Читаем без скачивания Не оборачивайся - Мишель Ганьон

— Кто?

Ноа ненавидела, когда люди задавали такие вопросы. Если ты знаешь, кто за ними стоит, то зачем спрашивать — почему не сказать сразу?

Питер с ликующим видом развернул лэптоп, чтобы она смогла увидеть монитор. Ноа нахмурилась. Та же самая главная страница сайта, которую ей прислал ее таинственный ангел-хранитель.

— Компания по производству шампуня?

— Не просто компания, — поправил ее Питер, показав субменю. — Видишь? «Пайк и Долан» контролируют много чего еще. Фармацевтика, потребительские товары, медицинские исследования. Они даже создали заменитель сахара, которым теперь пользуются все.

— Это одна из крупнейших корпораций в стране, — сказал Коди. — Чарльз Пайк вложил миллионы в законные медицинские исследования. Целое крыло Бостонской больницы названо в его честь. Не могу поверить, что он пошел бы на такой риск, ввязавшись в подобную аферу.

— Может быть, у него была серьезная причина, — предположил Питер. — Вот что я еще нашел.

Он вывел на экран изображение прелестной молодой девушки. Очень бледная блондинка, примерно их возраста. Такая фотография вполне могла бы находиться на обложке журнала. Ниже шли крупные буквы заголовка: Элеанор Пайк больна ЧУИМ.

— Дочь Чарльза Пайка больна. Посмотрите сюда.

Питер нажал на несколько клавиш, и на экране появилась заставка видеоролика. На них смотрел высокий седой широкоплечий мужчина пятидесяти пяти лет. Волосы Чарльза Пайка побелели, но брови оставались темными. Сильное лицо, слегка выдающийся вперед подбородок, голубые глаза. Уверенный в себе человек, привыкший получать все, что захочет. Он стоял на трибуне перед большим знаменем с надписью: «Центр Пайка по изучению ЧУИМ». Питер нажал еще на одну клавишу, и они услышали голос Пайка:

«…чума нашего времени, страшная опасность потери целого поколения, нет, я не могу стоять в стороне. Вот почему я прошу вас о щедрых пожертвованиях, которые позволят найти лекарство от ЧУИМ».

Питер нажал другую клавишу, и Пайк смолк, а Питер показал на экран.

— Он говорил довольно долго.

Теперь ролик шел без звука, и Ноа продолжала смотреть на монитор. Чарльз Пайк выглядел таким… нормальным. Охваченным страстью, но самым обычным. Однако именно он мог нести ответственность за все, что с ней произошло. От этой мысли по ее спине пробежал холодок.

— Я слышал, что его дочь больна ЧУИМ. И все же… — Коди потер рукой лицо. — Все вместе кажется совершенно безумным.

— Ты говорил, что они далеки от создания лекарства, исцеляющего ЧУИМ, — продолжал Питер. — Дочь Пайка больна уже почти год. Вероятно, у нее осталось совсем немного времени. Не исключено, что Пайк готов пойти на отчаянные меры.

— Первые файлы появились больше года назад, — тихо сказала Ноа.

— Что? — спросил Коди.

— Я сказала, что они занимаются этим больше года. — Она не могла оторвать взгляда от фотографии девушки. В ее глазах она видела страх. — Тестирование началось до того, как она заболела.

— Здесь можно заработать огромные деньги, — признал Коди. — Если компания найдет лекарство или хотя бы вакцину, ну… они получат целое состояние.

— Вот почему в это ввязался Боб, — с горечью сказал Питер.

— Может быть, он пытается избавить других родителей от той боли, которую пережили они с Присциллой, — мягко проговорил Коди. — Вполне возможно, твои отец и мать не знают, какие эксперименты проводят «П и Д».

— Ну конечно, они думают, что Мейсон и его головорезы обычные волонтеры, — фыркнул Питер.

Коди покачал головой.

— Я знаю, как это трудно, парень. Однако мы должны им верить, пока не доказана их виновность.

— Ты можешь поступать, как считаешь нужным, но я им не верю, — упрямо сказал Питер. — Так что мы будем делать дальше?

Все молчали.

— Теперь только у тебя остались все данные по «Проекту Персефона»? — спросил Коди.

— Точно. Но у них почти наверняка есть резервные копии.

— Ничего у них нет, — сказала Ноа.

— Откуда ты знаешь? — прищурившись, спросил Питер.

Ноа тут же пошла на попятную.

— Ну, даже если и есть, у них нет к ним прямого доступа.

— Тогда понятно, почему они продолжают тебя преследовать, — заметил Коди.

— Я — ключ. — Внезапно Ноа поняла, что имел в виду А6М0.

Коди и Питер недоуменно смотрели на Ноа.

— Ключ? — спросил Питер. — Что это значит?

