тяжёлым.
‒ Хорошо.
На очередном прыжке заканчивается выносливость. Вообще, она кончилась минут пять назад, но я продолжал прыгать с тремором рук и ног. Теперь кончилась совсем, и, падая, отпускаю сумки, что держал в руках, и успеваю подставить ладони. Приземляюсь коленями на сумки, руками на пол. Ловкость выросла на единицу, и концентрация на столько же. Круто, ура. Наконец-то…
‒ Вот теперь можешь всех будить. РОТА, ПОДЪЁМ!
Витька вскакивает, на его ладони загорается огонь, Ласка перекатом уходит к стене с кинжалами в руках. Остальные с трудом открывают глаза и пытаются понять, где они. А нет, ещё Иваныч удивил, он резко оказался лёжа на спине, с натянутым луком в руках. Острый взгляд обшарил пещеру, и он расслабился.
‒ Чё орать-то? — недовольно бубнит Фёдорыч.
‒ Жрать хочу, а вы всю хавку попрятали!
‒ А что, сам найти не мог? — Витька, явно недовольный, гасит огонь с руки. Следом они с Вжиком потрошат гору вещей на предмет завтрака. Ну да, я же всё собрал со своих ребят, теперь их сумки горкой валяются.
‒ А вот ты, кстати, с Инферно неделю в будни работать будешь! — тоже мне, умник, сам найти. Я воровство прокачал только на тот уровень, когда вещи спящих вижу и снять могу. Мне ещё вора качать не хватает, ага…
‒ Вот ёпт, — судя по тоске, что звучит в его голосе, лекарь готов убиться, чтобы избежать Машиной тренировки. Ничего, зато потом будет нормальным лекарем, с большой дубиной и навыками убийцы.
‒ Проснулись? — оглядываю бойцов. Иваныч с командой уже за столом, раскладывают остатки вчерашней еды.
‒ Сейчас завтрак здесь, и быстро по домам, там тоже ‒ завтрак и туалет!
‒ Угу, ‒ Вжик уже уминает кусок мяса с бутылкой вина в руке. Какой-то неправильный повар, жрёт первым.
Перехватываю пирожок, тянусь за бутылкой. Два глотка вина, и, получив сытость и баф на мудрость, откатываюсь в сторону, давая дорогу остальным. И только тут до меня доходит, что Вжик тут, хотя был в городе. Судя по усталому выражению лица, ночь у него была длинной.
‒ Вить, меня, Светлого или Инферно дождись. Я вышел.
‒ Так она тут уже…
Только после его замечания понимаю, что Машка внаглую жуёт кусок мяса в своем углу. Млять, и вот как она это делает?
‒ Инферно, проверишь округу?
‒ Кто готов? — Машка вскакивает и с куском мяса в руке идёт к выходу.
‒ Я, — Ласка стартует следом. И когда успела домой выйти?
Игроки провожают взглядом двух эльфиек, что грациозной походкой уходят из света костра. Маленькая, гармоничная, безумная кошка и подтянутая, гибкая, темноволосая Ласка. Молодцы, девочки. Иваныч запихивает кусок хлеба в рот и тут же выпадает из игры. Остальные следом, буквально через пару минут в игре остаюсь только я. А черт, ладно, жду 5 минут, и если на улице драки не будет, то выхожу следом.
Тишина, просидел минут десять, выходить, бросив всех без охраны, не решился. Потом заметил, что Олег вошёл в игру и оглядывается. Вот и отлично. Пора домой.
Чайник закипает быстро, готовить времени нет, шоколадка и кофе. Надо будет не забыть выйти пообедать.
Пока ем, глянул в телефон — пять пропущенных от Вовки, и одно смс потом: “Миша, я накопал инфу, что патент на собственность в городе подписывает баронесса, а на всё, что за городом, ‒ начальник стражи. Репу у них качать срочно надо!”
Пишу в ответ: “Олег им питомцев сдавал по квестам, руководи, пусть качает дальше.”
Дальше сами разберутся, почта у них есть. Меня пока больше другие задачи интересуют. Как выбраться из этой ж… и зачем мы, гружёные по самую шею, идём дальше? Надо было вчера уводить партии в город. К ночи бы дошли, блин, как всегда. Ладно, разведка боем.
Допиваю кофе и вперёд, до обеда глюкоза позволит отбегать. Капсула принимает меня привычно, как будто всю жизнь только в ней и спал. Привык. Люди вообще такие мрази, что ко всему быстро привыкают.
Открываю глаза, Олег тут же собрался и вышел на улицу. Нет Армена, Чип и Дейл тоже отсутствуют. Митрофан и Фёдорыч тоже собрались и тоже пошли на выход. Сидеть и лежать остались Вжик, Витька и Ратмир.
Пора и мне, видимо, сбор игроков уже идёт на улице. Встаю, подбираю свой щит, сумку нашёл быстро: самая пустая ‒ значит, моя. Эликсиры и нож, записи рудокопа и огниво. Машка лох, записи по запаху не нашла.
Выхожу из пещеры, бойцы греются на солнышке. Питомцы тут же довольные.
‒ Ну, что, бойцы, готовы? — оглядываю всех. Судя по выражению лица Людмилы, спать в игре ей не понравилось.
‒ Куда сейчас?
‒ Инферно придёт и расскажет
‒ А если не придёт?
Вот всё тебе не нравится… Не придёт, значит, напишет. Открываю почту ‒ тридцать девять сообщений. Чёрт… Отмечаю как прочитанные и закрываю. Так увижу новое письмо.
‒ Пойдём за ней и будем мстить.
Мой ответ её явно не порадовал, а вот Олег улыбнулся из-под шлема. Армен притих, копьём не машет. Сумку на живот повесил и придерживает рукой. Попался, старикашка, на эмоции питомца. Вот теперь поймёт, как нам было. Чип и Дейл не могут найти себе места, то с одной стороны всех обойдут, то на другую тихо переместятся. По лицам заметно нетерпение и предвкушение новых проблем на пятую точку.
‒ Так, бурундуки, в паре на двести метров вверх на разведку.
Акробаты срываются с места и исчезают за камнями. Надеюсь, додумаются дальше в режим скрытности уйти. Должны, у них хорошие учителя были: боль, обида, слив вещей. Такой опыт кого угодно научит.
‒ Сумрак, а какая цель похода? Мечи взяли, луки взяли и пояса, шли за добычей. Не пора нам в город?
‒ Людмила, луки и мечи взяла твоя команда больше, чем все остальные. Нет, не пора.
‒ Мы брали то, что сделает бойцов сильнее.
‒ Отлично, тогда всё, что сняли твои бойцы, ‒ в общий дроп. Те, кто умер, получают только свои вещи.
Выражение лица Людмилы меняется, она явно не рассчитывала сдавать старое оружие в общую копилку. А придётся, безнаказанно отпустить два стальных меча из трёх добытых, я не могу. Да и луки четыре штуки её парни забрали из восьми добытых. Я не жадный, просто если хочет в город уйти, то пусть сдаст добычу.
‒ Хорошо, старое сдадим в общую кучу. Как и вы.
‒ Все. Излишки сдадут все.
Благо Маша
