Эти данные необходимы были командованию в связи с разработкой плана операции «Багратион», в осуществлении которого большое значение придавалось действиям партизан Белоруссии.
В ответ на просьбу фронта командование ОМСБОНа сформировало в конце 1943 г. три новых спецотряда общей численностью 110 человек. Командование отрядами было поручено офицерам-чекистам А. Н. Шихову (отряд «Богатыри» – 46 человек), Д. П. Распопову (отряд «Борцы» – 32 человека), Д. И. Кузнецову (отряд «Молот» – 32 человека) {222}. Отряды получили задание: посредством диверсий «воздействовать на коммуникации и маневренность войск врага в его тылу в направлении действий Белорусского фронта и вести разведывательную работу» {223}. В состав отрядов были включены семь офицеров состава фронтовой разведки и три сержанта – фронтовых радиста {224}.
10 января 1944 г. все три отряда прибыли на Киевский вокзал столицы и погрузились в теплушки, прикрепленные к поезду «Москва – Брянск».
Путь через Брянск и Унечу лежал в г. Речица, где располагался штаб 1-го Белорусского фронта. За Брянском двери теплушек, несмотря на мороз, были раскрыты. Еще бы! Ведь многим бойцам эти места были так знакомы по прошлому, совсем недавнему заданию! Подрывники В. Голуб, В. Рассадин, Б. Бурондасов, Я. Фокин, Л. Семин, А. Завгородний, Д. Киселев, П. Бобров, Б. Мартынов с волнением всматривались в раскрывавшийся перед ними зимний пейзаж: по обе стороны недавно восстановленного пути то тут, то там виднелись еще не убранные, лежащие на боку разбитые паровозы и вагоны. Может быть, впервые так зримо и наглядно перед ними предстали результаты их боевых заданий. Сколько раз в составе отрядов Шихова, Каминского, Матвеева пробирались они короткими летними ночами 1943 г. к этой дороге! Какого напряжения сил и нервов стоила каждая операция! Как радовались сообщениям разведчиков и связных о ее итогах! Картины, разворачивавшиеся перед их глазами, воскрешали в памяти детали. Перебивая и дополняя друг друга, делились воспоминаниями с «новичками», которые с завистью смотрели на «бывалых» [38] .
В Речице командиры отрядов встретились с командующим фронтом генералом армии К. К. Рокоссовским, который уточнил задания и отдал распоряжение обеспечить отряды транспортом и доставить в недавно освобожденный партизанами Овруч. Морозным утром 14 января 1944 г. колонна мощных «Студебеккеров» двинулась в сторону Овруча, куда прибыла на следующий день {225}. Отсюда отрядам предстояло проникнуть через Бобруйские «ворота» в тыл врага и выйти в заданные районы действий. 17 января три отряда на восьми мощных автомашинах были доставлены в д. Тартак, расположенную в 60 км за линией фронта. Это был редкий случай осуществления глубокого автодесанта в тыл врага {226}. Отсюда отрядам предстояло совершить лыжный переход к местам базирования. Бойцы несли на себе в общей сложности до 5 т различных грузов, включая рации, питание к ним, мины и тол.
В каждый отряд были включены офицеры связи с радистами от разведотдела Белорусского фронта для обеспечения службы информации и связи со штабом фронта.
Первоначально все три отряда передвигались вместе. Но обстановка в Полесье оказалась более сложной, чем предполагалось: сюда прибыли новые части и гитлеровцы организовали глубокоэшелонированную оборону, закрыв тем самым лесные «ворота», соединявшие Житомирскую область с партизанским краем. Отрядам было приказано самостоятельно перейти линию фронта и продвигаться к месту назначения.
По-разному сложился путь каждого из отрядов. Отряд «Богатыри» А. Н. Шихова в составе 46 человек перешел линию фронта в ночь на 8 февраля 1942 г. За десять суток бойцы прошли около 400 км, преодолели Пинские болота, форсировали реки Ствига, Моства и Припять, пересекли железную дорогу Мозырь – Пинск и 17 февраля, выдержав неоднократные бои с фашистскими войсками, прибыли в д. Чудны Барановичской области, которая и стала базой отряда {227}.
Отряд Д. П. Распопова «Борцы» в составе 32 человек перешел линию фронта 10 февраля 1944 г. в 40 км юго-восточнее Житковичей, прошел за 12 суток 460 км и, переправившись через реки Припять, Случь и Моства, стал лагерем в 40 км от железной дороги Барановичи – Лунинец. Объектом диверсионной деятельности отряда стал участок железной дороги Лунинец – Пинск {228}.
Сохранившийся в личном архиве полковника М. Ф. Орлова отчет командира отряда «Молот» старшего лейтенанта Д. И. Кузнецова дает достаточно подробное представление о боевом пути отряда и о результатах его диверсионных и разведывательных действий.
Отряд перешел линию фронта 16 февраля 1944 г. в 50 км юго-западнее ст. Житковичи. Его путь к месту назначения оказался наиболее длительным и трудным. Немцы преследовали отряд, навязывая ему тяжелые бои. Преодолев за 32 дня 650 км пути по лесам и болотам Полесской, Пинской и Минской областей, форсировав реки Ствигу, Припять и Случь, отряд 21 марта 1944 г. прибыл на базу Градова в Пуховичском районе Минской области {229}.
«Условия перехода, – отмечалось в отчете , – были исключительно трудными еще и потому, что 11 бойцов заболели сыпным тифом. В трудных условиях вражеского тыла бойцы быстро поправились и были возвращены в строй» {230}.
За этими скупыми строками – подлинный подвиг боевых друзей заболевших воинов, местных партизан и мирных жителей, приложивших все усилия для того, чтобы вернуть их в строй. Для местных жителей это было связано с огромным риском: малейшее подозрение в связях с партизанами грозило им и их семьям арестом, пытками и смертью. Но подлинный гуманизм и патриотизм советских людей помогли им преодолеть чувство страха и смело и мужественно выполнять свой гражданский долг. Сколько подобных, казалось бы, незаметных, но от этого не менее героических поступков было совершено советскими людьми в годы войны на временно оккупированных врагом территориях! Помощь и поддержка, оказываемые местными жителями партизанам и десантникам, в конечном счете являлись едва ли не главным условием успешного выполнения боевых заданий.
Отряд «Молот» действовал в треугольнике Минск – Слуцк – Бобруйск. Особое внимание при этом было обращено на стратегически важную для немцев железную дорогу Минск – Бобруйск.
Командир отряда Д. И. Кузнецов, худощавый, среднего роста, крепкого телосложения, стройный, подтянутый тридцатилетний офицер, в прошлом шуйский рабочий, до войны преподавал в Московском институте физической культуры.
Рядом с ним его заместитель лейтенант М. Артемьев выглядел коренастым крепышом. Начальнику разведки капитану А. Сабинину было более 45 лет. Молодым бойцам он казался чуть ли не стариком. Могли ли они в свои 18–20 лет представить себе тогда, насколько было ему тяжелее, чем им, переносить все выпавшие на долю отряда испытания! В полную меру они осознали это лишь много лет спустя. Но бойцы отряда быстро оценили его как чекиста и разведчика, мужественно и профессионально грамотно выполнявшего особое задание и оберегавшего отряд от вражеских лазутчиков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
