восставала против князей, тысяцких, бояр. Город в окрестностях Боровицкого холма вплоть до правления Ивана Калиты развивался в себе, копил силушку, будто былинный русский богатырь Илья Муромец. Накопил, однако.
Иван Калита резко возвысил значение города и Московского княжества, его экономическую мощь и политический авторитет.
Русские летописи пишут, что во время его правления сорок лет был на Руси мир. Здесь сокрыта не фальшь, но маленькая недомолвка. Мир в Московской земле действительно продолжался сорок лет: с 1328 по 1368 годы, когда на Москву ходил походом Ольгерд, король Литовский.
И возможен был этот мир лишь благодаря мудрой политике Ивана Калиты. Он не просто собирал русские земли вокруг Московского княжества и достиг в этом деле прекрасных результатов, но еще и внушил (не словами, но делами!) своим сыновьям, что только по-калитовски надо править Московской землей: не воюя на ее территории, давая ей возможность развиваться и крепнуть. Семен Иванович, каким бы он гордым ни был, проводил именно такую политику. Иван Иванович, хоть и отдал лопасню Олегу Рязанскому, в Московскую землю врагов не допускал. И вот теперь пришел черед править русской землей Дмитрию Ивановичу, внуку Калиты.
Время ему досталось суровое. «Княжение Дмитрия Донского принадлежит к самым несчастным и печальным эпохам многострадального русского народа», – писал, будто в отчаянии, историк Н. И. Костомаров[56]. Да, действительно, самых разных бед Русь и особенно Московское княжество претерпели во второй половне XIV века немало. И все-таки не беды характеризуют то время, и даже не великая победа русского воинства на поле Куликовом, и не месть Тохтамыша, и последующие разорительные походы ордынцев на русскую землю, а то, что тот фундамент нового русского государства, который не спеша, но основательно сооружался в течение трех веков, выстоял, прошел проверку войнами с Литвой и Тверью, с Мамаем, Тохтамышем и Тамерланом, борьбой с разбойным людом, одно время разгулявшемся на Волге, нашествиями чумы и пожарами. Москва и Московское княжество не только устояли, но и окрепли, надежно удерживая в руках эстафетную палочку истории.
Конечно же, в этом огромную роль сыграли Дмитрий Донской, митрополит всея Руси Алексий и московские бояре. Практически всегда в решении стратегически важных вопросов они проявляли завидное единодушие, о чем говорят летописцы и позднейшие историки.
Чтобы понять и по достоинству оценить главное дело великого князя Дмитрия Ивановича, необходимо представить себе хотя бы в общих чертах ситуацию, сложившуюся вокруг Русской земли, ситуацию, надо сказать, критическую.
На западных границах окрепли Великое княжество литовское и польское королевство. В 1340 году польский король Казимир присоединил к своему государству Галицию, уступив соседям – литовцам Брест, Холм, Луцк и Владимир Волынский. Совсем недавно сильное княжество, светские и духовные владыки которого мечтали на рубеже XIII–XIV веков об автономии, было по сути дела разорвано в клочья. Неспокойная ситуация сложилась и на северо-западных, северных границах Русской земли. В 1348 году шведский король Магнус осуществил поход к реке Неве, захватил город Орехов, насильно крестил по католическому обряду местных жителей. Новгородцы, боясь потерять выход к Балтийскому морю, быстро собрали войско и нанесли захватчикам тяжкое поражение, выбили их из Орехова, заключили со Швецией выгодный для себя мир. В 1351 году, когда Дмитрию, сыну Ивана Красного, исполнился всего год, шведский король с одобрения папы Римского провел большую организационную работу, подготовил войско к походу на Русь в нарушение мирного договора. Поход не состоялся – помешала вспыхнувшая в Швеции распря. Относительно спокойно было лишь на северо-восточных и восточных границах русской земли, хотя спокойствие это было зыбким. Нет-нет, да и воевали друг с другом Волжские болгары и русские. Кроме того во второй половине XIV века на Волге появились ушкуйники, вооруженные дружины, которые формировались новгородскими боярами для захвата чужих земель. Много земель они Новгороду не завоевали, в конце концов превратились в крупные шайки речных разбойников. Они рыскали на ушкуях, речных судах с веслами, по Волге, грабили города и селения, и великим князьм приходилось уделять немало сил и энергии в борьбе с эти злом. На юго-востоке и юге русской земли хозяйничали ордынцы. Дела в степи не всегда шли гладко. Орда стала распадаться, но была еще очень сильна. В любой момент она могла нанести по любому сопернику сокрушительный удар. В 1351 году, например, гонимые голодом степняки взяли «земли Врацловские». Через три года венгры совершили поход за Буг, пленили хана, но ордынцы продолжали удерживать за собой земли Приднестровья…
Русская земля была окружена сильными противниками. Московская земля до княжения Дмитрия Донского копила силы. Накопила? На этот вопрос люди разного склада отвечают по-разному. Одни, осуждая решительную и смелую политику Дмитрия Донского, считают его решение дать крупное сражение ордынцам преждевременным; другие говорят о том, что Дмитрий Донской сделал все исключительно верно и, главное, своевременно. Копить силу вечно нельзя, она может взорваться изнутри. Такое не раз бывало в истории человечества.
Впрочем, Дмитрий Донской, трехлетний мальчик, еще не мог думать о мировой политике, когда чума, обрушившаяся на Русь, погубила почти всю великокняжескую семью. Семен Гордый в своем завещании передал бразды правления русской землей митрополиту всея Руси Алексию, прекрасно понимая, к чему может привести страну слабовольный брат его Иван Кроткий. Митрополит всея Руси сделал многое для того, чтобы процесс усиления Москвы и Московского княжества не приостановился, но, как отмечалось выше, Иван II Иванович тоже внес свою лепту в создание Русского централизованного государства.
Москва и Московское пространство выдержали испытание правлением гордого и кроткого князей, испытание чумой и пожарами. Но судьба готовила городу еще одно испытание – испытание верой. Еще в 1329 году турецкий эмир Осман одержал первые победы над Византией, отвоевал у нее небольшую территорию в Малой Азии. Его сын провозгласил себя султаном, объявил город Брусси столицей турецкого государства. Оно быстро крепло и расширялось. В 1357 году, когда Дмитрию Ивановичу исполнилось семь лет, турки отвоевали у Византийской империи первый клочок земли на европейском континенте. В 1361 году османы (так еще называли турок) взяли Андрианополь, воспользовавшись тем, что три балканских государства (Византия, Болгария и Сербия) вели между собой утомительную борьбу, подтачивая силы православной веры в регионе. Эпидемия братоубийства поразила православных. Они шли друг на друга с оружием в руках, как на самых страшных врагов своих.
Та же самая беда приключилась и с Ордой. В 1357 году, как сказано выше, Джанибека убил сын Бердибек. Продолжая традиции отца, он казнил всех своих братьев. Бердибека убил Кульпа. С трудом ханам удалось справиться с заразой братоубийства. Орда распалась в 1372 году на семь владений… Так может быть, поэтому
