Полковник Риттер, очевидно, пришел к тем же выводам.
— Двигаем! — рявкнул он и на всех парах рванул в сторону первого корпуса. Поскольку он торопился, то на выходе не совсем вписался в дверной проем и выломал плечом солидный кусок стены.
У одного из охранников семьи не было, и последним человеком, которого он видел в этой жизни, стал полковник СБА Джек Риттер, всадивший смертельный импульс ему в грудь. Двадцать секунд понадобилось Джеку, чтобы взломать электронный замок, и вот мы уже на лестнице.
Мы миновали минус второй этаж, когда здание тюрьмы содрогнулось, и сверху посыпались обломки пластика. Похоже, что скаари таки попытались накрыть батарею ответным залпом, в очередной раз сообщая нам, какую глупость мы совершили.
Проникновение в город во время атаки скаари было очень рискованно. Но до атаки оно было попросту невозможно.
Дверь на третий подвальный уровень оказалась закрыта. Боб взял короткий разбег и вынес ее плечом, заодно выломав здоровенный кусок стены. Охранник, должно быть, очень удивился нашему появлению. Так удивился, что даже за оружие схватиться не успел.
Шедший первым Боб размозжил ему голову ударом бронированного кулака.
Половина камер на уровне пустовала. Оставшиеся заключенные реагировали на наше появление по-разному, большей частью им было все равно. Людям объяснили, что они при любом раскладе умрут, и, похоже, что они уже смирились с этой мыслью.
Или просто устали от истерик.
Дверь двести восемьдесят шестой камеры была закрыта, но датчики свидетельствовали, что заключенный на месте и бодрствует. Эту дверь Боб выносил уже более аккуратно, предварительно попросив местного узника отойти от нее подальше.
После второго удара ногой дверь повисла на одной петле, и мы увидели Холдена. Он был одет в оранжевую арестантскую робу, и похоже, что с тех пор, как его арестовали, он ни разу не брился, но в остальном это был все тот же Холден.
Пока Боб ломал дверь, он сидел в дальнем углу камеры, прикрывшись матрасом от случайных обломков. Когда мы вошли в камеру, он отбросил матрас, встал в полный рост и одарил нас кривой ухмылкой.
— Кто вы такие? Я вас не знаю.
Вместо ответа Риттер сделал лицевой щиток шлема прозрачным, я же просто откинул свой в сторону.
— А, кавалерия, — сказал Холден. — Признаться, я ждал, что вы заявитесь чуток пораньше.
Я ответил ему штампом из дрянных боевиков, штампом, который в этом времени мог понять только он:
— Ужасные пробки на дорогах.
— А я уж было начал нервничать, — сказал он. — Твои друзья из СБА или…
— Никаких «или».
— Чудесно. Скаари уже вошли в город?
— Нет, но они уже близко.
— Боб, давай вручим нашему другу его новый костюм, и пусть он попробует в него влезть, — вмешался в нашу беседу Риттер.
Боб повернулся спиной, предоставляя Риттеру право освободить его от тяжелой ноши. Брови Холдена от изумления взлетели вверх.
— Костюмчик явно не в СБА шили, — констатировал он. — А где шлем?
— Нету шлема, — сказал я. — Береги голову, Генри.
— Размер явно не мой.
— Других в местном супермаркете не было.
Риттер закончил возиться с нижней частью костюма, и Холден принялся натягивать ее поверх оранжевого комбинезона. Похоже, что он ждал нас или кого-то вроде нас. По крайней мере, он совсем не удивился, когда в его камеру в кленнонской тюрьме ворвались люди, носящие боевую броню Альянса.
— Где ваш транспорт? — поинтересовался он.
— В режиме «стелс» на дальней орбите.
— Это очевидно, — сказал Холден. — Но я спрашивал не об этом. Меня интересует транспорт для передвижения по планете. Тот транспорт, что вытащит нас из-под огня в тихое и безопасное место, где мы сможем поговорить. Ведь вы для этого сюда явились — поговорить?
— И для этого тоже, — заверил его Риттер. — Но такого транспорта у нас нет.
Эта новость так рассмешила Холдена, что он даже на время отвлекся от нелегкого процесса надевания неподходящего по размеру костюма.
— А теперь, когда оценил шутку, я хотел бы услышать про истинное положение дел, — заявил он, отсмеявшись.
— Именно так они и обстоят, — холодно сказал Риттер. — Наш десантный бот получил повреждения, когда мы летели сюда.
— И какой план?
— Предполагается, что в таких ситуациях мы должны импровизировать, — сказал Риттер.
Сверху опять громыхнуло, посильнее, чем в первый раз.
