Снимок запечатлел как дым клубится из нескольких труб в небо. - Я привык смотреть на воздушное пространство. Но сейчас я вспоминаю, как ненавидел этот запах. И люди жили там все время. Я был так погружен в себя.
-Где это? - спросила я, указывая на длинную кирпичную стену.
-Новая Азия. Раньше это было южной границей Китая. Они называли это Великой Стеной. Я слышал, что когда-то этот вид был захватывающим, но это прошло. Она пролегает почти в центре Новой Азии. Вот как они расширились.
- Ничего себе.
Максон заложил руки за спину.
-Я надеялся, что тебе понравится это.
- Мне нравиться. Очень. Я хочу взять одну.
- Хочешь?
- Да. Или научи меня. Я даже сказать не могу, сколько раз я хотела запечатлеть некий фрагмент в жизни, и держаться за них. У меня есть несколько порванных фотографий моей семьи, и новая, там где у моей сестры появился ребенок, но это все. Я никогда не думала о том чтобы вести дневник… Но сейчас я почувствовала что в этом есть смысл.
В этом была его суть. Я могла чувствовать то, что было неизменным. Например, его постоянное уединение во дворце и краткие мгновения путешествий. Но были и элементы, которые были перемещены. Девочки и я были на стене в таком большом количестве, потому что мы стали частью его мира. Даже сейчас, когда многие уехали, мы на самом деле не ушли.
Я подошла и обняла его. Он сделал то же самое, и мы стояли там спокойно в течение минуты, принимая все это. А потом осознание того, что должно было быть очевидным все время, вдруг пришло ко мне.
- Максон?
- Да?
-А если бы все изменилось и ты не был бы принцом, но мог выбрать, как будешь зарабатывать на жизнь, ты бы выбрал это? - я указала на коллаж.
- Ты имеешь в виду заниматься фотографией?
-Да
Ему потребовалась всего лишь секунда, чтобы подумать.
-Абсолютно. Для искусства или просто семейных портретов. Я бы занимался рекламой, это практически все, что я могу. Я влюблен в это дело. Хотя, ты уже заметила.
-Я заметила, - улыбнулась я, радостная о своем знании.
-А почему ты спрашиваешь?
-Ну просто… - я пододвинулась, чтобы посмотреть на него. -Ты был бы Пятеркой.
Максон медленно вникал в мои слова и тихо улыбался.
-И поэтому я счастлив.
-Я тоже.
Вдруг решительно Максон посмотрел на меня, взяв мои руки в свои.
-Скажи это, Америка. Пожалуйста. Скажи мне, что любишь меня и хочешь быть моей единственной.
-Я не могу быть твоей единственной, пока другие девушки здесь.
-И я не могу отослать их домой, пока не буду уверен в твоих чувствах.
-И я не могу сделать что ты хочешь, потому что завтра ты можешь делать это с Крисс.
-Делать с Крисс что? Она уже видела комнату, я сказал тебе об этом.
-Не это. Просто привести ее сюда и заставить чувствовать…
Он ждал.
-Чувствовать что? - прошептал он.
-Как будто она одна что-то значит. Она без ума от тебя, она мне это сказала. И я не думаю, что это не взаимно.
Он вздохнул, подбирая слова.
-Я не могу сказать, что она ничего не значит, но ты значишь для меня больше.
-Как же я могу быть уверенной в этом, если ты не можешь отослать ее домой?
Дьявольская улыбка скользнула по его лицу. Он прошептал мне на ухо. - Я могу придумать несколько способов, чтобы показать тебе, что ты заставляешь меня чувствовать.
Я сглотнула, испуганная и надеющаяся что он скажет больше. Его тело было напротив моего, его рука лежала у меня низко на спине, и прижимала меня к нему. С другой стороны он сбросил волосы с моей шее. Я задрожала когда он провел губами по крошечному участку кожи, его дыхание было таким заманчивым.
Казалось, как будто я забыла, как использовать мои руки-ноги. Я не могла сдержать его или думать о том, как двигаться. Но Maксон позаботился о том, чтобы переместиться назад на несколько шагов, так что я была прижата к его коллекции картин.
- Я хочу тебя, Америка, - пробормотал он мне в ухо. - Я хочу чтобы ты была только моей. И я хочу дать тебе все. - Его губы преодолели свой путь от моей щеки до уголка рта. - Я хочу дать тебе все то, чего ты еще не знаешь, но хочешь узнать. Я хочу - выдохнул он - так отчаянно….
Послышался громкий стук в дверь.
Я так растворилась в прикосновениях Максона и словах, и запахе, что звук казался раздражающим. Мы оба повернулись к двери, но Максон быстро прильнул губами ко мне.
- Не двигайся. Я настроен закончить этот разговор. - Он медленно поцеловал меня и отстранился.
Я стояла, хватая ртом воздух, говоря себе, что, скорее всего, это плохая идея - позволить ему поцеловать меня в минуту откровения. Но, рассуждала я, если и существовал когда-нибудь способ раскрыться, то это именно он. Максон открыл дверь, загораживая меня от посетителя. Я провела рукой по волосам, пытаясь взять себя в руки.
- Простите, Ваше Величество, - сказал кто-то. - Мы ищем Леди Америку, ее горничные сказали, что она с вами.
Я удивилась откуда мои служанки узнали где я, но я была довольна, что они так хорошо меня знают. Максон нахмурился и посмотрел на меня открывая дверь шире, чтобы позволить охраннику войти. Он вошел посмотрев на меня как будто проверяя. После того как он был удовлетворен проверкой он наклонился к Максону и что-то прошептал.
Плечи Максона поникли, он поднес руку к глазам, как-будто был не в состоянии справиться с новостями.
- Ты в порядке? - спросила я, не желая, чтобы он страдал один.
Он повернулся ко мне, его лицо было сочувствующим.
- Мне очень жаль, Америка. Я не хочу быть тем, кто скажет тебе это. Твой отец умер.
Я не смогла сразу понять его слова. Но не имело значение как я их переставляла в голове, смысл этих слов не менялся.
А затем комната накренилась, а реакция Максона была быстрой. Последнее, что я помню, были руки Максона, не давшие мне упасть на пол.
Глава 23
- Пойми же. Она хочет встретиться с семьей.
- Если она хочет, то может поехать, но не больше чем на один день. Она не нравиться мне, но люди любят ее, не говоря уже об итальянцах. Было бы очень неудобно, если бы она умерла.
Я открыла глаза. Я лежала на моей кровати, но не под моими простынями. Я увидела уголком глаза, что Мэри была в комнате со мной.
Голоса были приглушенными, и я поняла, что они находились за дверью.
- Этого недостаточно. Она очень любила своего отца; она захочет с ним попрощаться, - сказал Максон.
Я слышала что-то похожее на то, как будто кулак ударяется об стену, и я с Мэри обе вскочили на звук.
- Хорошо, - фыркнул король. - Четыре дня. И это все.
- Что если она решит не возвращаться? Несмотря на то, что это не было вызвано мятежами, она может захотеть остаться.