— Ничего, — ответила Ноа. — Просто… нам нужно выяснить, что они со мной сделали, верно? Если они продолжают меня преследовать, значит, я им очень нужна.

— Может быть, — сказал Питер, не спуская с нее глаз. — Или они боятся, что ты кому-то расскажешь о том, что с тобой произошло.

— Кто мне поверит? — возразила Ноа. — Я сирота, меня не раз отправляли в исправительные заведения. Неужели ты думаешь, меня станут слушать, если я заявлю, что Чарльз Пайк нанял людей, которые меня похитили, чтобы ставить на мне эксперименты?

— Нет, боюсь, не поверят, — согласился Питер. — Что же их так тревожит?

Они замолчали почти на минуту. Наконец, Коди откашлялся.

— Я могу взять тебя с собой и сделать рентгеновский снимок. — Он посмотрел на часы. — Мой приятель сказал, что примет нас в любое время после полудня.

— Отлично, тогда пошли.

Ноа пересекла комнату, взяла куртку и собралась забрать лэптоп.

— Ты намерена взять его с собой? А я рассчитывал еще немного поработать, — извиняющимся тоном сказал Питер. — Теперь, когда я знаю, что искать, у меня появился шанс найти недвижимость, принадлежащую «Пайку и Долану». Ты понимаешь, о чем я, — места, где они могут держать… других. Таких, как ты.

— Мне нужно взять его с собой, — сказала Ноа.

— Серьезно? Но ты ведь…

— Лэптоп будет со мной, — резко сказала Ноа.

— Господи, успокойся. Я просто…

— Почему бы тебе не пойти с нами, Питер? — вмешался Коди. — Я уверен, что ты сможешь подключиться к Интернету у Джека.

— Я думал, что нам лучше не высовываться, — проворчал Питер.

Ноа бросила на него свирепый взгляд, и он поднял обе руки, показывая, что сдается.

— Ладно, возьму куртку. Но так мы потратим больше времени, вот и все.

Стол оказался на два фута короче, чем требовалось, поэтому Ноа пришлось свесить ноги под неудобным углом. В комнате воняло сладковатым дезинфицирующим средством, кошачьей мочой и влажным мехом. Вдоль дальней стены шла полка с надписью: ЛЕКАРСТВА ДЛЯ СОБАК, КОШЕК И РЕПТИЛИЙ.

Ноа с трудом сглотнула. Сверху на нее смотрела бежевая камера, подобная гигантскому злобному глазу. Джек, приятель Коди по колледжу, закончил укладывать тяжелый свинцовый передник на нижнюю часть туловища Ноа.

— Извините за слишком короткий стол, — сказал он. — Не предназначен для людей.

— Все в порядке. — Ноа с трудом улыбнулась.

Коди стоял в дальнем углу, глядя на монитор, на котором должно было появиться изображение. Питер ждал в соседней комнате.

«Интересно, что рассказал своему другу Коди», — подумала Ноа.

Ветеринар не выглядел встревоженным из-за того, что кто-то пользуется его оборудованием. Однако такие вещи не могли происходить с ним часто.

— Ты готова? — спросил Джек.

Ноа кивнула.

Машина несколько раз щелкнула.

— Я закончил, — сказал Джек, подошел к ней и снял свинцовый передник.

— И это всё? — спросила Ноа.

— Да, теперь есть снимок в цифровом виде, — весело заявил ветеринар. — Мы получаем результат мгновенно. Если хочешь, можешь взглянуть. — Он повернулся к Коди. — Сейчас ко мне привезут охотничьего пса, которого сбила машина. Вас можно не провожать?

— Да, конечно. И еще раз спасибо, дружище.

— Никаких проблем. — Джек улыбнулся и повернулся к Ноа. — Рад был познакомиться. Приходи, если тебе потребуется дегельминтизация.

И он вышел, посмеиваясь над собственной шуткой.

Как только дверь за ним захлопнулась, улыбка исчезла с лица Коди. Он наклонился, изучая экран. После коротких колебаний Ноа соскользнула со стола и подошла к нему. На мониторе она увидела увеличенное черно-белое изображение. Четко, словно пальцы, выделялись белые ребра. Под ними и вокруг них она разглядела какие-то комковатые массы.

— Ну? — не выдержала Ноа, когда прошла минута.

Коди не стал смотреть ей в глаза.

— Мы были правы. — Он указал на монитор. — Вот твое сердце. А рядом, поменьше, — тимус. Чуть дальше, ну… этого там быть не должно.

Ноа посмотрела на пятно. Оно было лишь немногим меньше ее сердца.

— А чем занимается тимус?

— Сегодня я поговорил с одним приятелем, который специализируется на эндокринологии, — ответил Коди. — Прежде всего, тимус производит и обучает Т-лимфоциты.

Ноа вопросительно посмотрела на него.

— А если попроще?

Он рассмеялся.

— Извини. Тебе известно, как работает иммунная система?