Мы поставили упакованные подарки на стойку перед таможенницей, чтобы заплатить пошлину. Еще на пароме мы договорились, что если нас заставят разворачивать подарки, мы не будем подсматривать, кто что купил. Впрочем, таможенница, которую мы уже видели бесчисленное количество раз, просто улыбнулась, пожелала нам счастливого Рождества и помахала рукой в знак того, что мы можем проходить без всякой пошлины. Я поставила в уме галочку — надо будет принести ей чизкейк.
По дороге домой мы заметили на шоссе голосующую Кристину из магазинчика в Лонг-Бэй. Вместо того, чтобы выставить руку с поднятым большим пальцем, она задирала юбку, обнажая очень толстые бедра.
— Ну у тебя и ножищи, Кристина, — сказал Боб, когда она устроилась на заднем сиденье.
— Вам ли не знать, мистер Бланчард, — ответила Кристина, — как лучше всего поступить даме, чтобы ее подвезли.
— Так можно и на лихого человека нарваться, — заметила я.
— Думаю, я с кем угодно могу справиться. Кому охота связываться с Кристиной?
В воскресенье перед Рождеством мы устроили своего рода корпоративную вечеринку. Мы пригласили всех наших девятерых работников в итальянский ресторанчик на берегу, называвшийся «Траттория Трамунто». Директор ресторана Алан некогда жил в Италии. Он был женат на уроженке Ангильи. Ее семья и владела этим заведением. Мы полакомились пастой, омарами, тирамису и панна-котой. Прежде в Вермонте мы в это время пили сидр со специями и гоголь-моголь, теперь на смену им пришли ромовый пунш и пина колада.
— Обалденный пирог, — похвалил Жук. — Как он называется?
— Тирамису, — ответила я.
— Я бы мог его есть, пока не лопнул бы, — осклабился парень.
После того как Жук умял второй тирамису, Алан принес коктейль из граппы с фруктами, взял один бокал себе и произнес по-итальянски:
— Салют!
— Салют! — закричали мы, сдвинув бокалы.
— Все довольны? — спросила я. — Клинтон, ты как?
— Мне здесь круто, Мэл, — отозвался он.
— И у нас так будет каждое Рождество? — спросил Мигель.
— Конечно, — пообещал Боб, — сегодня — всем гулять, потому что завтра будет уже не до отдыха. На ужин у нас заказано девяносто четыре места, так что готовьтесь. Сезон начался.
— Мы готовы, — отозвался Жук, — пусть приходят.
— Салют! — поднял бокал Оззи.
— Салют! — отозвались мы.
— За наш ресторан! — произнес Лоуэлл. — Нам нет равных!
Глава восьмая
К двадцать третьему декабря все отели острова были забиты под завязку. Таксисты позабыли о доминошном дереве, а наш телефон практически не умолкал — люди все звонили и заказывали столики. Всего за какую-то ночь количество туристов на острове увеличилось в три раза. Это было настоящее нашествие невероятных масштабов. Маленький сонный островок пробудился. Пробудился и перевозбудился.
Некоторые таксисты бывали у нас в ресторане по десять раз в день. Тедди постоянно возил к нам и от нас постояльцев «Кэп Джулуки». Теперь у него не оставалось времени перехватить у барной стойки дежурный салат «Цезарь». Днем он заезжал, чтобы по-быстрому окатить из нашего садового шланга свой новенький красный микроавтобус, после чего мчался в аэропорт встречать туристов.
С началом настоящего сезона пошли совсем другие туристы. В прошлом остались прижимистые типы, которые, изучив наше меню, изумленно изгибали брови, заказывали один ужин на двоих и возмущались из-за того, что мы берем деньги за бутилированную воду. По мере того как на Ангилье собиралось все больше богачей со всего мира, цены в гостиницах вздымались все выше, пока не достигли астрономических величин. На нашем острове взлетно-посадочная полоса была слишком маленькой, поэтому некоторые частные лайнеры приземлялись на Сан-Мартине, после чего небольшие самолетики уже перевозили отдыхающих на Ангилью. Вместо рюкзаков туристов-бюджетников, отдыхавших на Ангилье в межсезонье, таксисты грузили в багажники автомобилей роскошные сумки. Атмосфера царила воодушевленная.
Мы успели позабыть о спокойствии по утрам. Теперь с самого рассвета судьба испытывала нас на выносливость. Пока я разбивала дюжину яиц, мне приходилось раз по десять отвечать на телефонные звонки. Для приготовления партии ванильного мороженого мне требовалось ровно сорок пять яиц, но как не сбиться со счета, если тебя все время отвлекают?
— Здравствуйте, это Синди из «Кэп Джулуки». Я хочу заказать столик на шесть человек на завтра на восемь вечера.
Я вытираю руки и делаю запись в журнале.
Полминуты спустя:
— Привет, это Хитер из отеля «Каримар». Один из наших постояльцев хочет заказать столик на четверых, на восемь вечера на 31 декабря.
Стоит мне повесить трубку:
— Доброе утро, это Гермия из «Фанджипани-Бич клаб». Один из наших гостей хочет поужинать у вас в четверг. Столик на двоих на восемь вечера.
— Быстрее, Боб! — закричала я. — Заканчивай уже взвешивать сливочный сыр и начинай жарить… — Но прежде чем я успела закончить, снова зазвонил телефон.
— Здравствуйте, это Сильфина из «Коувкасл». Наши постояльцы хотят заказать у вас столик на пять вечеров подряд.
Мне пришлось взвалить побольше работы на Маркеса — нам с Бобом надо было отвечать на звонки. Маркес научился резать перец на квадратики одинаковых размеров, натирать имбирь и лимонную цедру. Нередко мне приходилось одновременно листать журнал регистраций и делиться познаниями в кулинарии. Например, я показывала, как аккуратно погружать яичные белки в миску с шоколадом. С каждым днем Томас привозил все больше и больше омаров. Мешки с ними, весившие раньше тринадцать килограммов, теперь тянули на все тридцать. Чтобы поднять и поставить их на весы, требовалось два человека.
На рождественских праздниках меня не оставляло ощущение, что наш ресторан находится в Нью-Йорке. В баре сидела толпа людей, которые, казалось, весь день обсуждали, сколько им заказать пирожков с омарами и как именно мы делаем шоколадные кокосы. Наше меню, уровень обслуживания, винная карта, да и сама репутация заведения стали объектами самого пристального внимания: «А у вас кальмары жареные? Других я просто не ем»; «Надеюсь, вы не добавляли в похлебку сливки?»; «А можно соусом и с этой стороны помазать?»; «Вы не могли бы мне приготовить филе из всей рыбы?»; «Вы не могли бы вынуть омара из панциря?»; «У меня аллергия на арахис»; «У меня аллергия на крабов», «У меня вообще на все аллергия, что вы можете мне порекомендовать?».
Мы с Бобом были вымотаны до предела. Работа, как и на кухне, так и в обеденном зале была очень напряженной. Наш ресторан даже отдаленно не напоминал маленький сонный пляжный бар, о котором мы когда-то мечтали.
