Читаем без скачивания Завод Сибирской Глуши - Игорь Нерюриков

Пропажи о принадлежности сей роскошной постройки, Полина ответила, что это дескать дом какого-то генерал-майора.

За роскошным домом было несколько деревянных теремов вперемешку с покосившимися избами, после них болото с узкой тропинкой. Бежать через нее было крайне тяжело, ноги Пропажи то и дело соскальзывали в склизкую жижу. Но Полина требовала не останавливаться… Мрачное пыльное Поветрие преследовало их по пятам. Преодолев болото, беглецы очутились возле отсыревшего терема, вокруг которого, стояли странные деревянные фигуры, все вместе образующие какой-то таинственный знак. Полина отворила дверь деревянного терема и велела Пропаже следовать за ней. Когда дверь захлопнулась, было слышно как пыльная буря стучала в закрытые ставни… не так, как стучит ветер, а словно какой-то разъяренный демон, требует кровавых жертвоприношений…

— Здесь мы в безопасности, —вздохнула Полина.

— Что это за место?

— Просто терем…

— Я не про это… Точнее я про это все…

— Не узнаешь Петербург?! —удивилась Полина.

—Петербург?!— переспросил Пропажа, посмотрев на свою спутницу, словно на сумасшедшую.

— Мы зашли через картину…

— Чем ты меня опоила?

— Я?! Опоила?! —негодовала Полина.— Я… я… я… тебя спасла!

— Знаешь ли… Те Горынычи не выглядели, столь же жутко, сколь твоя пыльная буря!

— Поветрие… хм, — усмехнулась Полина.

— И что это еще за Поветрие?

— Демон, что шлет болезни…

— Какой еще демон?! —сердито воскликнул Пропажа, но спустя пару мгновений успокоился и задал другой вопрос:— Ты сказала мы в Петербурге?

— Не в том, к которому ты привык.

— Давай без загадок…

— Этот Петербург застыл в тысяча семьсот двадцать пятом году, через несколько месяцев после смерти царя Петра… Застыл в том самом дне, когда братья Мальцевы тайно вернулись в город со своего изгнания, чтобы завершить ритуал…

— Звучит, как нелепица! —начал раздражаться Пропажа.

— Тогда выгляни в окно, отвори ставни… не бойся, я чувствую, что Поветрие уже ушло.

Сидя в темном и сыром тереме, Пропаже очень хотелось увидеть свет, пусть это будет солнце или луна, но отворив ставни он не увидел, ни того, ни другого. Пыль от Поветрия развеялась, а небо застыло, словно между ночью и днем, словно между реальностью и преисподней… огненно-багровое небо… оно и впрямь пылало… время от времени весь небосвод озарялся вспышками пугающих фиолетовых молний… Рядом с теремом было выстроено еще несколько дачных изб, стоявших посреди не высокого леса, а прямо за ними, не более чем в пяти верстах, возвышалось Петербургское адмиралтейство… Несмотря на грандиозность сего пугающего, багровым небом и страшными молниями, пейзажа, Пропажа никак не мог поверить в происходящее и захлопнул ставни…

— Не может такого быть, — приговаривал Феодор Афанасьевич. —Зачем я только взялся за это проклятое дело… Попал неведомо куда… Или сошел с ума… Сижу небось сейчас в дурке, как в страшном сне и не могу вернуться к реальности… а санитары вяжут и подкалывают… Эх, главное, что дело так и не раскрыл… Куда все же подевался этот Максим Иванов?!

— Максим Иванов, застрял здесь навечно, —немного холодно произнесла Полина. —Я говорила ему, бежать с проклятого завода…

— Значит ты…

— Я Полина Вератти, я тебе уже говорила…

— Но рядом с Сибирским особняком братьев Мальцевых, я не видел никакого завода…

— Потому что, на завод попадает лишь тот, кто угоден братьям Мальцевым, —произнесла Полина, а затем начав прислушиваться к каким-то странным звукам, доносившимся из соседней избы, проговорила: —Тихо!

— Что там?

— Ионесса,— гневно произнесла Полина. —Сейчас… выходим из терема и со всех ног бежим на север...

Девица в белом платье ловкими и легкими движениями перемещалась по пыльной заболоченной дорожке ведущей к неустойчивому мостику через глубокий и обрывистый ручей. Пропажа следовал за ней, постоянно оборачиваясь и в ужасе разглядывая преследователей. На пылающем огненном змее восседала рогатая женщина, словно суккуб смешанный с гарпией, ее голос был резок, высок и словно резал ножом по стеклу, впиваясь прямо в сердце Пропажи. «Ах ты мерзкая сука! Решила забрать мою добычу?! Отдай! Отдай! Отдай!»— истерично завывала Ионесса.

Перейдя через мостик, Полина ускорилась еще сильнее, Пропажа еле за ней успевал… Низкий лес постепенно начал сменяться не очень ухоженными садами, между которыми то и дело проскакивали двухэтажные каменные постройки. Судя по всему, они были уже на Коломенском острове, так, по крайней мере, решил Пропажа, который старался ориентироваться по шпилю адмиралтейства, вокруг которого тучи и молнии устроили настоящую круговерть.

Через несколько мгновений они выбежали к широкой речке, в которой Пропажа узнал очертания Пряжки, только с высокими и крутыми берегами, вместо облагороженных подпорок канала. На восточном ее берегу стоял целый ряд небольших каменных домиков с коптящими трубами, а за ними Пропажа увидел целый дворец. Он был огорожен вытянутым каменным забором, что был покрашен в зеленый. Через каждые несколько метров, над забором возвышались каменные бюсты каких-то дворян, видно владельцев дворца, а между ними встречались каменные статуи змей. Постепенно каменный забор сменился чугунной оградой, за которой был виден монументальный фасад, с золотыми орнаментами, каких-то мистических чудищ. Ограда состояла из огромных ворот и нескольких чугунных калиток, одна из которых оказалась открытой. Полина шмыгнула прямо в нее и велела Пропаже следовать за ней в сад.

— Она не посмеет ворваться к нему без приглашения, —сумбурно проговорила Полина.

— Не посмеет? — удивился Пропажа, но развернувшись он убедился в правоте девицы в белом платье. Демоница на змее пролетела вдоль ограды, но внутрь зайти не посмела. Издав истошный крик, суккуб направила змееподобного зверя ввысь и словно растворилась посреди пылающего багрового неба.

Отдышавшись возле прямоугольной клумбы, Пропажа спросил у Полины:

— Кто эта Ионесса?

— Любовница Сергея Мальцева… демоница, которая принесла в жертву своего ребенка и все… ради ритуалов проклятого графа...

— А чей это дворец? —спросил Пропажа.

— Графов Мальцевых, — тихо произнесла Полина.

Детектив услышал странные звуки, доносившиеся с первого этажа особняка. Пропажа осторожно пробрался к приоткрытому окну и взглянул на происходящее внутри. В просторном зале шло какое-то таинственное собрание. Посредине, на кресле, сидел человек в черной мантии с капюшоном, а вокруг него на полах собралась толпа странных адептов в заношенных разноцветных плащах. Неожиданно в зал вошел еще один человек в черной мантии с капюшоном, он подошел к сидящему на кресле и спросил:

— Начинаем, брат мой?

— Начинай Алексей.

— Приветствую всех вас! Мои адепты и приверженцы! Мы графы, братья Мальцевы, вернулись в Петербург, чтобы закончить, то, что начали…