вечер она сказала мне, что ждет от меня ребенка.
Я был в бешенстве. Мне казалось, что она нарочно хочет загнать меня в ловушку, женить на себе, отнять мою свободу. Я так разозлился, наорал на нее, что это вовсе не мой ребенок, что она нагуляла его в Москве с кем-то другим, а из меня хочет сделать крайнего.
После этого я ушел и забыл о ней. Вообще не вспоминал про нее до вчерашнего дня, – сосед со взволнованным видом принялся расхаживать по комнате. – А вчера она мне приснилась. Я проснулся посреди ночи и не смог больше заснуть. Всё думал о ней. Я вдруг понял, что мне не хватает ее нежной улыбки, мягкого голоса, звонкого смеха, ее родных карих глаз… Потом я вспомнил о ребенке, и во мне появилась уверенность, что он мой! Я подсчитал, что наш малыш вот-вот должен родиться. Утром я твердо решил ехать в Элисту.
– Да ты же любишь ее! Только почему-то понял это спустя столько много времени, – воскликнула Эля. – А почему в Элисту поехал, а не в Москву? Она же вроде там живет, как я поняла?
– Вчера у нее был день рождения. А она очень привязана к семье, всегда отмечает его с близкими. К тому же ей было бы спокойней рожать здесь, рядом с родными.
– Так ты поговорил с ней? Как она? Как ребенок?
– Мы еще пока не виделись. Она сменила номер и перестала пользоваться соцсетями. Я позвонил на домашний, но напоролся на ее мать, а она даже не захотела разговаривать со мной и бросила трубку. Хотя я ее понимаю, ведь я причинил боль ее дочери. Но есть один человек, который сможет мне помочь. К нему-то я сейчас и направлялся.
– Тогда чего ты ждешь?! Иди быстрей!
– Иду.
– Удачи там!
Оставшись одна, Эля легла на кровать и закрыла глаза. На душе была пустота. Ей больше ничего не хотелось – ни строить из себя детектива, разыскивающего подругу детства, ни думать о Денисе, ни надеяться на чудо. Даже разговаривать с подругами не было желания. Все звонки и сообщения от Сони и Аделины Эльмира просто игнорировала.
Пролежав так почти час, уставившись в потолок, Эля, наконец, встала и купила на сайте билет на завтрашний утренний рейс. Потом быстро привела себя в порядок, оделась и вышла из номера, предварительно бросив ключи в сумку. Перед своим отъездом Эльмира хотела проведать могилу бабушки.
* * *
Аделина спустилась в гостиную, потягиваясь на ходу после долгого сладкого сна. Давно она не спала так безмятежно, словно ребенок, не знающий забот, которого убаюкали колыбелью. У нее всегда появлялось такое чувство после ночевок у Белки. В школьные времена они с девчонками любили устраивать у нее пижамные вечеринки с просмотром «Милых обманщиц» до самого утра.
Накануне Аделина прилетела в свой родный город на берегу Черного моря, но из аэропорта направилась не домой, а прямиком к Белке. Ей не хотелось видеться с отцом и тем более выступать на молодежном форуме, организованном мэрией Салатового Острова. Многие бы хотели очутиться на ее месте, представляя жизнь единственной дочери мэра райским наслаждением, но завидовать было нечему. Сколько себя помнила Лина, отец всегда был с ней суров и, как ей казалось временами, откровенно недолюбливал ее. В старших классах она даже стала подозревать, что у ее матери мог быть роман на стороне, и отец, наверное, сомневался в том, что Аделина – его родная дочь, а сделать ДНК-тест боялся, поэтому и вымещал на ней свою злость.
Зато мама в ней души не чаяла – во всем потакала, баловала, сдувала с нее пылинки и, как грозная волчица, отстаивала ее интересы каждый раз, когда отец пытался наказать ее за непослушание и дерзкое поведение.
Когда в классе восьмом вместе с одноклассницей Алекс она решила записаться в модельную школу, дома ее ждал скандал. Отец был категорически против, но мама обладала удивительным даром подавлять его вспышки агрессии, и ее влияние на него было настолько огромным, что в итоге Аделина даже начала работать моделью в театре моды «Ариэль». Именно там Лина и Алекс подружились с Настей, а позже к ним примкнула Белка. Это был самый чудесный школьный период, когда их четверка наслаждались беззаботной жизнью. Вернее, почти что беззаботной, потому что приключений у них всегда хватало.
Аделина нашла подругу на веранде. Устроившись в плетеном кресле так, что ноги свисали с подлокотника, Белка читала книгу Агаты Кристи и ела грушу. Она выглядела самой экзотической в их четверке – благодаря калмыцким корням ее мамы у нее была восточная внешность, и многие даже принимали ее за японочку с озорными зелеными глазками.
На самом деле подругу Лины звали Кермен, что в переводе с калмыцкого означало «белка». Поэтому друзья дали ей это милое прозвище, которое так прочно закрепилось за ней, что окружающие были уверены – это просто уменьшительно-ласкательное от имени Белла.
– Выспалась? – увидев подругу, Белка захлопнула книжку.
– Ага. Даже несмотря на то, что меня разбудил телефон.
– Опять папа звонил? Или твой новый поклонник Влад?
– Влада я поставила на беззвучку, а папу заблокировала, чтобы мозг не выносил. Ему уже небось доложили, что я в городе. Не хочу, чтобы тысячи его пропущенных портили мне не настроение. Это Сонька звонила. В расстройстве.
– Почему в расстройстве? Как там их поиски, кстати? – Белка встала с кресла. – Пошли завтракать. Я заказала твои любимые Улетные сэндвичи с индейкой, а еще шоколадные маффины с фисташковым мороженым.
– Уау! Я тебя обожаю, Беллисима!
Подруги вошли в дом и отправились на кухню. Семья Алиевых жила в милом двухэтажном особняке недалеко от пляжа. Здесь всегда было уютно и спокойно, и каждый раз, когда Лина слышала фразу «Home, sweet home», в ее памяти мгновенно возникал образ Белкиного дома.
– Поиски родных француженки не увенчались успехом, поэтому Соня расстроена. Говорит, были две зацепки по какой-то калмыцкой фамилии, которую им подсказала Эля, но они ни к чему не привели.
– А Эльмира нашла подругу детства?
Белку больше интересовали именно эти поиски. Вот уже несколько лет она сама пыталась найти подругу Алису, с которой вместе росла в подмосковном городке. Их семьи жили на одной площадке, и девочки с самого рождения были не разлей вода – вместе ходили в один детский сад, потом вместе пошли в школу. Но после трагедии, случившейся в семье Алисы, девочку забрали родственники из Краснодарского края, а вскоре после переезда в новую семью подруга Белки пропала без вести.
