принять за мираж, прибыл на совет орков и людей с великим размахом. В его свите были самые влиятельные придворные, а также несколько десятков стражников, с которыми он не расставался даже на время утренней прогулки по саду.
Когда король и его свита вошли в зал, где вождь орков сидел на своём массивном троне, сделанном из черепов (большей частью животных, но всё равно внушительно), напряжение можно было резать ножом. Вожди посмотрели друг на друга, как два маститых бойца на арене, и казалось, что вот-вот начнётся новая война.
— Это что ещё за мерзкие ящерицы? — громко спросил Эдвард, морщась от вида особенно уродливых орочьих стражников.
— Это мой народ! — грохнул вождь, ударив кулаком по столу так, что королевские придворные чуть не спрятались под него.
— Ящерицы… — повторил с лёгким замешательством король, осознав, что только что, возможно, обидел своего нового союзника.
Герберт, Лили и Валентин, стоящие в сторонке, обменялись тревожными взглядами. Ситуация развивалась стремительно и явно не в ту сторону, которую они ожидали.
— Ваше Величество, — начал Герберт, шагнув вперёд и вклинившись между монархом и вождём. — Эти орки вовсе не ящерицы. Это… э-э… крупные представители лесных жителей, обросшие полезными традициями и почитающие природу. Они хорошие воины и… шляпные энтузиасты.
— Шляпные энтузиасты? — нахмурился король, глядя на Ван Гудвуда, который в этот момент демонстрировал одной из орочьих воительниц, как правильно носить модную боевую шляпу.
— Мы здесь не для модных советов! — рыкнул вождь, бросив грозный взгляд на короля. — Мы здесь, чтобы говорить о мире!
— Именно! — согласился Эдвард, быстро смекнув, что дипломатия здесь — ключевой элемент. — О мире, а не о каких-то ящерицах. Я… всего лишь хотел узнать больше о вашем благородном народе.
Вождь орков немного расслабился, хотя его взгляд всё ещё был настороженным.
— Мы орки, — спокойно произнёс он. — И мы гордимся этим. Но теперь, когда проклятие снято, мы готовы к диалогу. Только не называйте нас больше ящерицами.
— Обещаю, не буду, — торжественно кивнул Эдвард.
Ситуация постепенно разрядилась, и переговоры пошли гораздо более конструктивно. В конечном итоге, после долгих дискуссий, орки и люди решили заключить мир, но на условиях, которые включали обмен кулинарными рецептами и организацию совместных фестивалей, на которых можно было бы соперничать в искусстве выпечки пирогов.
Когда все наконец успокоились и настало время раздачи наград, король подошёл к Герберту, Лили и Валентину, явно довольный итогом дня.
— Мои верные подданные, — начал он, обращаясь к ним. — Сегодня вы проявили себя как истинные герои, и я не могу оставить это без награды.
Он обратился сначала к Валентину, который стоял рядом с сэром Ланселотом, его отцом.
— Валентин, — торжественно сказал Эдвард. — Ты показал себя достойным рыцарем, и я хочу, чтобы ты вошёл в мою личную гвардию, охраняющую короля и королевство.
Валентин был настолько счастлив, что в первый момент не нашёл слов, но потом расплылся в широкой улыбке и, поклонившись, ответил:
— Ваше Величество, для меня это большая честь! Я готов служить вам верой и правдой.
— Я в этом не сомневаюсь, — сказал Эдвард, похлопав Валентина по плечу.
Затем король обратился к Лили, которая сдержанно стояла в сторонке.
— Лили, — начал он, поднося к ней шкатулку, инкрустированную драгоценными камнями и наполненную золотыми монетами, — я дарую тебе это в знак признательности за твою помощь. Чтобы ты могла жить в достатке и больше никогда не была вынуждена воровать.
Лили посмотрела на шкатулку, а потом на короля и чуть нахмурилась.
— Спасибо, Ваше Величество, — сказала она. — Но я предпочла бы, чтобы эти деньги разошлись по беднякам. Я к ним ближе, чем к этим драгоценностям. Мне моя жизнь и так вполне нравится, а с ними пусть живёт кто-то, кому это действительно нужно.
Эдвард выглядел немного озадаченным, но потом одобрительно кивнул.
— Ты действительно удивительная девушка, Лили. Пусть будет по-твоему.
Наконец, король подошёл к Герберту.
— Герберт, — начал он. — Ты — выдающийся маг, и я хотел бы предложить тебе стать придворным магом королевства.
Герберт замешкался, но прежде чем успел ответить, король продолжил:
— Однако есть одно условие. Твоя жена, — он бросил взгляд на Оргхеллу, стоящую неподалёку, — должна будет остаться за стенами города. Придворное общество не готово к такому… нововведению.
Герберт встретился взглядом с Оргхеллой, и та, казалось, поняла всё без слов. Он улыбнулся ей и, повернувшись к королю, твёрдо произнёс:
— Благодарю вас, Ваше Величество, за предложение. Но, признаться, мне уже надоела вся эта городская суматоха и бесконечные приключения. Я хочу вернуться в свой дом в деревушке Ледяная Лужа, чтобы спокойно практиковаться в магии и, возможно, выращивать грибы.
Король выглядел слегка разочарованным, но уважительно кивнул.
— Понимаю. Тогда прими эти награды и титулы за свои заслуги. И пусть в твоей Ледяной Луже всегда будет тепло и светло.
После этого друзья начали прощаться. Валентин и Ланселот обняли Герберта и пообещали навестить его, как только дела в столице позволят.
Лили шутливо пригрозила ему, что если он слишком углубится в свои грибы и забудет про них, она лично приедет и устроит ему маленький беспорядок в его тихом уголке.
Ван Гудвуд, как всегда, был загадочен, заявив, что, возможно, приедет к Герберту, если его шляпы потребуют магической доработки.
И вот, когда прощания закончились, Герберт и Оргхелла отправились в путь, рука об руку. Орки и люди остались позади, заключив мир, и всё, казалось, шло своим чередом. Герберт чувствовал, что теперь, когда все бури утихли, его ждёт самое удивительное приключение — тихая и спокойная жизнь с той, кто, вопреки всем ожиданиям, стал его второй половиной.
Глава 43: В которой домашний уют подвергается испытаниям, а старые друзья напоминают о себе
Ледяная Лужа была именно такой, какой её помнил Герберт: маленькой, тихой и полной сюрпризов. Деревня утопала в зелени, а вокруг всё цвело и благоухало — как и полагалось лету. Однако, несмотря на своё идиллическое расположение, эта деревушка оказалась немного тесноватой для двух таких ярких личностей, как Герберт и Оргхелла.
Как только они прибыли, Герберт с радостью продемонстрировал Оргхелле их новый дом. Это был скромный домик с соломенной крышей, окружённый пышными кустами малины и миниатюрным огородом. Дом выглядел приветливо, если не считать небольшого перекоса правого окна, через которое вечно продувало.
— В этом доме я наконец смогу жить спокойно, — сказал Герберт, входя внутрь и сдувая пыль с книги, которую оставил на полке ещё в прошлую зиму.
— Спокойно? — переспросила Оргхелла, с трудом протискиваясь в дверь. — Я думала, тут можно будет устроить тренировочный лагерь для воинов. У
