Впереди этого огня шел Глаурунг Золотой, пращур драконов, во всей своей мощи, а за ним следовали балроги, и по их следам катились волны орков, и было их больше, чем доселе видели или представить себе могли нолдоры. Все эти силы обрушились на укрепления нолдоров и прорвали Осаду Ангбанда, и всюду, где только могли отыскать, убивали нолдоров и их союзников, Сумеречных Эльфов и людей. Многие могущественные враги Моргота были в первые дни этой битвы разбиты, рассеяны и лишены возможности собрать силы. Война с тех пор не прекращалась в Белерианде, но считается, что Битва Внезапного Пламени кончилась с наступлением весны, когда натиск Моргота ослаб.
Так пришла к концу Осада Ангбанда, и враги Моргота были разрознены и разъединены друг с другом. Сумеречные Эльфы большей частью бежали на юг и отказались от войны на Севере; многие были приняты в Дориафе, и в то время королевство Тингола возвысилось, а могущество его возросло, ибо чары Мелиан хранили его границы, и зло не могло проникнуть в пределы скрытого королевства. Иные нашли убежище в приморских твердынях и в Наргофронде, некоторые же сокрылись в Оссирианде или, перейдя горы, бродили бесприютно по диким землям. И слух о войне и о конце Осады достиг людей на востоке Средиземья.
Сыновья Финарфина, Ангрод и Аэгнор, приняли на себя главный удар Моргота и погибли; рядом с ними пал Бреголас, глава рода Беора. Барахир же, брат Бреголаса, бился западнее, недалеко от ущелья Сириона. Там спешивший с юга король Финрод Фелагунд был отрезан от своего войска и с небольшой свитой окружен в топи Серех; и он был бы убит или захвачен в плен, не подоспей Барахир с храбрейшими своими воинами и не огради его стеной из копий; и, потеряв многих, они пробились из битвы. Так спасся Фелагунд и вернулся в подземную крепость Наргофронд, но перед тем он поклялся в вечной дружбе с Барахиром и прирек свою помощь в любой нужде ему и его родичам, и в знак этой клятвы дал Барахиру свое кольцо. Барахир теперь был по праву главой рода Беора; и он вернулся в Дортонион. но очень многие его соплеменники покинули свои дома и нашли убежище в твердынях Хифлума.
Так велик оказался натиск Моргота, что Финголфин и Фингон не могли прийти на помощь сыновьям Финарфина; войска Хифлума были отброшены с большими потерями к крепостям Эред Вэтрина и там с трудом отбивались от орков. У стен Эйфель Сириона погиб, прикрывая отступление господина своего Финголфина, Хадор Златовлас – было ему тогда шестьдесят лет – и при нем, пробитый множеством стрел, пал его младший сын Гундор; и эльфы оплакивали их. Тогда Галдор Высокий принял власть своего отца. Благодаря высоте и неприступности теневого Хребта, выстоявшего перед огнем, а также мужеству людей и эльфов севера, превзойти которого были не в силах ни орки, ни балроги, Хифлум остался непокоренным и по-прежнему угрожал флангу наступления Моргота; но море врагов отрезало Финголфина от его родичей.
Ибо ход войны был неблагоприятен для сыновей Феанора, и под натиском Моргота пали почти все восточные рубежи. Ущелье Аглон было в руках врага, хоть и досталось ему дорогой ценой; Целегорм же и Куруфин, потерпев поражение, бежали на юг и вдоль западных границ Дориафа пришли в Нарогофронд, найдя приют у Финрода Фелагунда. Так что их воины увеличили силы Наргофронда, хотя, как показало будущее, лучше бы им остаться на востоке со своими сородичами. Маэдрос совершал чудеса храбрости, и орки бежали пред ним, ибо с тех пор, как его пытали в Тангородриме, дух его был подобен ослепительно белому пламени, и казался он возрожденным из мертвых. Так твердыня на Холме Химринг не была захвачена, и многие оставшиеся в живых храбрецы из Дортониона и с восточных рубежей присоединились к Маэдросу. Ненадолго овладел он вновь ущельем Аглон, так что орки этой дорогой не могли пройти в Белерианд. Но они сокрушили витязей Лотланна, сородичей Феанора, ибо туда пришел Глаурунг и прополз в Маглоровы Врата, и истребил все живое меж рукавами Гэлиона. Орки захватили также крепость на западных склонах горы Рэрир и опустошили Таргэлион, владения Карантира, и осквернили озеро Хэлеворн. Затем они, сея огонь и ужас, переправились через Гэлион и ворвались в Восточный Белерианд. Маглор присоединился к Маэдросу на Химринге, Карантир же бежал и с остатками своего народа пристал к разрозненным дружинам охотников Амрода и Амраса; вместе они отступили на юг, к Рамдалу. На Амон Эреб они установили стражу и собрали воинов; Зеленые Эльфы помогали им, и орки не прорвались ни в Оссирианд, ни в Таур-им-Дуинаф, ни в дебри юга.
Пришли в Хифлум вести о том, что Дортонион пал, и сыновья Финарфина потерпели поражение, а сыновья Феанора лишились своих владений. Так – почудилось Финголфину – узрел он совершенное крушение нолдоров и невосполнимую гибель их родов; и вот, исполнясь гнева и отчаяния, оседлал он могучего своего коня Рохаллора и поскакал один вперед, и никто не мог удержать его. Подобно вихрю, взметавшему пепел, пересек он Дор-ну-Фауглиф, и всякий, кто видел его приближение, бежал, пораженный, думая, что то сам Оромэ: столь бешеная ярость была в нем, что глаза его сверкали, как у валаров. Так он оказался один у врат Ангбанда и затрубил в рог, и ударил в бронзовые врата, вызывая Моргота на единоборство. И Моргот вышел.
В последний раз в этих войнах перешагнул он порог своей твердыни, и говорят, принял вызов не по своей воле; ибо, хоть и был он могущественнее всех в этом мире, ему, единственному из валаров, ведом был страх. Но не мог он отказаться от вызова в присутствии своих военачальников, ибо громогласное пение рога Финголфина сотрясало горы, и звук его, чистый и ясный, проник в глубины Ангбанда; и Финголфин назвал Моргота трусом и повелителем рабов. Потому и вышел Моргот, покинув нехотя свой подземный трон, и звук его шагов был подобен грому, доносившемуся из недр земных. Он был закован в черные доспехи и возвышался над королем, как башня, увенчанная короной, а его громадный черный щит, не имевший герба, простирался подобно грозовой туче. Финголфин же пред ним сиял, как звезда, потому что его доспехи были покрыты серебром, а голубой щит изукрашен кристаллами, и он выхватил свой меч льдисто сверкавший Рингиль.
И вот Моргот занес над ним Гронд, Молот Подземного Мира, и обрушил его, как удар грома. Но Финголфин отскочил, а Гронд своей тяжестью расколол землю, и расщелина извергла дымный пламень. Много раз пытался Моргот поразить Финголфина, но тот избегал удара, проносясь подобно молнии меж черных туч. Семь раз ранил он Моргота, и семь раз Моргот испускал крик боли, заслышав который орды Ангбанда в ужасе падали ниц, и эхо прокатывалось по северным землям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
