Ссутулившись под дождем, Ли Николас рысцой пересекал улицу, направляясь туда, где в классическом «мерседесе» ждала грудастая блондинка. Он сел в машину и сказал, наверное, что-то смешное, потому как дамочка захохотала. Ли всем своим видом давал ей понять, что за последние сорок восемь часов с ним не случилось ничего хуже растрепанной прически. Этот человек определенно был куда лучшим актером, чем о нем думали большинство людей.
«Тони был с Ли, когда тот рухнул. Что-то случилось, когда ворота открылись вновь. Что? И где же Фостер?»
Словно по команде, мобильник Генри зазвонил.
— Тони? Где ты был, черт возьми?
— Близко, но не угадал, обитатель ночи. Я полагаю, он не с тобой?
— Нет.
— Он не отвечает на телефон.
Генри посмотрел вверх, в сторону квартиры Тони, прежде чем понял, какой именно телефон имела в виду волшебница.
— Парень мог выключить мобильник, когда находился на студии.
— Его там нет. Сегодня они закончили рано.
— Иногда он забывает включить его, когда уходит.
Генри хватался за соломинку и знал это.
— Семь теней прошли через ворота этим утром, обитатель ночи. Семь. Он позвонил бы и рассказал тебе об этом, если бы мог. Потом вы оба появились бы у моих дверей и стали требовать, чтобы я потратила на вас больше времени, приготовила еще зелья.
«Если бы мог».
— Да.
— Где ты, обитатель ночи?
— В жилище Тони.
— Я так понимаю, его там нет?
— Ни следа.
— Жди на месте. Я сделаю пару звонков и тут же присоединюсь к тебе.
— Я думал, волшебница, ты не желаешь впутываться в эту драку.
— А разве я сказала что-то насчет драки?
Генри стоял, держа в руке свой умолкший мобильник. Вампир признал, что Арра такого не говорила.
«Пока достаточно и того, что она желает помочь найти Тони, которого, похоже, тем или иным способом захватила тень».
— Ты меня видишь.
— Господи, Маус, ты большой парень, — попытался саркастически фыркнуть Фостер и не совсем в этом преуспел. — Как я мог тебя не заметить?
Мозолистая рука кинооператора сомкнулась на шее Тони.
— Ты меня видишь, — повторил Маус. — Голос света не заметил меня, но ты разглядел.
— Да. Что ж, сейчас я вижу даже слишком много тебя.
Лицо Мауса нависло так близко, что Тони различал каждый лопнувший сосудик, расширенную пору и готовился хорошенько рассмотреть шрам, оставшийся после того, как бывшая жена Мауса пырнула его в ноздрю пилкой для ногтей.
Парень положил ладони на бочкообразную грудь здоровяка и пихнул. Это не сработало, как он и ожидал.
— Ты не хочешь слегка податься назад?
— Нет. Мы с тобой собираемся…
Маус умолк, прищурил глаза так, что они почти закрылись, когда яркий луч пронесся через автобусную остановку.
Тони смотрел прямо на свет, поэтому увидел, что к остановке приближалась полицейская машина. Она притормаживала.
«Да! Пусть об этом услышат представители закона. Маленького парня обижает большой. Вот вам и полиция».
Губы Мауса сомкнулись вокруг его губ, оборвав эту мысль и почти все остальные, кроме одной: «Почему парни нормальной ориентации, одержимые тенями, клеятся ко мне?»
К тому времени, как оператор поднял голову, полицейская машина исчезла.
«Просто охренительно! — подумал Тони, вытирая рот рукавом. — Почему мы не в Торонто, где тебя наверняка схватят за публичное проявление сексуальной привязанности? Нет, мы обязательно должны торчать в проклятом Ванкувере, официально толерантном к альтернативному стилю жизни!»
— Не делай так больше! — прорычал он.
— Или что?
— Или я расскажу об этом твоей старушке.
В глазах Мауса промелькнул страх. Наверное, он все же воспринимал слова Тони или тени захватывали нечто большее, чем просто физическое обличье людей, чьи тела они носили. Фостер чувствовал, что это важно, но у него не было времени как следует над этим поразмыслить, так как рука Мауса до боли стиснула его и вышвырнула из-под навеса автобусной остановки под дождь.
— Эй! Куда мы?
— Кое-куда… Утихни.
Это выглядело плохо. Тони пошел, не сопротивляясь. С его стороны не последовало никаких угроз, не возникло ни малейших проблем. Он не давал оператору повода подумать, будто может рвануть в бега. Они остановились рядом с принадлежащим Маусу, вернее, его телу вишнево-красным «мустангом» шестьдесят третьего года. Здоровяк начал рыться в кармане в поисках ключей, тогда Тони резко упал на колени, развернулся, снова взлетел на ноги, пробежал два шага в сторону, рухнул и врезался лицом в мокрый тротуар. Фостер прокусил губу, рот его наполнился кровью.
Он сплюнул и перевернулся на спину. В круге света, падавшем от уличного фонаря, тень Мауса переплелась с его собственной тенью.
Эти темные кляксы селились в людских телах и контролировали тени, отбрасываемые ими.
«Нужно запомнить», — решил парень.
Тени, отбрасываемые одержимыми, могли сцепиться с тенями обычных людей, таких как он, которых еще не контролировали. Это оставляло в реальном мире так мало здравого смысла, что смахивало на одну из не самых блестящих задумок парней из загона, выданную после ночи, проведенной на дешевом пиве и сырной пицце.
Маус улыбнулся так широко, что блеснула пара золотых коронок.
— Садись в машину.
Тони снова сплюнул. Он покончил с покорностью и повиновением.
— Заставь меня.
Одна огромная рука схватила его за пояс джинсов, вторая — за обе лямки рюкзака. Через мгновение Фостер оказался на пассажирском сиденье. Он мельком подумал о том, как взбесится оператор, когда вернет себе контроль над своим телом и увидит, в каком состоянии обивка его машины, а потом попытался выскочить наружу.
Тень Мауса устремилась вверх и упала на лицо Тони.
«Вот дерьмо!»
Царапать и скрести ее было бесполезно. Она подавалась под его пальцами, а потом снова заполняла все выемки. Юноша уже знал, что сквозь нее нельзя дышать.
Арра зажала телефонную трубку между ухом и плечом и бросила в воду еще пригоршню лимонной мелиссы.
— Может, ты захочешь это записать, обитатель ночи. Он рядом с кофейней «Четыре угла» на Оук-стрит, у Пятьдесят первой авеню. Это в Южном Гранвилле, совсем рядом с Шара Тседек, ортодоксальной синагогой.
— Ты пустила в ход локационные чары?
— Нет, я позвонила Эми, его подружке по работе. — Арра понюхала пар и добавила еще немножко корня девясила. — Она подслушала разговор Тони и Зева, когда те направлялись к парковке.
— Тони и Зева?
— Угу.
Арра ногой оттолкнула Зазу от плиты и подумала, не стоит ли подождать до последней минуты и добавить кошачью мяту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
