продолжало: «Теперь каждый, друг он или враг, не может пройти мимо работы Гитлера».
Хотя почти все без исключения высказывания Гитлера были буйно-откровенными и зловеще-однозначными и вряд ли могли вызвать иное толкование, книга стала бестселлером с миллионными тиражами — и не только в Германии. Если бы книгу прочли, то такие ее формулировки, как, например, что до 1914 года была упущена возможность «сведения счетов с марксизмом»3, о войне, о расово-идеологической основе отношений с другими народами и об оценке международных союзов, вызвали бы большее внимание, а не просто лишь равнодушное безразличие или малодушное неприятие. Так, в 15-й главе 2-го тома, озаглавленной «Право необходимой обороны», написано: «Если бы к началу войны (1914 года. — Примеч. авт.) и во время войны двенадцать или пятнадцать тысяч этих иудейских губителей народа обработать отравляющим газом, так, как это сделали на полях войны с сотнями тысяч наших лучших германских работников из всех слоев народа и всех профессий, то миллионы жертв на фронтах не стали бы напрасными. Наоборот, уничтожение в нужный момент двенадцати тысяч негодяев, возможно, спасло бы жизни миллиона порядочных, ценных для будущего немцев»4.
А в 14-й главе 2-го тома по вопросу о «союзе Германии с Россией» он говорит: «Союз, цель которого состоит не в подготовке к войне, — бессмысленный и никчемный. Союзы заключают только для борьбы. И если в момент подписания союзного договора противоречия могут еще быть далеко впереди, перспектива военного осложнения, тем не менее, является внутренним побудительным мотивом для него»5.
Важнейшими основами мировоззрения автора книги «Майн Кампф» были требования завоевания чужих территорий путем захватнической войны6, одновременное уничтожение евреев на завоеванных территориях — едином большом пространстве7 Европы и баз за морем, расово-идеологическая переделка немецкого народа и безусловный суверенитет управляемого тоталитарно национал-социалистического «расового государства».
Уже одна только констатация того, что под словом «суверенитет» Гитлер понимал не гарантированное законное право, а безусловную частную независимость государства и его народа, которые могут прокормить себя собранным на своей земле урожаем и имеют силу защитить эту землю, делает понятным, что реализация идей книги «Майн Кампф» может иметь опасные последствия*.
Международные экономические соглашения Гитлер отвергал9. Без обиняков он пишет в «Майн Кампф»: «Болтовня об “экономическом ”завоевании мира была, наверное, величайшей глупостью, когда-либо взятой в качестве руководящего принципа государственной политики… При этом в преступлении участвуют наше профессорское историческое учение и взгляд на историю, что вряд ли можно исправить, и это — убедительное доказательство того, что многие люди “учат ” историю, но не понимают ее или даже не чувствуют»10. Уже начиная с 1926 года из книги «Майн Кампф» (2-й том) можно было отчетливо видеть, чего следует ожидать в случае, если Гитлеру удастся захватить власть. Например, в 14-й главе он пишет: «Земля, на которой германские крестьянские поколения издавна рождали своих могучих сыновей, одобрит ввод в бой нынешних сыновей, а ответственных государственных мужей, хотя и преследуемых в настоящее время, в будущем оправдают от вины в убийстве и жертвоприношении народа»11. Часто Гитлер пишет: «Также, как наши предки не с неба в подарок получили землю, на которой мы живем сегодня, а завоевали ее, жертвуя своими жизнями, то и для нас тоже в будущем земля и, вместе с ней, жизнь для нашего народа не будет народной милостью, а будет взята властью победоносного меча»12. То, что Гитлер не знал угрызений совести, видно уже из его слов: «Право покоится… лишь на силе завоевателя»13. Уже в первом томе своей книги он формулирует: «Природа не знает политических границ. Сначала она расселила живые существа на этом земном шаре, а затем наблюдает за свободной игрой сил. Сильнейший духом и усердием получает, как ее любимое дитя, права на господство в жизни»14. Из этого ясно, что Гитлер относит понятие суверенитета только к государствам15, обладающим сравнительно большой территорией; потому что «на самолете», как говорил он в одном выступлении, «можно пересечь нашу германскую территорию всего за четыре часа. Это больше не территория, сама по себе обеспечивающая защиту, как у России, где лишь один размер создает мощь и высокий коэффициент безопасности»16. И в «Майн Кампф» он пишет: «Лишь достаточно большое пространство на этой земле обеспечивает народу свободу существования… Как здоровое соотношение можно рассматривать лишь такое состояние, когда собственная земля обеспечивает народу достаточно продовольствия. Любое другое соотношение, даже если оно сохраняется сотни или тысячи лет, будет, тем не менее, нездоровым и, рано или поздно, приведет к ущербу, если не к уничтожению, такого народа. Только достаточно большое пространство на этой земле гарантирует народу свободу существования»17. В том же духе он разъяснял ведущим генералам 23 мая 1939 года: «Жизненное пространство, соответствующее величине государства, является основой для любой державы. Какое-то время от него можно отказываться, но затем обязательно приходит решение проблемы тем или другим способом»18.
Гитлер исходил из представления, что его учение учитывает законы природы, поэтому его требование использования этих законов в политике было лишь логическим следствием; природа, учил он, передает свое распространяющееся до известных границ плодородие земли на самоутверждение, отстаивание своей самостоятельности в беспощадной «игре свободных сил»19 постоянно размножающихся живых существ. Он подробно разъясняет: «Без сомнения, плодородие земли можно увеличить только до известных пределов. Но не бесконечно. Поэтому увеличение численности германского народа, без опасности голода, лишь определенное время может обеспечиваться за счет повышения качества использования нашей земли. Но этому противодействует тот факт, что потребности жизни, в целом, растут быстрее, чем численность населения. Потребности людей в питании и одежде из года в год будут увеличиваться и сегодня, например, их нельзя сравнивать с потребностями наших предков сто лет назад. Также ошибочно думать, что рост продукции является предпосылкой для увеличения численности населения: нет, этот фактор действует лишь до определенной степени, при условии, по крайней мере, что часть продуктивности земли будет использоваться для удовлетворения возросших потребностей людей. Даже при возрастающем ограничении, с одной стороны, и величайшем усердии, с другой, тем не менее, тоже когда-то наступит момент достижения предела, который определяется только размером территории»20. В том же духе он в 1929 году писал в своей «Второй книге»: «Сегодня германский народ, еще меньше, чем в годы мира, в состоянии прокормить себя на своей земле. Все попытки, как путем повышения урожая, так и путем возделывания всех свободных земельных участков, увеличить производство продуктов питания, неспособны прокормить наш народ за счет собственной земли. И именно поэтому германский народ сегодня не
