Сколько сгрудилось врагов вокруг молодой республики! Белые генералы. Националисты. Бандиты. А ещё интервенты из разных стран, из трёх частей света!
Глядя на это красное дерево, на эту тревожную карту, я всё думаю: откуда у нас взялись силы, чтобы разжать кольцо, перебить этих вешателей и палачей? Как удалось такое, что снова стали нашими берега балтийские и тихоокеанские, беломорские и черноморские?
На вопрос, который я задаю сам себе, нахожу только один ответ: в революцию появился новый солдат и новый полководец. Солдат необыкновенной стойкости, он ведь теперь защищал всё своё – свою землю, свои фабрики, свою свободу. Он многого ещё не умел, что полагается уметь солдату, и постигал военную науку в бою.
Мы мчались, мечтаяПостичь поскорейГрамматику боя,Язык батарей… –
так сказал поэт Михаил Светлов о новых солдатах.
А новый полководец был коммунистом-ленинцем. Не жажда славы, не профессиональная страсть к сражениям вели его туда, где легко потерять жизнь. Он просто служил трудовому народу, знал, что народ непобедим, и в этой вере находил силы для победы.
ПОЛКОВОДЕЦ-КОММУНИСТ
Михаил Васильевич ФРУНЗЕ. В гражданскую войну награждён двумя орденами Красного Знамени и Почётным революционным оружием – шашкой с надписью «Народному герою» и орденом Красного Знамени на ней. Именем полководца названа столица Киргизии и горная вершина на Памире.
В главе «Почерк полководца» ты уже читал о качествах, которыми должен обладать военачальник. Это решительность и мужество, умение предугадывать планы неприятеля и выбирать момент для начала сражения, способность следить за мелочами и наивысшая работоспособность при самой грозной опасности… Если сравнить эти качества с патронами, то можно сказать, что побеждает тот полководец, у которого в обойме больше патронов, у кого полнее набор качеств. Пример Суворова, Кутузова, Наполеона подтверждает это.
Партия коммунистов вложила в обойму советских полководцев по одному добавочному патрону особой силы. Такого не было ни у Суворова, ни у Наполеона. Не было у генералов белой армии и армии фашистов. Ты, конечно, будешь командиром-коммунистом, и у тебя тоже будет этот особый патрон.
Однако надо сразу оговориться: добавочный патрон не заменит всех, он даст преимущество тебе, если рядом с ним в обойме будут патроны обычного образца, такие, как у полководцев иных армий, иных классов.
Полководец-коммунист Михаил Васильевич Фрунзе входит в то небольшое число военачальников всех времён и народов, которые не проиграли ни одного сражения. Его удар во фланг наступавшему колчаковскому фронту был таким искусным, что дал право современникам сказать: «Одна эта операция была бы способной обессмертить её руководителя».
Войска под командованием Фрунзе окружили и уничтожили южную колчаковскую армию, взяли штурмом Бухарскую крепость и разгромили армию бухарского эмира, превосходившую численностью красных в шесть раз. Фрунзе выпала честь завершить гражданскую войну блестящим разгромом войск Врангеля в Крыму. В 1925 году он был назначен народным комиссаром по военным и морским делам СССР.
Как же относился Фрунзе к накоплению знаний? Ты помнишь, великие полководцы без устали, одержимо собирали их всю жизнь. Похож ли в этом полководец-коммунист на гениев военного искусства?
Миша Фрунзе с наградой закончил городское училище. В Верненской гимназии получал Пушкинскую стипендию, а закончил гимназию с золотой медалью. На весь город Верный (теперь Алма-Ата) не было лучшего репетитора, чем Миша. Он умел растолковывать гимназические науки даже самым тупым сверстникам. Кстати, заработок за репетиторство и стол были немалым подспорьем семье, когда умер отец.
Дома у Фрунзе не было своей библиотеки. Но Миша, как и Саша Суворов, знал всех великих полководцев древности. Книги о них он нашёл в библиотеке знаменитого этнографа и путешественника Ф. В. Пояркова, с сыном которого – Эрастом – дружил и учился. Миша помогал Пояркову при раскопках курганов. Учёный поражался его любознательности. Он рискнул отправить Эраста, Михаила и ещё двух гимназистов восьмого класса в экспедицию по горам Тянь-Шаня. Четверо юношей с вьючными лошадьми прошли по неведомым тропам три тысячи километров и собрали коллекции насекомых, растений, большой этнографический материал. Тысяча двести листов гербария, собранного Михаилом, были отправлены в Петербург и вошли в ботанический фонд Академии наук.
