монастыря и дал митрополиту своего ученика Андроника, руководившего работами. Преподобный Сергий и митрополит Алексий благословили место закладки, и в 1361 году каменный храм был построен. Здесь под руководством преподобного Андроника воспитались великие русские иконописцы Андрей Рублев и Даниил.
Согласно мнению некоторых специалистов, Алексий основал на Остоженке по просьбе своих сестер Евпраксии и Юлии еще один монастырь, Алексеевский, на том месте, где в настоящее время находится Зачатьевский монастырь. Позже, при правлении Василия III, Алексеевский монастырь перенесли на Чертолье (это слово произошло от Черторыя – ручья, роющего овраги). В XIX веке на месте Алексеевского монастыря поставили Храм Христа Спасителя, а монастырь, основанный митрополитом всея Руси в честь ангела Алексея, перенесли за Красный пруд.
«Москва в этом монастыре хранит до сего времени драгоценнейший манускрипт этого великого первосвятителя: переведенный им с греческого языка и переписанный собственной рукой Новый Завет. Кроме того, от святителя дошло до нас его духовное завещание»[54].
После знаменитого Всесвятского пожара 1365 года по совету и благословлению митрополита всея Руси великий князь Дмитрий Иванович и его двоюродный брат Владимир Андреевич (Серпуховской) в короткие сроки возвели вокруг Москвы город каменный.
Митрополит Алексий умер 12 февраля 1378 года. Мощи его почивают в Чудовом монастыре, в Москве.
Константинопольский патриарх после смерти митрополита Алексия написал грамоту: «Спустя немного времени скончался великий князь Московский и всея Руси, который перед своей смертью не только оставил на попечение тому митрополиту своего сына, нынешнего великого князя – Дмитрия, но и поручил управление и охрану всего княжества, не доверяя никому другому ввиду множества врагов внешних, готовых к нападению со всех сторон, и внутренних, которые завидовали его власти и искали удобного времени захватить ее»[55].
Дмитрий Донской (1350 – 1389)
Проверка битвой
12 октября 1350 года у великого князя Ивана Ивановича Красного (или Кроткого) родился сын Дмитрий. К этому времени «град Москов» был известен, согласно дате первого упоминания в летописи, 203 года. А если вспомнить, что активно осваивать Заокскую землю люди начали во второй половине XI века, то можно с некоторыми вполне допустимыми в данном случае оговорками сказать, что возраст поселений, из которых с течением времени развился город Москва, составлял ко дню рождения будущего победителя в куликовской битве около 270 лет. Младенческий возраст для великого града. Практически все эти без малого три века Москва жила тихой, напряженной жизнью труженика, очень скромного и трудолюбивого, гостеприимного и щедрого. Она принимала всех, кто разными путями-дорогами своих судеб забредал сюда, оставался здесь «на постоянное место жительства». Она реже любого другого крупного города воевала, бунтовала,
