прошлой жизнью. И тем интереснее было изучить эти отличительные черты.
Наконец, экипаж остановился у массивных ворот, украшенных замысловатыми рунами. Когда мы проехали через них, я почувствовал легкое покалывание на коже– явный признак мощного защитного барьера.
Полигон представлял собой обширное пространство, разделенное на несколько секторов. В одном из них я увидел группу молодых магов, практикующих защитные заклинания. Воздух вокруг них шел рябью от щитов, а время от времени раздавались громкие хлопки — результат столкновения атакующих и защитных заклинаний.
В другом секторе маги постарше демонстрировали впечатляющие атакующие заклинания. Огненные шары, ледяные копья, молнии — все это сливалось в завораживающий танец стихий. Земля под их ногами дрожала, а воздух был наполнен запахом озона и едва уловимым ароматом магии.
Третий сектор выглядел наиболее загадочно. Там находились несколько магов в длинных мантиях, украшенных сложными узорами. Они, казалось, не делали ничего особенного, но воздух вокруг них словно плавился, искажая реальность.
Был еще один сектор, не такой большой, и больше похожий на продолговатую овальную арену. Он как раз сейчас пустовал.
Я направился к Соколову, которого заметил стоящим на небольшом возвышении. Он наблюдал за тренировками, время от времени делая пометки в блокноте.
По пути я проходил мимо группы молодых людей, среди которых выделялся один — высокий мужчина лет двадцати шести, с ухоженными усами, закрученными вверх, и в костюме, который, казалось, сошел со страниц модного журнала этого времени. Он выглядел как типичный столичный щеголь, да и вел себя, судя по жестам и манерам, так же. Вот только глупцом или невеждой его назвать было сложно. Несмотря на нрав, взгляд у него был цепкий, изучающий.
Такой взгляд ни один глупец не бросит. А понял я это потому, что именно таким взглядом он окинул меня, когда я поравнялся с ним. И столько пренебрежения я еще на себе не ощущал.
Внезапно этот мужчина громко произнес, обращаясь к стоящему рядом сотруднику полигона:
— И этого собираются проверять на ранг? Не слишком ли он молод для такой чести? Что-то я не видел его раньше, да и отличий у него явно нет! Проталкивает небось кто?
Сотрудник попытался утихомирить усатого франта, поднимая руки в примирительном жесте.
— Тише, господин Левински. Не стоит вызывать проблемы… Он будет выступать после вас, так что никто сдвигать ваше время не собирается.
Но Левински, казалось, только больше распалился.
— Да как вы смеете затыкать меня? Я здесь для переквалификации и планировал блистать сегодня! А тут какой-то мальчишка. Я не собираюсь выглядеть хорошо на фоне какого-то недоучки. Мне важна только честная оценка моих способностей, — произнес он, подкрутив один из кончиков своих усов.
Я не стал обращать внимания на его слова, лишь мельком отметив, что этот Левински может стать проблемой в будущем. Подойдя к Соколову, я почтительно поклонился.
— Доброе утро, учитель. Я прибыл, как вы и просили.
Соколов оторвался от своих записей и окинул меня внимательным взглядом.
— Приветствую, Максим. Хорошо, что ты уже здесь. Подтверждение ранга совсем скоро начнется.
Соколов жестом пригласил меня следовать за ним, и мы направились к центру полигона. По пути он начал объяснять процедуру подтверждения ранга, указывая на различные секторы, которые я заметил ранее.
— Подтверждение ранга будет проходить в три этапа, — начал он, его голос звучал ровно и профессионально. — Первый этап — защитные заклинания. Здесь, — он указал на сектор, где маги практиковали щиты, — мы будем тестировать прочность твоей защиты.
Я кивнул, внимательно слушая. Магическая защита давалась мне неплохо, спасибо бесконечным тренировкам с дядей Эдом. Хотя не сказал бы, что это было моей сильной стороной.
— Второй этап, — продолжил Соколов, указывая на сектор, где маги демонстрировали впечатляющие атакующие заклинания, — это проверка твоей атакующей мощи. Здесь важна не только сила, но и точность.
— А третий этап? — спросил я, хотя уже догадывался, о чем пойдет речь.
— Личные разработки, — ответил Соколов, и я заметил, как в его глазах мелькнул огонек интереса. — Это заклинания, которые ты считаешь своим основным арсеналом, что-то особенное. Здесь у тебя будет возможность продемонстрировать свои уникальные способности. Но и не возбраняется использовать что-то уже знакомое — зависит от исполнения.
Я задумчиво кивнул. Личные разработки… У меня было несколько идей, которые я долго обдумывал. Возможно, сейчас настало время их продемонстрировать.
— Однако, — продолжил Соколов, — оценка будет зависеть не только от внешнего проявления магии. Комиссия будет обращать особое внимание на количество использованных вспомогательных слов.
— А как насчет истинных слов? — поинтересовался я.
— Комиссия, которая, к слову, состоит из трех человек, может потребовать разъяснений касательно использованного истинного слова, — ответил Соколов. — Но если это твоя собственная разработка, ты можешь воздержаться от объяснений. Хотя, — он усмехнулся, — сомневаюсь, что тебе удастся удивить комиссию. Им известны все истинные слова, когда-либо задокументированные в Российской империи.
Я позволил себе легкую улыбку. Если бы Соколов знал, какие истинные слова я использую…
Мой взгляд упал на четвертый сектор полигона, который выглядел как овальная арена.
— А это что за сектор? — спросил я, указывая на него.
— А, это, — Соколов повернулся к арене, — особый полигон для магических дуэлей. Используется редко, в основном для разрешения споров между магами или для особых испытаний, там укрепленные стены и защитный купол, чтобы не пришибло кого вне арены.
Я внимательно осмотрел все основные секторы, мысленно возвращаясь к основам магии, которые впервые еще давным-давно прочел в книге, оставленной мне матерью. Книге, которую передал мне Эдвард много лет назад, в чем он, между прочим, так и не признался.
Вся магия исходит от слова и его понимания. Слова — это не просто звуки, это проводники магии в материальный мир и одновременно её активаторы. Я вспомнил, как часами сидел над этой книгой, пытаясь постичь истинную природу слов, которым маги могут давать невиданную силу.
Сосуды, по которым течет мана — это часть сложной системы органов, отвечающих за её циркуляцию по телу. Мана, усваиваемая по мере дыхания, циркулирует по всему телу и собирается в сердце. После этого происходит отдача. Чем сильнее мана в жилах, тем больше её попадает в сердце, и тем быстрее формируются заклинания.
Я закрыл глаза, чувствуя, как мана течет по моим венам, собираясь в сердце. Это ощущение всегда казалось мне удивительным, словно внутри меня пульсирует маленькое солнце.
Три стадии применения магии… Я вспомнил, как долго
