– Вот, господа-товарищи, автомобили все здесь, заправлены, но водителей нет. У нас все сами ездят на автомобилях!
Видно, они рассчитывали на то, что приедут колхозники-ученики, которые ничего не умеют делать, тем более в чужой стране и в незнакомом городе. Но у нас было установлено, что перед тем, как выехать в чужую страну, мы изучали карты крупных городов, а в Монреале я был уже не первый раз. Видя эту подстроенную фарисейскую подлянку, я нарочно для переводчика спрашиваю:
– Ну, хлопцы, кто на тракторах в колхозах ездит – за руль, я еду первым – от меня не отставать!
Машины были новые, ехать нам надо было почти по прямой, в Монреале надо было сделать только 2 поворота. Мы тронулись и поехали, на каждом автомобиле развевался советский дипломатический флажок. Я жал на акселератор так, чтобы выжать всю дурь из двигателя автомобиля марки «Форд». Полицию Монреаля мы, без преувеличения, поставили на уши, нам везде давали зеленый, и мы через 1 час и 29 минут были уже на ферме Джексона (имя изменено) – друга Хрущева. Через час подъехал Никита Сергеевич со своей свитой, которую оставил сразу, едва вышел из машины, и сразу почти бегом к нам:
– Молодцы, ребята! Это ты первым ехал? – спросил меня он и кинулся меня обнимать и целовать, – так и надо их, фашистов, учить!
Может, кому-то это показалось и грубым, но мы чувствовали в Хрущеве патриота своей Родины, за которым стоит великая страна с многомиллионным населением, и мы, советские контрразведчики, гордились Хрущевым, его поступком!
Когда уезжали из Монреаля в Квебек, то уже все автомобили были укомплектованы водителями. Я в эту поездку отправился не просто поучиться, как выращивать хорошие урожаи кукурузы на силос и зерно, что немаловажно было для всех нас. Я хочу отметить особую роль Никиты Сергеевича в этом деле, так как он сам, не обращая внимания на свое высокое положение, докапывался до всего лично. Мы даже тогда обменялись несколькими словами с министром сельского хозяйства Полянским насчет того, что Хрущев служит примером всем нам.
Я ушел встречаться с нашими сотрудниками СВПК СССР, работавшими в Канаде и США, получил полную информацию о деятельности Даллеса в подготовке всемирной ядерной катастрофы, предлогом для которой Даллес хотел использовать Карибский кризис. Нами было перехвачено много переписки в подлинниках и светокопиях между Даллесом, Трумэном (США), Голдой Меир и Шамиром (Израиль). Даллес все делал, чтобы из-за Карибского кризиса, высосанного из пальца, развязать войну между СССР и США. Впоследствии США оставят эту войну в наследство своим союзникам в Западной Европе. Сами же, по настоянию Голды Меир и Шамира, полностью переключатся на Восток, где вместе с израильской армией за счет поглощения Ливана, части Иордании, Сирии и Египта, начнут исполнять сионистские домогательства по строительству Великого Израиля.
Отстать от делегации, перекочевать в США, мне не составило труда, но встретиться с Джоном Кеннеди или с кем-то из его братьев мне не удалось, хотя я уже не только чувствовал, но и видел, как разворачивается очередное кровопролитие, причем общепланетное кровопролитие, спровоцированное агрессорами США и Израиля. Штат Флорида превратился во фронтовой плацдарм для войны с Кубой.
Поколесили мы с Василием Вершининым и Сережей Стальновым по этой полуфашистской стране США, и 20 мая I960 года я под фамилией Светлова Сергея Севастьяновича вылетел в Москву. 22 мая встретился с Жуковым, Гречко, Устиновым, Ахромеевым, я им рассказал, что для планеты готовят США, и мы всей нашей компанией отправились к Хрущеву.
Через час он нас уже принял, увидев меня, удивился и сказал:
– А я, сынок, где-то тебя в дороге потерял… того спрошу, этого спрошу, – нет его, говорят. Ух, голова твоя удалая!
– Жуков стал докладывать Хрущеву всё по порядку, потом мы поговорили и здесь же приняли решение немедленно оказать всестороннюю помощь Кубе, вплоть до военной. Я торжествовал в душе, решение было принято очень правильное! Посадили мы этим занудам прыщ на самое больное место во время их бешеного насморка – на самый кончик носа! Здесь же мы договорились, что Советский Союз помогает слабому не для той цели, чтобы кого-то победить, а для того, чтобы разоблачить авантюристов по развязыванию войн на Земле, не причиняя никому вреда своей помощью. Как сказал Георгий Константинович Жуков:
– Сейчас, как никогда, будет все зависеть от работы нашей контрразведки СВПК СССР и лично от генерал-лейтенанта Белого Игоря Васильевича. Я встал и произнес:
– Служу Советскому Союзу!
