— Прошу прощения, Бретт, — хрипло прошептала она, — Я должна вернуться в дом.
Дана быстро повернулась и бросилась бежать от него. Но куда она могла убежать? Все тропинки теперь, казалось, вели назад — к Бретту!
В конце этого длинного, полного событий дня Дана вновь взяла в руки вечернюю газету, чтобы еще раз взглянуть на первую страницу. Камера запечатлела легкий галоп Принца Гонтлитта под взглядами арбитров и счастливую взволнованную улыбку Манни Бокселла. Под фотографией Джо Робертс, ветеран репортажей о бегах, написал следующее:
«Если враги вороного жеребца рассчитывали воспрепятствовать ему выиграть Дерби, они оказались обречены на разочарование. Принц Гонтлитт выпрыгнул со старта, как газель, и фантастическими рывками понесся вперед как пуля, побив рекорд ипподрома в беге на полторы мили. Думаю, сейчас уже можно сказать: «Друзья, снимем шляпы перед этой удивительной лошадью!»
Дана прочитала статью и, улыбаясь, отложила газету. Ее глаза, теплые и нежные, были полны гордости за отца, за прекрасную лошадь и знаменитую конюшню Рэнкайна. Только о Бретте она отказывалась думать.
Дана подошла к окну и вгляделась в ночь. Легкий ветерок приятно успокаивал, и девушка прикрыла усталые веки. Тотчас же перед глазами возник мысленный образ надменно поднятой темноволосой головы, да еще так ярко, что Дана поспешно открыла глаза. Было ли это концом ее душевного покоя и прежней безмятежности, которые она считала незыблемыми?
Раздраженно сказав себе, что просто слишком устала после сумасшедшего дня, она отошла от окна и поправила на постели подушки, готовясь ко сну. Наверное, лучшее лекарство в ее теперешнем состоянии духа — раздвоиться, как это сделал Джефф, уйти от себя, разделив тело и душу. Казалось, жизнь начинает сбиваться с пути в этом бурном мире, и только присутствие отца сохраняет в ней еще некоторую стабильность.
«Я должна найти какое-то место вдали от Бретта», — утомленно подумала она и погрузилась в сон, полный жгучих, страстных желаний.
Глава 14
Первый вторник ноября! Важный день для всех австралийцев с тех пор, как Фред Арчер галопом проскакал в Историю ноябрьским днем 1861 года.
Дана открыла глаза, разбуженная первыми лучами солнца. Легкий ветерок принес в комнату аромат мимозы, австралийской акации, буйно разросшейся вокруг конюшни и покрытой золотистым пушком. Девушка закинула руки за голову и с удовольствием потянулась.
В гардеробе висело ее «снаряжение» на этот день. Это было платье Сесиль Маньен, специально пошитое для Дней высокой моды, проходивших на спортивных площадках перед бегами, — последнее новшество во Флемингтоне. Дана улыбнулась. Ее отец сильно невзлюбил эту идею. Он никогда не одобрял вторжения коммерческих проектов в жизнь его любимого Флемингтона, но такие, как Сесиль Маньен, находили ипподром прекрасным местом для рекламы мельбурнской моды.
Эксперимент оказался довольно успешным и привлек огромное внимание. В течение всех четырех дней его проведения показы моды вызывали прилив огромных толп зрителей. Английские и европейские топ-модели были приглашены принять участие в демонстрации австралийского шерстяного трикотажа, а также в судействе. На конкурс допускались и конкурирующие с овечьей шерстью образцы из искусственного волокна.
Отсутствие обычных формальностей позволило эксклюзивным салонам «Тюрак», «Южная Ярра» и «Коллинз-стрит» всего за несколько дней заключить больше выгодных сделок, чем за весь прошедший год.
Призовой фонд в номинации «Мода для спорта» доходил до двадцати пяти тысяч долларов, и каждая женщина, вступающая на землю Флемингтона в один из четырех дней проведения Кубка Мельбурна, автоматически становилась участницей. По поводу этого нововведения Сесиль Маньен и остальные владельцы модных салонов пребывали в ярости: по лужайкам Флемингтона бродили женщины, изысканные наряды которых дышали Лондоном и Парижем, общепризнанными эталонами в мире моды.
Для Даны Сесиль выбрала роскошный костюм из льняного платья и жакета цвета меда. Туфли, перчатки, сумочка и огромная шляпа из стеганого льна великолепно подходили к костюму. Уверенный и простой крой великолепного портного и необычный цвет привлекали внимание. На Дане все это выглядело потрясающе, свежо и шикарно, оттеняя и выдвигая на первый план ее собственную золотистую кожу и волосы.
С первых лучей солнца в конюшне кипела работа. Она походила на растревоженный муравейник: все, как один, готовились отправиться на главное соревнование Кубок Мельбурна. Дана завтракала в одиночестве.
В середине дня Принц Гонтлитт был погружен на паром для отправки во Флемингтон. С ним вместе поехали Слоан Грегори и Манни Бокселл в сопровождении вооруженного полицейского эскорта. Жеребец был в отличной форме.
Дана с тщательным вниманием к каждой детали накрасилась и оделась. Придирчивые глаза судей не упустят ничего, не говоря уже о толпах за оградой, пришедших полюбоваться и поддержать девушек. Когда она спустилась в холл, Джефф был уже там, безукоризненно одетый, элегантный и красивый. Он проверял содержимое разбухшего бумажника.
Дана замерла на нижней ступеньке. В последние дни, после того как Бретт спас его из затруднительного положения, пригрозив Магде Ладлоу обратиться в полицию, Джефф, казалось, привел свою жизнь в порядок. Неужели он вновь вернулся к старым привычкам? И так скоро? Дана пошевелилась, и ступенька предательски скрипнула под ее ногой. Джефф поднял голову и в долю секунды прочитал ее мысли.
— Это не мои деньги, куколка, — Бретта. Он играет раз в год. И, как всегда, удачно! — Он усмехнулся и показал ей толстую пачку купюр.
Дана с облегчением улыбнулась, быстро спрыгнула на пол и непроизвольно взглянула по пути в зеркало. Джефф поймал ее на этом и восхищенно улыбнулся:
— Вы просто великолепны, куколка! Вы хороши как снаружи, так и внутри, Дана.
В этот момент в холл вышел Бретт. Он, казалось, был не согласен с мнением его кузена, хотя с сардонической улыбкой изучал стройную фигурку девушки.
— Должен признаться, вы действительно шикарно выглядите, — вежливо заметил он наконец, и веселые искорки зажглись в его глазах.
— Вы и сами шикарно выглядите, — сухо ответила Дана, бросив взгляд на гвоздику у него в петлице. — Вы оба!
Отказав себе в удовольствии смотреть на него еще и еще, она проигнорировала Бретта и улыбнулась Джеффу. Оба мужчины были одеты безупречно, но Бретт имел мужественное выражение лица и яркую индивидуальность, которые его кузен почти потерял. Дана из упрямства взяла под руку Джеффа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