Холден принялся натягивать верхнюю часть костюма. Чтобы активировать все его свойства, эти части надо соединить. Непростая задача, если учесть, что костюм создавали для кленнонца, а Холден был выше не только среднестатистического кленнонца, но и среднестатистического человека.
— Может быть, нам попробовать отсидеться здесь? — предложил Боб.
— Нет, это глупо, — отмел мысль своего подчиненного Риттер. — Скаари прекрасно знают, что города на Веннту растут больше вниз, чем вверх, и рассчитывать на то, что они разнесут все на поверхности и пойдут дальше, нам не приходится. Тут больше половины населения наверняка по подвалами сидит.
— Но на поверхности сейчас ад.
— Да, подземный ход нам бы не помешал, — согласился я. — Как насчет канализации?
— А у тебя есть схема коммуникаций города? — поинтересовался Риттер.
— Нет.
— Забавное совпадение, у меня тоже.
— Ребята, а вы точно из СБА? — спросил Холден. — Больше похоже на группу школьников на экскурсии.
— Ты проторчал здесь дольше нашего и явно ждал, пока мы появимся, — сказал я. — У тебя у самого есть какой-нибудь план?
— Мой план заключался в том, чтобы дождаться вас, — сказал Холден. — Я-то ожидал, что вы явитесь под звуки фанфар и под прикрытием трех линкоров и целой эскадры крейсеров.
— Ты явно переоцениваешь ценность своей личности для мироздания, — заметил Риттер.
— Своей — может быть, — сказал Холден.
— Ты когда-нибудь закончишь одеваться?
— Я стараюсь.
— Мы на окраине, — сказал Боб. — До леса всего четыре квартала.
— Но там стреляют из больших пушек, — сказал Риттер.
— У вас есть связь со своими кораблями? — поинтересовался Холден. — Или все в катере осталось?
— Есть, но это только на самый крайний случай.
— Ага, — сказал Холден. — То есть сейчас случай еще не крайний?
— Каким образом связь с кораблями нам сейчас поможет?
— Сильно зависит от того, какие там корабли.
— Два малых судна для спецопераций.
— И все? — удивился Холден.
— Мы не войну прилетели выигрывать.
— Ну да, ну да, — сказал Холден. — Если так, то связь с ними нам сейчас действительно не поможет. Я начинаю думать, что для меня было бы безопаснее, если бы вы и вовсе сюда не заявлялись. Кстати, я закончил одеваться.
И он действительно закончил. Не знаю, как у него это получилось, но ему удалось втиснуться в кленнонскую броню, отчего мне даже показалось, что он стал ниже ростом. Желая продемонстрировать, что он способен в нем двигаться, Холден несколько раз подпрыгнул и секунд пять по боксировал с тенью.
— Неплохо сел костюмчик, — констатировал я.
— Сам удивляюсь. Но если я останусь в нем надолго, то наверняка заработаю искривление позвоночника.
Сверху опять громыхнуло, в соседней камере кто-то истерически закричал, очень скоро крик перешел в панический визг. Несмотря на это, мысль выпустить остальных заключенных ни у кого из нас не возникла. В лучшем случае, открытые двери камер могли бы подарить им несколько лишних минут жизни, в течение которых они только будут путаться у нас под ногами.
— Выдвигаемся, — скомандовал Риттер.
Когда мы поднимались по лестнице, здание тряхнуло еще раз, гораздо сильнее, чем раньше, и сверху хлынули потоки расплавленного строительного пластика. Похоже, что на этот раз тюрьме досталось прямое попадание.
Холден чертыхнулся и бросился вниз по лестнице, прыжками преодолевая по половине пролета. Риттер бросился за ним.
Датчик внешней температуры показывал восемьдесят градусов по Цельсию, и температура стремительно росла. Мы в своих костюмах разницу не почувствовали, но для Холдена, у которого отсутствовал шлем, это было опасно.
— Возвращайся к ним, — сказал мне Боб. — Я попробую пройти дальше и узнаю, что к чему.
— Удачи.
Он коротко кивнул и растворился в дыму.
Минус второй уровень был еще цел, но Холден предпочел упрыгать подальше и вернулся на минус третий, где он безвылазно провел последние недели. Риттер стоял у выхода на лестницу, он смотрел наверх и задумчиво пинал стену. От того места, куда раз за разом ударялся его бронированный ботинок, по стене распространялась паутинка мелких трещин.
После многочисленных орбитальных бомбардировок, которым подвергалась планета, муниципальные здания здесь возводили по ускоренному и наиболее дешевому варианту. В отличие от частных построек, которые известны своей фундаментальностью.
