class="p1">
одной батареи 268-й пехотной дивизии (прибытие до 24-го февраля Большое Виселево), одной роты 9-го строительного батальона – в данный момент находится в дивизии (прибытие по согласованию),
обозы и тыловые подразделения дивизий могут поступать в подчинение группы для выполнения отдельных боевых задач и с согласования этих вопросов с командиром этих подразделений.
4) Группа полковника Вернера с 25-го февраля зачищает тыловой район корпуса Кобелево – Пескова – Родня – Рупасово. Для чего в ночь с 23 на 24 февраля сосредотачивается в районе Павлово (без артбатареи 268-й пехотной дивизии).
Выступив заблаговременно 25-го февраля, достичь района Шлыково – Большое Веселево, чтобы оттуда через Рупасово и Староселье атаковать Кобелево и Бабинки. Затем зачистить населенные пункты Новая Лука, Борисенки и Буславу.
Своевременно наладить связь с 20-й танковой дивизией»[130]
Как видно, планы командования 12-го АК были весьма амбициозными, можно сказать авантюрными, ибо овладеть одной немногочисленной полковой группой такой значительной по площади территории было просто нереально, даже учитывая невысокую боеспособность ефремовских частей.
В ночь на 24 февраля 1295-й и 1297-й сп 160-й стрелковой дивизии незаметно для противника передали занимаемые ими участки обороны частям 113-й сд. Оставив в распоряжении командира 113-й сд полковника К.У. Миронова отряд под командованием начальника оперативного отделения дивизии подполковника И.К. Кириллова, 160-я сд сосредоточилась в районе населенного пункта Горбы и через некоторое время выступила по маршруту: Стуколово, Дмитровка, Семешково, Беляево, Буслава, планируя к утру 25 февраля выйти к р. Угра и занять оборону по ее западному берегу на фронте от Рупасово до Федотково. Неприятель не заметил происшедшей перегруппировки частей армии и никаких активных действий в этот день не предпринял, и только артиллерия продолжала весь день безжалостно обстреливать населенные пункты, которые занимали подразделения ефремовцев, нанося им немалый урон.
Весь день 160-я дивизия под командованием начальника штаба дивизии подполковника Русецкого совершала марш в указанный район. Командир дивизии генерал-майор В.А. Ревякин, будучи не в состоянии командовать дивизией вследствие беспробудного пьянства, накануне был отстранен командующим армией генерал-лейтенантом М.Г. Ефремовым от должности. О поведении генерала Ревякина было сообщено командующему фронтом генералу армии Жукову, который приказал отправить его первым же самолетом в штаб фронта, что и было исполнено уже на следующий день.
«Боевой путь», пройденный генерал-майором В.А. Ревякиным, не может не впечатлять. Всего несколько дней назад он был назначен приказом командующего Западным фронтом командиром 160-й сд вместо раненого Ф.И. Орлова. Личное дело и учетная карточка генерала Ревякина свидетельствуют о том, что Василий Андреевич, будучи склонным к злоупотреблению спиртными напитками, долго не задерживался на одном месте. Встретил войну в должности военного коменданта города Москвы. В октябре 1941 года был назначен заместителем командующего 43-й армией, однако уже в декабре был снят с должности и назначен командиром прославленной 8-й гв. стрелковой дивизии им. Панфилова. Через месяц (!), по многократному ходатайству командующего 16-й армией генерала К.К. Рокоссовского, вновь снят с должности. Тогда генерал Жуков принял решение отправить его к генералу Ефремову – пусть «помучается». Но и в 33-й армии Василий Андреевич не задержался. Прибыв в район окруженной группировки 8 февраля 1942 года, он уже через три недели был снят с должности за систематическое пьянство и самоустранение от исполнения служебных обязанностей и отправлен в распоряжение штаба Западного фронта. Г.К. Жуков вновь решил доверить ему дивизию, на этот раз прославленную 1-ю гв. мотострелковую. Командовать ею генералу Ревякину вновь долго не пришлось, и он снова был отстранен от должности и зачислен в резерв командующего Западным фронтом. Только в 1943 году ему доверили новую должность – на этот раз командира 164-й сд.
1 января 1944 года он даже получил повышение по службе и был назначен командиром 65-го стрелкового корпуса. Закончив войну генерал-майором (это воинское звание он получил еще в 1940 г.), до 1953 года служил на разных должностях в Советской Армии, когда и был уволен в запас. Награжден орденом Ленина, пятью (!) орденами Красного Знамени и орденом Кутузова 2-й ст. Умер в 1975 году.
Надо признать, что в войну пьяницы из числа высшего и старшего командного состава чувствовали себя в Красной Армии, и в частности в войсках Западного фронта, весьма вольготно. Постоянное пьянство отдельных командиров и начальников, даже в самые тяжелейшие периоды боевых действий, когда вроде бы каждый человек должен собрать все свои силы и волю в кулак, было явлением довольно частым. Причем им сходило с рук даже такое, за что трезвого могли поставить к стенке. Снисходительное отношение многих наших военачальников, в том числе и генерала армии Жукова, к данной категории вызывает не только удивление, но и недоумение. Но самое интересное заключается в том, что наша «воюющая партия» также относилась с большим почтением и снисхождением к алкоголикам всех мастей. «Выговор» или «строгий выговор» по партийной линии в те годы можно было схлопотать за что угодно, но получить его за пьянство было сложнее всего. В воспоминаниях Маршала Советского Союза А.И. Еременко немало рассказывается о пьяных похождениях начальников и в боевой обстановке, и в период лечения в госпитале. Вне всякого сомнения, Александр Иванович ничего не выдумывал.
Найдите хотя бы один подобный пример в армии вермахта. Выдумки российского кинопроката – не в счет. Это один из ответов на вопрос: «Почему у нас были такие большие потери в войну». Здорово вы «накомандуете» в пьяном виде? Подобных фактов, и не только по документам 33-й армии, в наших архивах сотни, если не тысячи. Вот одно из донесений, рассказывающее еще об одном таком горе-командире.
«КОМАНДУЮЩЕМУ 33 АРМИИ
18.2 мною отстранен от занимаемой должности командир 1110 СТР. ПОЛКА – майор АПАНАСЕНКО.
Причинами отстранения послужили:
…В период боя за МИТИНКА напился пьяным, закатывал истерику и не в состоянии был руководить боем, уснул – преступно самоустранился от управления боем.
За неимением права использовать его по своему усмотрению и считая своих дисциплинарных прав недостаточными за проступок товарища Апанасенко, направляю его в Ваше распоряжение.
Командир 329 СД полковник АНДРУСЕНКО»[131].
И еще один документ.
«Начальнику штаба 33 АРМИИ
При сем направляю в Ваше распоряжение командира 1292 СП капитана БРИЧ. Капитан мною снят с должности командира полка за:
1) систематическое пьянство;
2) за не выполнение распоряжений, которые им получались, а впоследствии сильного опьянения забывались и не выполнялись;
3) за грубое обращение с подчиненными, дошедшее до рукоприкладства.
БРИЧ своим поведением себя дискредитировал, а потому использован в частях дивизии быть не может.
Командир 113 СД полковник МИРОНОВ»[132].
И это не специальные выборки подобных документов, а только те, которые абсолютно случайно попались на глаза