Прекрасно зная русский язык, чувствуя красоту и точность родного слова, сочиняя стихи, Фрунзе всю жизнь учил языки иностранные. Он знал немецкий, французский, киргизский, польский, читал по-английски и итальянски.
Что же касается его любви к чтению и книгам вообще, то вот что вспоминает А. А. Додонова, у матери которой пришлось после болезни скрываться Михаилу Васильевичу от жандармов:
«Перед отъездом из Москвы Михаил Васильевич накупил много разных книг – по философии, биологии, литературе, искусству, беллетристику. В первые же дни приезда на отдых он установил определённый распорядок дня. Утром делал физкультурную зарядку и обливался до пояса холодной водой. Затем мы вместе пили чай, и Михаил Васильевич уходил гулять…
Часов в одиннадцать садились за изучение философии, а вечером обычно читали художественную литературу. Выяснилось, что Михаил Васильевич читал очень много, а главное, много думал. И если я раньше знала о нём как о революционном борце, то теперь передо мной раскрылась личность исключительная, человек очень культурный и эрудированный».
Чтение, размышление над прочитанным – это работа. И Фрунзе утром, на свежую голову читает книги серьёзные, а вечером отдыхает за чтением беллетристики. Запомни эту закономерность, этот порядок и сам придерживайся его.
Великих полководцев отличает мужество. Был ли мужествен Фрунзе в той мере, которая превосходит обычные представления о силе человеческого духа? Да, был. Ещё когда учился он в гимназии, произошёл с ним такой случай. Со старшим братом Костей заночевал он в степи в разрушенной глиняной постройке. Братья поступили опрометчиво – в таких местах всегда есть ядовитые змеи и насекомые. На руку спавшему Михаилу заползла фаланга. Проснувшись от щекотания, он ни единым движением не потревожил паука – вздрогни жилка на руке, фаланга моментально укусила бы, а весной её укус смертелен. Проснулся и Костя. Не шевелясь братья смотрели на фалангу и дождались, когда она сползла на землю.
Приговорённый к смертной казни за революционную работу, Михаил Васильевич – а было ему чуть больше двадцати лет – держался в тюрьме с достоинством и не терял бодрости. Брат писал о свидании с ним во владимирской следственной тюрьме: «Во время десятиминутного свидания через две решётки и в присутствии двух надзирателей я не заметил у Миши никаких признаков уныния или беспокойства за свою участь: он рассказывал об организации в тюрьме столярной мастерской, о своих занятиях языками и философией в самом бодром и жизнерадостном тоне».
Мужественное поведение в немалой степени помогло ему добиться замены казни каторгой и ссылкой, а впоследствии бежать из-под ареста.
На войне, ты знаешь это, случаются моменты, когда военачальник должен быть на самой первой линии боя. У Фрунзе таких случаев было столько, что он мог бы одолжить другому полководцу.
В ночь на 8 июня 1919 года красные начали переправу через реку на подступах к Уфе, находившейся в руках колчаковцев. Внезапно, без единого выстрела Иваново-Вознесенский полк, входивший в Чапаевскую дивизию, переправился на вражеский берег. Переправлялись на двух стареньких пароходиках, захваченных у белых. Командующий группой армий Фрунзе в это время был не в штабе, а у переправы. Потому что здесь решалась судьба всей операции.
Иванововознесенцы на рассвете, после артиллерийской подготовки, атаковали неприятеля и начали успешно продвигаться. Когда наши пушки были сняты с огневых позиций, чтобы переправляться через реку, два колчаковских полка при поддержке 12 орудий атаковали полк красных. Расстреляв все патроны, наши начали отступать. Броневики, съехав с парохода, застряли в песке и не могли помочь своим. Почему-то не прилетели наши самолёты. Так под угрозой срыва оказалась вся операция. Если бы колчаковцам удалось сбросить иванововознесенцев в реку, мы лишились бы плацдарма на вражеском берегу. Из-за этого пришлось бы откладывать освобождение Уфы. Колчаковцы, проморгав один раз высадку нашего десанта, в другой раз такой оплошности не допустили бы, реку охраняли бы тщательно. А Уфа была воротами на пути Красной Армии в Сибирь.
Видя это, Фрунзе оставил руководить переправой В. И. Чапаева, а сам переплыл на пароходе реку. Выхватив у чьего-то ординарца винтовку и сунув ему поводья своего коня, Михаил Васильевич побежал навстречу отступающей цепи. Увидев любимого командира, полк ринулся в атаку. Два крайних батальона закрепились на отбитых позициях. А со средним Фрунзе обратил колчаковцев в бегство. Были захвачены пулемёты, пленные. Положение было восстановлено. Сам командующий вернулся с двумя винтовками, отбитыми у неприятеля.
