2. Материальная база ОМСБОНа и соответственно материальная оснащенность отрядов, особенно в первый период войны (1941–1942 гг.), не соответствовали сложности и трудности задач, которые им приходилось решать в тылу врага. Они выходили в тыл с крупногабаритными рациями, батареями, с тяжелыми установками электродвижков и т. д. В отдельных случаях на каждого бойца приходилось от 40 до 50 кг различных грузов. Это делало отряды немобильными, малоподвижными. Первые отряды были оснащены в основном карабинами. В суровые зимы 1941, 1942, 1943 гг. из-за недостатка валенок частыми были случаи обморожений. Крайне отрицательно сказывалась необеспеченность отрядов, и тем более подрывных групп, точными картами местности, а на имевшихся многое не соответствовало реальной действительности, что нередко приводило к опасным для отрядов ситуациям. Выше отмечалось, что фактическое отсутствие у бригады авиатранспортных средств сковывало оперативность десантников, принуждало многие отряды к чреватым потерями переходам линии фронта с последующим изнурительным и опасным многонедельным продвижением к месту базирования.
3. Выявились и недостатки в физической, спортивной, а в ряде случаев – и в специальной боевой подготовке бойцов. Следствием их были во многих случаях замедленное продвижение отрядов, гибель подрывников от неосторожного обращения со взрывчаткой и минами, неоправданные потери в бою. Нередкими были случаи потери радиосвязи отрядов с Центром и штабами фронтов. Вследствие потери связи, например, спецгруппа Н. И. Лапина (13 человек) вынуждена была вернуться с задания преждевременно {183}.
4. Подчас командованием ОМСБОНа отдавались приказы, принятые без учета реальной ситуации. Так, в 1944–1945 гг., в условиях успешных наступательных действий Красной Армии, многие отряды получали приказы о перемещении на запад, в том числе в Восточную Польшу, Словакию, Румынию, Венгрию, Восточную Пруссию. При этом не всегда было известно о физическом состоянии бойцов и командиров, многие из которых по 1,5–2 года и более без перерыва действовали в тылу врага и остро нуждались в психологической разрядке и отдыхе. О том, насколько важен учет психологического состояния бойцов, свидетельствует тот факт, что в отдельных отрядах имели место даже единичные случаи дезертирства и самострелов (это не относилось к основному составу бригады). Отряды нуждались в боевом и материальном переоснащении. А это не всегда удавалось своевременно осуществить. В ряде случаев командование ОМСБОНа не учитывало быстрых темпов продвижения советских войск, когда они обгоняли отходившие на запад отряды ОМСБОНа. Так было, например, с отрядами Медведева, Шестакова, Мадэя, Градова и некоторыми другими.
Не приходится доказывать, что своевременный учет этих недостатков и упущений способствовал бы более успешным действиям спецотрядов и спецгрупп ОМСБОНа в тылу врага и меньшим потерям. Но в целом, как отмечали командование и штабы ОМСБОНа и фронтов, командиры спецотрядов и спецгрупп успешно справлялись с поставленными перед ними задачами, а их личный состав проявил сплоченность, выдержку, энергию, мужество и отвагу {184}.
* * *
Еще в августе 1942 г. в ОМСБОНе был сформирован отряд «Олимп» под командованием капитана-пограничника В. А. Карасева и комиссара М. И. Филоненко, умело действовавших в 1941 г. под Москвой и в Калужской области. Наименование отряда объяснялось тем, что ему первоначально предназначалось действовать в высокогорных районах Кавказа. Бойцы были обеспечены альпийским снаряжением, прошли горнолыжную подготовку. Но в начале 1943 г. в связи с коренным изменением положения на Юге в пользу советских войск необходимость в отправке отряда на Кавказ отпала. Ему предстояло теперь действовать на Украине, в районах Житомирской и Киевской, а затем и Ровенской областей, и решать задачи, поставленные командованием Украинского фронта {185}.
В январе 1943 г. отряд был доукомплектован: в него вошли боевые группы капитанов госбезопасности А. Пегушина и П. Перминова. Численность отряда составила 58 человек. Начальником штаба стал А. Пегушин, но вскоре после прибытия на место он был тяжело ранен и отправлен в Москву. Его сменил старший лейтенант пограничник Н. И. Крючков. Парторгом отряда был Е. Ивлиев, впоследствии ярко описавший его боевой путь в документальной повести «Были огненных лет». В составе отряда в числе других вышли в тыл врага воины-спортсмены Н. Новаторов, Э. Блицау (Марат), А. Гибов, Ю. Облезов, И. Лобанов, В. Рассадин, X. Тбоев, Я. Тадеев, Н. Пасько, П. Ярославцев, В. Исаев, подрывник и переводчик А. Батян, радисты И. Хрисовой, Н. Тернюк, врач Н. Рогачева.
И на этот раз прозвучала клятва бойцов отряда у Мавзолея В. И. Ленина. 20 января 1943 г. отряд вышел из Москвы {186}. Путь лежал в Торопец, оттуда 9 февраля бойцы вышли к линии фронта.
Разведчики отряда и 4-й Ударной армии предложили смелый план перехода линии фронта по лощине, пролегавшей между двумя укрепленными фашистами высотками. На следующий день отряд и сопровождавшие его семь армейских разведчиков, идя на лыжах след в след, незаметно для врага прошли этим путем мимо фашистских дозоров и дзотов и с ходу углубились на 10 км за линию фронта {187}.
Так начался 29-дневный поход отряда с северо-востока Белоруссии на юг республики и далее, за Припять, в район Овруча. На этом пути длиною до 2 тыс. км бойцам отряда пришлось преодолеть несколько железных и шоссейных дорог, форсировать десятки рек и речушек, в том числе Ловать, Западную Двину, Птичь, Березину, Свислочь и – в середине марта 1943 г., в условиях начавшегося ледохода, – Припять. Путь пролегал по бесконечным болотам, лесам и открытой местности. Пришлось выдержать не один бой с карателями, обходить гарнизоны, возможные засады и ловушки. Большая заслуга в том, что отряд проделал этот путь без потерь, принадлежит разведчикам и проводникам, которых повсеместно давали отряду белорусские партизаны. В начале апреля отряд достиг границы Белоруссии и Украины и здесь, в лесу у сел Мухоеды и Углы, разбил свой лагерь. Местом базы избрали песчаную возвышенность в центре окруженного лесами и болотами островка. Бойцы окрестили ее Лысая гора, а свой лагерь назвали Лысогорском. Вскоре разведка доложила, что в соседнем селе Толстый Лес остановилось на отдых соединение прославленного партизанского командира Героя Советского Союза генерала С. А. Ковпака. В. А. Карасев сразу же направился на встречу с ним {188}.
В соседних районах Гомельской и Житомирской областей действовали отряды Е. И. Мирковского, «Дяди Кости», соединения Маликова и Сабурова. Лагерь «Олимпа» располагался в восточной части этого обширного партизанского края. Вблизи лагеря создали временный аэродром.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