Жуков спросил меня:
– Как ты думаешь, тезка, сможем мы встретиться с Кеннеди?
Я ответил утвердительно:
– Обязательно!
Работа контрразведчика была настолько напряженной, что мне порой казалось, что мы все выдыхаемся из сил, но работать надо было с десятикратной нагрузкой. Надо было знать, какие войска будут направлены на Кубу, их численность – это было поручено Гречко и Устинову. Посовещались мы 3 часа 20 минут, я едва успел на самолет до Чимкента. Никому не сказав, я решил посетить Китай и проинформировать Мао Цзе Дуна и Чжоу Энь Лая. 25 мая я уже был дома, но из домашних никто не знал, где я есть, все думали, что я в Ташкенте на защите диплома. Побыв пару дней дома, отправился в Ташкент, получил диплом, зашел в ТуркВО, связались с КНР; и я вылетел в Китай на военном самолете.
Встреча с Мао Цзе Дуном и Чжоу Энь Лаем была особенно откровенной и чистосердечной. Я им рассказал о нашей поездке в Канаду, как Хрущев ответил на провокацию в аэропорту, и другие детали. Мао Цзе Дун одобрил на этот раз действия Хрущева, сказал:
– Никита Сергеевич не белоручка и, если бы прекратил пьянствовать, все было бы у него хорошо.
Потом я рассказал о переписке Даллеса и Голды Меир, о том, что не исключено большое пожарище войны на Востоке и в Европе из-за Кубы. Рассказал, что Никита Сергеевич принял решение оказать всестороннюю помощь, вплоть до военной.
- Молодцы, – проговорил Мао Цзе Дун, – по возвращении в Москву передайте Хрущеву и Жукову, что мы в стороне не останемся и выступим единым фронтом с СССР.
27 мая я вылетел из КНР в сопровождении трех истребителей КНР до границы СССР. На этот раз я не полетел в Ташкент, хотя самолет полетел в Ташкент, а я поехал в Чимкент, сразу же заехал к Ниязбекову. Поздоровались с ним, связались с Хруще¬ вым, я передал ему привет от Мао Цзе Дуна и Чжоу Энь Лая, а также их решение, на случай войны, что Китай выступит на нашей стороне. Никита Сергеевич воскликнул:
– И ты там уже был? Ну, отчаянная голова – спасибо!
Я попросил его передать всю эту информацию Жукову, а Жуков как раз был у Хрущева, он взял трубку, я и ему все рассказал, а он мне и говорит:
– Я сразу понял, когда ты уезжал, что ты едешь в Китай, очень правильно и своевременно ты это сделал! Только пойми, тебе отдохнуть надо бы, ты не замечаешь, как сдаешь физически.
Попрощавшись с С. Б. Ниязбековым, я выехал домой, в совхоз Мичурина, где жила мама. Я уже был переведен в совхоз имени Джамбула на должность главного инженера. Работы было по горло, но так как бывший директор М.М.Чепурин, который работал в совхозе Мичурина, дал зеленый свет на перевод механизаторских кадров в этот совхоз, в который я переведен, где каждый механизатор ценился дороже золота, то работа оживилась и стала улучшаться, а это значило, что смена руководства улучшила работу. Забежал я к Михаилу Михайловичу, поблагодарил его за помощь и опять вернулся в совхоз, где уже жила моя жена с детьми. Побыл там дней пять, и меня командировали в Москву, на ВДНХ.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ПРАВ ЛИ БЫЛ ПРОРОК ИСАЙЯ?
1. КЕННЕДИ, КАРИБСКИЙ КРИЗИС И ЦРУ
1 июня я прилетел в Москву и в этот же день вылетел в Канаду, где мы должны были встретиться с Василием Вершининым, который находился при президенте Кеннеди и который обещал мне устроить встречу с Джоном Кеннеди. При встрече с Вершининым, который помимо всего прочего был другом Роберта Кеннеди, родного брата президента США, мы договорились организовать мою встречу с Джоном Кеннеди, хотя бы на конец 1960 года, откладывать дальше было нельзя. Тучи сгущались, и юинственно-разрушительный империализм США, за спиной Кеннеди, вполне вероятно, развяжет всемирную адерную катастрофу. Я передал сообщение Василию Сергеевичу о том, что его повысили в звании до генера-лмайора, наградили орденом Ленина, я также отдал некоторые копии переписки Гоищы Меир – Шамира с израильской стороны и Аллена Даллеса – Трумэна с американской. Я сказал Вершинину:
– Передай все это Джону Кеннеди и скажи прямо, что на тебя вышел советский контрразведчик, который дважды предотвратил покушение на его жизнь во время предвыборной кампании. Посмотри на его поведение и, если он проявит к этому интерес, то скажи, что я жду ответа- дату и место встречи.
