мадам Лукет, прерывая мои мысли, и довольно хохотнув, внезапно озорно мне подмигнула.
– Что? – с недоумением переспросила, до меня не сразу дошло, к чему она ведёт, а когда вспомнила брошенные мной вскользь слова «Победителю достанется поцелуй хозяйки дома», мои щёки тут же опалило жаром. В азарте, выкрикивая фразу, я подразумевала вполне приличный поцелуй в щеку, с исье Стэнли, предполагаю, на этом мы не остановимся.
– Пойду гляну, как там угли, все мужчины собрались у снарядов, боюсь, там всё прогорело, – промолвила мадам Лукет, спускаясь с лавки, на которую мы час назад все вчетвером забрались.
– Я сейчас к тебе присоединюсь, – проговорила я, продолжая внимательно следить за капитаном, который медленно, словно намеренно меня соблазняя, спускался по столбу.
– А я, пожалуй, останусь ещё немного, – пробормотала старушка, не сводя взор с коренастого, громкоголосого фермера. Он, впрочем, тоже вот уже более двух часов бросал на нашу мадам Лукет призывные взгляды. И я искренне надеялась, что и эти увлекутся друг другом, останется пристроить Хейли в надёжные и любящие руки, и моя душа будет спокойна.
– Мадам Зоуи, всё готово, осталось пожарить шашлыки, но я не решаюсь начинать без вас, – прервала моё любование волнующим меня мужчиной упомянутая, неслышно к нам подкравшись.
– Сейчас приду и вместе начнём, чуть позже мадам Лукет приведёт Брэндона и Коди, они помогут, – ответила, всего лишь на мгновение обернувшись к девушке. Когда мой взгляд вновь вернулся к столбу, исье Стэнли на нём уже не было. Едва не вырвавшийся из груди разочарованный вздох внезапно застрял в горле, а сонм мурашек размером со слона табуном пронесся вдоль позвоночника, когда горячие руки плавно обхватили меня сзади, а обжигающее дыхание опалило плечи:
– Я пришёл получить свой приз.
– Кхм… поцелуй? Хорошо, – глухим голосом протянула я, медленно разворачиваясь к мужчине, и, чуть склонившись, быстро «клюнула» его в лоб.
– Не-е-ет, – насмешливо протянул Стэнли, вдруг с лёгкостью меня поднял и снял с лавки. Я попыталась было проскользнуть, но капитан преградил мне путь, ещё крепче сжав в своих объятиях, и нежно поцеловал. Плавясь от ласки, я сейчас же обвила его шею руками и прижалась к всё ещё обнажённому по пояс мужчине, на краю сознания вспомнив, что мы во дворе не одни…
После умопомрачительного поцелуя, когда мы наконец оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, я едва стояла на ногах. В голове шумело, и я с трудом сдерживалась, чтобы не затащить его в свою спальню. Стэнли нехотя отпустил меня, но продолжал стоять так близко, что я слышала его гулко бухающее сердце в груди.
– Кхм… мне пора, – хриплым голосом проговорила, старательно делая вид, что не замечаю довольно скалящихся лиц фермеров, констеблей и постояльцев. Я медленно провела пальцами по разгорячённой коже мужчины и, соблазнительно облизнув верхнюю губу, прошептала, – сегодня вечером.
Шумное дыхание и возбуждённый блеск в глазах капитана стали мне наградой за все мои сегодняшние страдания…
Глава 41
– Никогда бы не подумала, что фермеры такие хорошие люди, – прошептала мадам Лукет и, украдкой поглядывая на старичка, мечтательно протянула, – душевный народ, а как поют.
– И танцуют! Я ноги стерла, а они все не остановятся, – проворчала Хейли, подсаживаясь к нашей маленькой компании, и, вытянув ноги, устало пробормотала, – а до вечера ещё далеко.
– Ничего, если этих выдюжим, значит, и с ярмаркой справимся. Посмотрите, с какой завистью соседи к нам через забор заглядывают, – с тихим смешком проговорила, в душе соглашаясь с Хейли: празднование было в самом разгаре и пока конца ему не было видно.
Первое двадцатилитровое ведро шашлыка было благополучно умято, второе только начато, а у Коди и Брэндона от дыма уже глаза покраснели. Пора парней бы заменить, но, как назло, капитан снова куда-то запропастился, Барни тоже исчез, а командовать констеблями мне было совестно. С ужасом взглянув на творившуюся во дворе вакханалию, я искренне позавидовала коту, который давно посапывал на мягкой постели. И только я подумала, что, если уйду с вечеринки на полчасика, никто ведь не заметит, как меня тут же подхватили под белы рученьки два бородатых и страшных бугая и повели к столу. Без меня им, видите ли, не пьется, тосты не сказываются и песни не поются.
– Мадам Зоуи, мы туточки порешали, – заплетающимся голосом промямлил Ренд (не всех, конечно, но часть имен фермеров я всё же запомнила), – гостиницу мы поможем построить. Знакомцы есть, денег ссудим… всё по чести, без процентов. Ну, где сами подможем. Поддержать, приколотить – это мы завсегда.
– Хм… спасибо, – поблагодарила, уверенная, что шумные гости наутро, как проспятся, и не вспомнят о своем предложении. Я хотела было сказать, что буду рада любой помощи, но только открыла рот, как тотчас его с клацаньем захлопнула, увидев сущее безобразие.
Баламут, усаженный на почетное место – во главе стола, с нескрываемым высокомерием взирал на своих подданных, которые то и дело подносили ему разные вкусности. И, между прочим, не все, что перед ним сейчас лежало, было в нашем меню. Свежая рыбка, буженина, кусок окорока и две связки птицы внушительной горкой высились на большом блюде перед довольной мордой.
– Это что? – возмущенно уточнила, предвидя, что кота мне окончательно избалуют, и грозным взором обведя невменяемых бородачей, проговорила, – прекратить мне тут Баламута закармливать!
– Мадам Зоуи, но как же… мы видели, как он сражался и сколько морд своей страшной лапой покрошил, – пролепетал самый трезвый, положив перед наглой моськой связку сарделек.
– Аки хищный зверь с врагами расправился, – икнул второй, третий попытался поддакнуть, но кулем свалился под стол и тут же захрапел.
Осознав, что спорить с фермерами сейчас бесполезно, я, украдкой показав нахальному коту кулак, тяжело вздохнула и заняла пустующее место. Подперев рукой голову, я принялась слушать теперь уже похвалу в свой адрес, мечтая лишь об одном: чтобы всё это поскорее закончилось. Всё-таки очень хлопотное это дело – проведение праздников, да и я немолода, чтобы носиться между гостями резвой лошадкой…
– Уверен, ты хочешь отсюда сбежать, – прервал мои мысли вкрадчивый голос, горячим дыханием обжигая шею, – я знаю одно отличное местечко.
– Оу… звучит очень заманчиво, – прошептала, ежась от табуна гарцующих по моему телу мурашек, – не могу отказаться.
– Отлично, тогда идем.
«Отличное местечко», я думала, будет находиться поближе, например, в моем доме на втором этаже, тем более кот был занят важными делами и подсматривать не будет. Но за воротами нас, оказывается, ждал экипаж, в который меня тотчас быстро усадили, наверное, опасаясь, что я могу передумать, и вот уже более получаса мы
