— Я что-то сделал не так? Откуда такая перемена?
Таанар выглядел озадаченным и даже — возможно ли такое? — взволнованным.
— Разве вы не обещали рассказать жене свои… секреты?
— Разве обещал? — на его лицо снова вернулась непроницаемая улыбка.
— Во всяком случае объяснить, для чего устроили отбор.
— Объясню, — согласился Властелин. — Жене.
Ему просто для чего-то нужна жена, он устроил этот дурацкий отбор и по каким- то параметрам выбрал меня. По каким — узнаю после свадьбы. Ну, спасибо. А если не соглашусь — то прямиком к гле Дуазу. Замечательный выбор.
— Можно возвращаться к себе? — уточнила я, радуясь, что он не расспрашивает, как я все-таки вскрыла решетку и одна ли была. А вдруг уже знает, просто играет со мной, пока визирь допрашивает Тили с Гасом?!
— Проведу, — Таанар оглядел комнату, снова взял мою руку и потащил к небольшой двери, через которую мы вошли. Перед выходом опять взмахнул в сторону камина, загасив огонь.
— У вас… какой-то очередной артефакт? — пробормотала я, не совсем понимая, как он это проделывает.
— Можно и так сказать, — хмыкнул Таанар.
Приблизился к ровной на вид стене потайного хода, прикоснулся и снова вывел меня в какое-то совсем незнакомое темное пространство. Рассмотреть в кромешной тьме ничего не удавалось, а буквально через несколько шагов мы прошли очередную стену и оказались… в моей ванной!
Я вскрикнула от неожиданности. Мы ведь даже под землей не проходили! Разве такое возможно?!
— Не бойтесь. Просто не хочу никому попадаться на глаза.
— Но… Как?!
Вот правду говорят, что над крепостью работал сам Сетарх!
— Артефакт. Не бойтесь.
Ох, драсс! Нужно предупредить Тилиссу! А вдруг и гле Дуаз так умеет?!
— Вы… хорошо знали, куда путь прокладывать, — нервно усмехнулась.
— Я уже был здесь. Сразу пришел к вам, а не найдя, испугался. Потом обнаружил, что ход открыт… Сначала решил, вы у Вина. Едва не… не важно.
Хорошо, что вовремя разыскал.
— Хорошо, — пробормотала я.
Хорошо, что я успела найти Люсьи, а то ничего не знала бы. Мне и теперь было сложно не поддаваться его откровенной сексуальности, которая действовала почище наркотика! Но так я хотя бы имела, чем себя сдерживать.
— Вы же не будете возражать, если переночую у вас? — неожиданно улыбнулся Таанар.
— Но…
— Обещаю вести себя пристойно.
— Но… — возражений была масса, только подобрать для них верные слова почему-то не удавалось.
— Есть хочу, — поделился Таанар. — Но не хочу, чтобы даже слуги знали.
— Даже ваша преданная Катрина?
— Это ревность? — приподнял бровь Таанар.
— Мне без разницы, с кем развлекаетесь вы. Но вот мой… муж…
— Эмили, — лицо Властелина вмиг посуровело. — Я мог бы решить, что вы пытаетесь мной манипулировать… если бы знал вас немного хуже.
Его слова прозвучали угрожающе.
— А вы хорошо знаете меня? — я направилась к выходу в спальню, не стоять же посреди ванной комнаты.
— Надеюсь, достаточно, чтобы не пожалеть о своем решении.
— Вашем решении. Как это мило.
— Если у вас есть возражения, я предпочел бы их выслушать без лишних уверток.
— Не поверите, я тоже!
Я выглянула в соседнюю комнату, обнаружила на подносе кусок вчерашнего пирога и фрукты, и тихо, чтобы не разбудить Керлис, занесла их в спальню.
— Благодарю, — Таанар отобрал у меня поднос, уселся в кресло, вытянув ноги, и тут же принялся поглощать мои припасы.
— Разбудить служанку? — поинтересовалась я.
— Не нужно привлекать внимание, — с набитым ртом отозвался он. — Так что вы там говорили?
— Ничего, — поскольку кресло было одно, я устремила взгляд в сторону кровати, но вспомнила, что на мне чужая и не совсем чистая одежда. — Я сейчас.
Прихватив домашнее платье и шаль, наскоро переоделась в ванной и, закутавшись, снова вернулась. Таанар как раз подчистил остатки еды и выглядел не вполне сытым, но намного более довольным жизнью.
