class="p1">Но даже так нельзя сказать, что мы ничего не достигли. Тысячи зеленокожих были убиты в стычках по всему региону. Целые племена оказались уничтожены, а уже после были освобождены многочисленные лагеря человеческих рабов.
На протяжении долгих месяцев Биба, Боба и прочие диверсанты сновали по всему Междуречью, чтобы разведать местоположение «увеселительных» предприятий чатлан. Имея эту информацию на руках, мои солдаты наносили точные и выверенные удары вглубь орочьих земель, спасая из плена десятки тысяч игроков.
То, что поначалу казалось тоненьким ручейком, теперь обратилось в полноводную реку. Новички и опытные игроки переезжали в Спартанское Королевство в больших количествах. Если на восток торговые дирижабли и караваны везли расходники, оружие, магов и провиант, то обратно они уже вывозили бывших пленников чатлан.
Как мне докладывает Королевская Канцелярия, игроков на восточной границе фракции стало уже так много, что пришлось задействовать поезда для того, чтобы увезти излишек новичков в Вавилонскую степь или же в предместья Техаса, Парижа или Детройта.
Некоторая часть отправлялась до самого побережья, чтобы уже там основать новые полисы. Нельзя же нам в самом деле обходиться только парой-тройкой крупных портов! Ещё несколько десятков прибрежных поселений определенно не помешают!
Но я отвлёкся.
На пятые сутки после операции в Виктории я засыпаю в своем походном шатре, а вот разлепляю веки я уже… где-то в другом месте.
— Ариэль? — куда больше я удивляюсь тому, что напротив меня оказывается знакомая мне орчиха. Правда, без своего тяжёлого доспеха, что удивляет меня ещё больше. Не стала бы орчиха выходить ко мне «на свидание» без своего парадного облачения.
— Шурик, — тихо произносит орчиха, явно чем-то озабоченная. Уж больно странно ведёт себя она.
Я использую минуту замешательства Ариэли и осматриваюсь по сторонам. Для начала было бы неплохо узнать, где я и что, чёрт возьми, происходит.
А оказываюсь я на небольшом холме, покрытом сочной зелёной травой и окружённом тонкой полоской леса. Здесь не слышно свиста ветра, здесь не видно, как колышется листва деревьев. Здесь вообще нет ни звука, а цвета как будто бы приглушены.
Странное ощущение и в то же время очень знакомое. И я вскоре нахожу причину этого чувства дежавю.
— Ну вот скажите мне, мои дорогие, почему из-за вас так много проблем? Что, вам делать нечего, кроме как меня головными болями терзать? — появляется перед нами Великий Дух, и всё пространство вокруг застывает.
Воздух становится подобен киселю, каждый вздох ощущается настоящим испытанием.
Краем глаза я вижу, как Ариэль беспомощно падает на колени то ли от инстинктивного ужаса, то ли от шока, то ли просто от того, что дыхание перехватывает. Не каждый же день удаётся встретиться с собственным создателем.
— Повелитель…
Великий Дух довольно кивает, отмечая тот факт, что сейчас он находится выше могучей орчихи.
— Скажи же мне, Ариэль, почему ты нарушаешь мои правила? Нехорошо ведь это. Не по понятиям, — скалится кровожадный бог, отчего орчиха дрожит, точно одинокий лист на ветру.
— Как это я нарушаю?
— А вот так! — разводит руками Великий Дух. — Ты почему к королю людишек пошла? Почему за ним гонишься, точно поц за гайзом? Что в нём такого, что он тебе покоя не даёт? — всё продолжает божество закидывать вопросами орчиху.
— Но ведь… ведь он — мой муж, — едва слышно отвечает Ариэль.
— Жену он себе выбрал другую! Ту, что я разрешил! — рычит Великий Дух. — А ты всё гонишься за ним! Ты, такая сильная и волевая, и носишься за человеком вместо того, чтобы посмотреть на моих верных гайзов! Не по понятиям это!
— Как это не по понятиям⁈ — неожиданно вскакивает на ноги Ариэль, что становится неожиданностью даже для Великого Духа. Теперь она вновь нависает над богом, что определенно не приходится по душе последнему.
— Вы же сами говорили, что если и выходить за кого, то за самого сильного! Самого могучего! Самого-самого! — ревёт Ариэль. По её лицу пробегает тень возмущения.
— Говорил, и чё⁈ — не уступает орчихе Великий Дух, давая понять, в кого это орки выходят столь вспыльчивыми. — Речь шла об орках! Об орках, непутёвая ты женщина! Но никак не о людишках! Ты хоть понимаешь, как твоя дурь портит уже МОИ планы⁈
Грохот земли под ногами даёт понять, что Дух сейчас серьёзен как никогда. Такого ни я, ни Ариэль точно не ожидали. Чтобы простая орчиха и как-то вмешалась в планы целого бога?
И ведь как? Просто устроив вторжение в Спартанское Королевство! Каким вообще образом это мешает Великому Духу? Разве он не должен радоваться, что его верные творения несут смерть и разруху очередному мирку?
— Поцы всё больше советуют гайзам, как нужно воевать, как жить и как быть! Гайзы прислуживают кому-то! Подчиняются, точно невольные куклы! Влияния у какого-то человека, хоть и моего Чемпиона, больше, чем у прославленных воинов! Что дальше⁈ Орки признают кого-то гайзами кроме себя⁈ Начнут сеять или и вовсе зароют топор войны⁈ Куда катится этот мир⁈
Ярость Великого Духа всё больше прорывается наружу. И это невольно отражается в окружающем нас пейзаже. Трава на поляне как-то резко увядает, деревья вдалеке сбрасывают листву. Сама земля покрывается сетками трещин, большими и маленькими, глубокими и не очень. Объединяет их всех лишь одно — с каждым вздохом они становятся только больше. Того и гляди, мы рухнем в пустоту.
— Мне нужны воины! Могучие и бесстрашные воины! Орочьи воины! И ты мне их дашь, Ариэль! Это твой долг! Это твоя обязанность! Я для того вас и создал!
— Я выйду лишь за самого сильного воина в регионе! — упрямо заявляет Ариэль. — И сейчас это Шурик! И только он!
— Он — человек! — возражает Великий Дух.
— Он — твой Чемпион! — не отстаёт Ариэль.
Обиженный взгляд бога сосредотачивается на мне, на что я развожу руками. Я тут вообще причем?
— Я играл как раз-таки по правилам. Женился на тёмной эльфийке согласно клятве, честно стал твоим Чемпионом, а также старался особо не лезть на восток без необходимости. Виноват ли я в том, что я настолько хорош, что Ариэль готова устроить геноцид, только бы завоевать меня?
Прозвучало, конечно… не совсем так, как я планировал. Ну да ладно.
— Ваша парочка, — шипит, точно гадюка, Великий Дух, — разрушает саму основу моей веры. Орки — это мои воины. Мои солдаты. Мои рабы. Вы должны
