– А то генерал услышит и снова откажется от нашей дочери. Что тогда будешь делать?
Женщина побелела лицом и тут же заулыбалась гостям, а я лишь головой покачала. Уже догадалась, что эти люди – родители Эстэши. После того, как сплавили дочь к родственникам в провинцию, ни разу не навестили её, а при встрече даже не потрудились спросить, как дела.
Госпожа Лавлейс не утерпела и снова начала дёргать меня за платье, будто пыталась сделать меня незаметнее.
– Что это? – ахнула она и посмотрела на меня так, словно я пришла голой. – Почему ты не надела корсет? А я-то удивлялась, почему ты выглядишь настолько ужасно... Глянь только на эти складки жира! Ты совсем разум потеряла?!
– Дорогая, – сквозь зубы процедил её муж, продолжая подчёркнуто радостно улыбаться гостям. – Ты можешь обсудить это позже, когда наша дочь, наконец, выйдет замуж?
– Я же для всех стараюсь, – всплеснула руками она. – Вдруг генерал подслеповат? Подойдёт ближе и снова откажется!
Понятно, почему эти двое тёплых чувств у меня не вызвали. На самом деле мне повезло, что Эстэшу отправили в поместье Вейлин. Там я была по-настоящему счастлива. А вот жизнь с мамой и отцом девушки вряд ли мне понравилась бы. Они привыкли помыкать дочерью и колоть словами, а я бы подобного отношения к себе не потерпела.
Но сейчас решила промолчать. Скоро чета Лавлейсов получит такой шок, который не сравнится с каким-либо другим наказанием. К тому же, этот диалог уверил меня, что родители заботятся лишь о своей репутации, а до дочери им нет дела. Значит, искать меня никто не станет, и мы с Луином будем жить спокойно.
«Кстати, о моём дорогом генерале, – с нежностью подумала я. – Лучше мечтать о нём, чем слушать этих снобов!»
Подняла взгляд и невольно затаила дыхание, глядя, как Луин неторопливо и величественно шагает по проходу между скамьями, на которых восседали гости. Каждое движение мужчины было наполнено хищной грацией, каждый жест – уверенностью. Дэнвер шёл не на эшафот, как представлялось мне, а на битву.
Если генерал думал о предстоящем унижении так, то и мне стоило поменять своё мнение.
Когда я приняла это решение, то ощутила себя не жертвой обстоятельств и прихоти своевольной богини, а верным воином моего генерала, и сразу стало легче. Я не одна. Мы с Луином пройдём через это вместе, плечом к плечу. Я ощутила, что нежно улыбаюсь Дэнверу. Он ответил мне одними глазами, а губы остались сжаты в твёрдую линию.
Мужчина подошёл к нам и протянул руку:
– Барышня Лавлейс?
Я крепко обхватила его ладонь и шумно выдохнула, а потом решительно кивнула:
– Да, мой генерал.
Итак, битва началась!
Глава 49
Когда запел жрец, гости притихли, и даже мама Эстэши перестала дёргать меня за платье. Луин смотрел прямо, а я не могла оторвать взгляда от мужчины. Зная, что вот-вот откажу ему, всё равно ощущала безмерное счастье, будто эта свадьба – настоящая, и я выхожу за своего любимого дракона.
– Генерал Луин Дэнвер, – закончив в песнопениями, громогласно начал жрец, – вы согласны принять в свой дом, в своё сердце и в свою жизнь барышню Эстэшу Лавлейс?
– Да, – коротко ответил мужчина.
– Барышня Эстэша Лавлейс, – повернулся ко мне жрец, – вы…
Вдруг осёкся, несколько раз моргнул и захлопнул рот так резко, что стукнулись зубы, а потом шумно вдохнул и закатил глаза. Всё стихло, и я растерянно переглянулась с Луином:
– Похоже, он перетрудился. Может, вызвать целителя?
Но жрец при этих слова встрепенулся и, помотав головой, будто отряхивался от воды, посмотрел на меня с широкой улыбкой:
– Вы что-то должны положить на алтарь богини.
– Что? – сначала растерялась я, но потом вспомнила о шарах. – Ах, да! Вот…
Достала дары богини и аккуратно выложила на алтаре. Шарики красиво засеребрились в свете свечей, и мне стало жаль прощаться с ними. Теперь крема, без магического миксера, будет делать гораздо сложнее.
Разве что у Луина окажется какой-нибудь полезный навык. Например, его может быстро-быстро болтать хвостом… Стоило представить, как огромное существо разносит в щепки всю кухню, я отмела эту идею.
– Барышня Эстэша Лавлейс, – снова возопил жрец, – вы согласны войти в дом господина Луина Дэнвера, открыть ему своё сердце и доверить свою жизнь?
«Да!» – пела душа.
Но момент настал, и я громко и чётко ответила:
– Нет. Я против этого брака.
Жрец поперхнулся заготовленным уже продолжением, а гости повскакивали со своих мест. Матушка Эстэши подскочила ко мне и тряхнула так, что я едва себе язык не прокусила.
– Ты оговорилась, доченька, – зло прошипела она. – Немедленно исправься!
– Да, – махал руками отец девушки. – Скажи «да», идиотка!
– Нет! – так же чётко и ровно повторила я и отцепила от себя госпожу Лавлейс. – Я против этого брака и отказываю генералу Луину Дэнверу.
– Но почему?! – воздела руки мать.
– Я обижена за то, что он бросил меня в прошлый раз, – продолжила я, играя положенную роль. – Мне было очень больно. Поэтому я желаю отомстить, чтобы генерал в полной мере прочувствовал, в каком отчаянии я была.
И посмотрела на Луина. Его лицо было каменной маской, но глаза улыбались мне, и это подбадривало. Вслух же генерал произнёс:
– Никогда в жизни не испытывал большего унижения. Похоже, я проиграл…
Гости подняли такой шум, что конец его фразы я не расслышала. Госпожа Лавлейс вцепилась себе в волосы и застонала, а отец сплюнул и стремительно направился к супруге. Схватив её за локоть, приказал:
– Идём.
– Нет! – вырвалась она и вдруг вцепилась мне в волосы. – Скажи «да», дура! Встань перед ним на колени!
Луин шагнул к нам и оттеснил обезумевшую даму. Она крикнула:
– И как меня угораздило родить такую уродину? Я отказываюсь от тебя! Поняла? Ты больше не моя дочь!
– Да и слава богу, – хмыкнула я и, поморщившись, дотронулась до затылка.
Кажется, добрая матушка Эстэши выдрала мне клок волос.
– Тебе больно? – заботливо спросил Луин.
– Ш-ш-ш! – грозно глянула на генерала. – Тебе полагается страдать от отказа.
– Понял, – шепнул он и громко заявил: – Никогда не испытывал горечи поражения. Но сегодня придётся смириться. Вы желали мести, барышня Лавлейс, вы её