Так как покидать кресло он не собирался, я все-таки взобралась на кровать, села, подтянув подушки и тоже с удовольствием выпрямила ноги.
Таанар следил за моими манипуляциями с интересом, и я очень старалась ничем его не спровоцировать.
— Я отбил Катрину у разбойников, когда она была еще совсем девчонкой, — внезапно ответил. — Обучал как мог. Предлагал ей любое занятие, она сама предпочла остаться здесь. Из нее хорошая и понятливая служанка. И надежная. Но я никогда не относился к ней как к женщине.
— Зачем вы мне это рассказываете?
— Вы спросили, — Таанар вдруг поднялся и в доли мгновения оказался рядом со мной на кровати, заставив пожалеть о выбранном месте.
На всякий случай отодвинувшись, я подбирала слова для ответа или очередного вопроса, когда он меня опередил:
— Вы позволите мне провести с вами день?
— Не думаю, что это хорошая мысль.
— Хотя бы переночевать?
— Это ваш дом. Надеюсь, вы сдержите слово быть пристойным.
— Эмили, — он придвинулся ко мне, и я неожиданно обнаружила, что сижу уже у самого края и дальше отодвигаться некуда. — Я взрослый мужчина, у меня было достаточно женщин, вы должны это понимать. Большинство из них приходили сами, я никогда не имел недостатка в женском внимании.
— Зачем вы мне это говорите, — нахмурилась я. Нашел, чем щеголять!
— Потому что вы все равно слышали об этом, молва приукрашивает и перевирает, но… это так. Я долгое время любил безответно и пытался забыться… но ни одна из них не оставила след в моем сердце.
— Как это по-мужски. Вместо того, чтобы покорить любимую, проще найти оправдание своему блуду.
— Если бы только мог… я сделал бы все, чтобы ее покорить. Но… хочу, чтобы вы знали. Это уже в прошлом. Мое решение вполне осознанное.
— Мы слишком мало знакомы для осознанного решения, — он снова смотрел взглядом, под которым плавились мысли и тело. Становилось безразлично, что он там делал и говорил, лишь бы продолжал так же смотреть… так же прикасаться… шептать на ухо горячие слова…
— Это не важно, — Таанар склонялся все ближе и ближе, движения губ гипнотизировали. — Ты — единственная за множество лет, кто заставил меня чувствовать, биться скорее сердце. Я как мальчишка хочу тебя видеть, разговаривать с тобой и… невыносимо хочу тебя целиком.
— Тебя еще ждут свидания с невестами, — отозвалась я, ощущая, как бастионы моей крепости рушатся под напором его страсти. А ведь я всегда казалась себе сильной и рассудительной! Что со мной делает этот мужчина, почему я готова на все, слушая его голос и дыхание? Может, он тоже меня чем-то опоил?!
— К драссам свидания, — рыкнул Таанар, снова прижимаясь жаркими губами к моим.
Лавина эмоций накрыла меня с головой, я видела только его, впитывала его запах, ощущала бьющую из него мужскую силу, прекрасно понимая всех тех женщин, которые «приходили сами». И, пожалуй, не понимая ту единственную, которую ему не удалось очаровать.
Думать о другой было обидно, а его руки уже ласкали мою грудь, пробирались под платье, нежно поглаживая бедра. Ловко переместились к застежкам, и в несколько мгновений я оказалась раздетой. Платье и нижнее белье рассыпались по полу, не долетев до кресла, но я видела только горящие глаза Таанара, который откровенно любовался мной. И не менее откровенно прохаживался ладонями по самым интимным уголкам.
— Я не отдам тебя никому, — пробормотал он, разглаживая, пропуская между пальцами волосы с таким видом, словно они возбуждали его сильнее, чем раздетая женщина перед глазами.
— Ты хочешь… опозорить меня, и чтобы у меня не было другого выхода, кроме как за тебя замуж? — усмехнулась я.
— Очень хочу, — отозвался Властелин не то всерьез, не то в шутку.
— Ты… как-то влияешь на меня?
Таанар застыл, внимательно всматриваясь в мои глаза:
— Почему?
— … не знаю. Не могу сопротивляться… когда ты рядом.
— Не надо сопротивляться, — шепнул он.
— Но…
— Посмотри на меня, Эмили, — Таанар взял руками мое лицо, навалившись сверху всей тяжестью. Так хотелось податься ему навстречу, вжать его в себя! — Я никогда ни к чему тебя не принуждал, никогда ничем не воздействовал.
