— Я не могу ответить на этот вопрос, адмирал! — пожала плечами биолог. — На это может влиять множество факторов.
— Например?
— Время воздействия взгляда, состояние психики солдата в данный момент, предрасположенность человека к гипнозу. Или же зверь просто не знал, как подступиться к человеку. Ведь мы для него тоже неизвестная жизнь… А, может, у самого зверя активизировались какие-то участки мозга, открыв у него способность к гипнотическому и телепатическому воздействию на других… Для получения более точных данных о работе мозга зверя мне нужен живой зверь. Прошу, адмирал, учесть это. Это очень важно. Поняв его, мы, возможно, поймём, как с ним бороться.
— Мои солдаты в курсе этого, — ответил Воронин. — К сожалению, зверь не даётся нам живым. Но мы будем работать над этим, Ольга Дмитриевна.
Изоляция
Враг в твоей голове…
Комната была небольшой и практически пустой. Одна лишь кровать, где можно было спать, и небольшой столик, чтобы удобно было принимать пищу. Ничего лишнего. Комната была оформлена в светлых тонах, что не так удручающе действовало на лейтенанта Святослава Небесного. В таких же комнатах содержались и другие солдаты, которые оказались, по предположению Ольги Дмитриевны, во власти зверя. Их сочли потенциально опасными, таящими в себе, в недрах своего сознания, угрозу, которая может иметь страшные последствия для окружающих их людей, вплоть до уничтожения корабля. Они спокойно могли устроить саботаж. Этого и других трагических сценариев допустить было никак нельзя. И по отношению к солдатам были приняты жесткие меры. Когда им всё это объяснили, они ничего не имели против того, чтобы быть изолированными. Ведь, в конце концов, они не были арестованными. Они были просто под наблюдением. За их поведением следили психиатры и биологи, а также командование…
Восемь суток в полном одиночестве. Восемь суток в замкнутом тесном пространстве. Святослав осознавал ту угрозу, которая таилась в нём. Он чувствовал её в себе. Он чувствовал, что кто-то сидит в его голове, и что этот кто-то может в любую минуту спустить его на своих… как свою верную собаку на чужака. Зверь может управлять его сознанием и его действиями. И солдат ничего не может сделать против этого. Он не может с этим бороться. Сила разума зверя превосходит силу его разума. Святослав почувствовал это ещё тогда, в шаттле, когда увидел ту страшную картину, в реальности которой был повинен он. Это было страшно осознавать, осознавать то, что ты сам пустил врага. Но ещё страшнее было осознавать то, что ты являешься его марионеткой и не можешь противостоять его зову. Может быть, позже он и научиться этому, научится противостоять зверю, сможет освободиться от его власти, сможет стать свободным. Но пока он был в его власти, и как с этим бороться, он не знал. Каждый раз, когда он закрывал глаза, он чувствовал рядом дыхание зверя и видел его взгляд. Были моменты, когда солдату думалось, что зверь вот-вот появится в его комнате. Но страха не было. Скорее, было волнение. Как будто перед неизвестным, неведомым, загадочным. Спокойствие приходило только во время сна. Но солдат не знал, что творит «ночью». Хотя… Возможно, зверь знал, что Святослав сейчас взаперти и он ничего не сможет сделать по его указанию. И он ничего ему не приказывал. Но в покое он его не оставлял. Он всегда был на связи. И всегда держал его под контролем.
Обо всём этом: о своих мыслях, снах, о дыхании и взгляде зверя — Святослав в подробностях рассказывал Ольге Дмитриевне, которая всё записывала на диктофон. Исследование зверя продолжалось. Ведь, несмотря на то, что люди находились на планете уже немногим более полугода по земному времяисчислению, они ещё ничего не знали о тайнах работы его разума…
…Вот уже девятый день Святослав был взаперти. Ему, как и другим солдатам, разрешили читать книги, смотреть видеозаписи, слушать музыку. Это всё помогало ему пережить изоляцию от мира и полноценного общения с людьми. Книги не давали ему скучать и оставаться один на один с самим собой. Порой, он этого сильно боялся. Книги спасали его, несколько приглушали его страхи. И однажды солдат заметил, что его разум становится свободным от присутствия зверя, когда он читал информацию, относящейся к гипотезе Геи. Солдат знал, что ещё на Земле эту гипотезу выдвинул в своё время, около четырёхсот лет назад, некий учёный. Если история говорит правду, то это был Джеймс Лавлок. Правда, его гипотеза не получила должного внимания и распространения, а была принята только лишь единицами из многомиллиардного населения планеты Земля. А гипотеза заключалась в том, что Земля — это суперорганизм, и всё, что на нём живёт, является его частью. Он утверждал, что жизнь на Земле вступила с планетой во взаимовыгодное сотрудничество, чтобы создать и поддерживать для себя необходимые условия существования. И однажды Джеймс Лавлок в одной из своих книг «Реванш Геи» сказал, что нам, людям, поздно надеяться на устойчивое развитие; нам нужен устойчивый откат назад. Но мы так поглощены идеей прогресса, что мы воспринимаем слова «отход, откат», как что-то грязное, чего нужно стыдиться. Философ и историк Джон Грэй отметил в своей книге «Соломенные собаки», что только очень редко мы можем смотреть на вещи шире потребностей человечества, и он связал это со слепостью нашей христианской и гуманистической инфраструктуры. Она возникла 2000 лет назад (по летоисчислению людей на космических кораблях-ковчегах, чуть больше 2300 лет назад) и тогда была безобидной, и мы не представляли значительной угрозы для Геи. Сейчас, когда нас шесть миллиардов голодных и жадных людей, надеющихся жить по первому классу, наш городской образ жизни парализует живую Землю. Мы берём у неё слишком много, от чего она не в состоянии больше поддерживать знакомый и комфортный мир, который мы принимали как должное. Мир изменяется, в соответствии со своими внутренними законами, к состоянию, которое больше не гостеприимно для нас. Исходя из этих слов, Святослав Небесный понимал, — хотя он и без этого понимал, — что в том, что люди сейчас бороздят просторы Вселенной в поисках мифической Новой Земли, повинны они сами, люди. Они не смогли вовремя остановиться, сделать откат назад. И они поплатились за это, оставшись без дома. Земля возродиться снова. Святослав знал это. Жизнь найдёт путь к жизни. Но примет ли она их обратно. Новая Земля дала отпор людям. Она выпустила на них зверя, который достойно отстаивает эту прекрасную планету. Она противостоит угрозе своей жизни. Чтобы жизнь на ней цвела и дальше…
Многие космические агентства, институты, лаборатории приняли гипотезу Джеймса Лавлока в штыки. А некий биолог даже сказал однажды, что эта гипотеза противоречит теории эволюции Дарвина. Но, тем не менее, гипотеза Геи, несмотря на протесты ВЕликих УЧЁных, имела и подтверждения своей истинности…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
