проход.
— Попался, щенок. Не брыкайся. Лучше поболтаем….
— Не говорить на Сенто… ай!
Мара усилила захват.
— Тогда мне прирезать тебя или как?
Ее расчет оправдался:
— Расскажу все, только пустите, — тут же взмолился мальчишка по-имперски хоть и с сильным акцентом.
— Кому докладываешь?
— Тому кто платит? А зачем вы приехали в Лармад? Ай!
— Вопросы тут задаю я. Итак. Где найти провожатого?
— Смотря, куда вам надо. Ай! — после ощутимого тычка под ребра, мальчишка решил не нарываться. — Таверна «Ледяной Шинок». Там можно купить всё и всех. И ночлег, и еду, и приятную компанию, а также провожатого. Теперь пустите ме….
Мальчишка не успел закончить, как Мара одним ловким движением свернула ему шею. То же самое она проделала еще с двумя попрошайками-наблюдателями. И все, как один, сообщили ей одно и то же. Последний оказался так любезен, что даже проводил ее к «Ледяному Шинку». Но и его она не отпустила. Зачем ей лишние свидетели? Мару не терзала совесть за убийство детей. Ведь они отбросы, которые создают проблемы как себе, так и окружающим. Бесполезная жующая масса, отнимающая ресурсы. Их бессмысленная жизнь пройдет в нищете и борьбе за существование, так что она сделала только лучше, избавив от жалкой участи.
Кто-то украл дубленку и шарф, которые Мара, как ей казалось, надежно спрятала. На идиотскую шапку при этом никто не позарился. Раздобыв на замену тяжеленное стеганое пальто, слишком большое для нее и волочащееся по земле, Убийца Магов выглядела настолько комично, что над ней потешались даже нищие. Зато ее теперь точно не воспринимали всерьез и не поддувало.
К выбору временного убежища Мара подошла обстоятельно. Она присмотрела небольшой уютный домик, с удобным расположением, но не на виду. Внутри него было не только сухо и тепло, но неожиданно просторно, так как большая часть помещений выдолбили непосредственно в толще горы. Избавившись от хозяина, Мара прожила в комфорте буквально три дня, после чего явились переживающие соседи. В спешке разделавшись с ними, она поспешила сменить местоположение. Но и в следующем доме ей не удалось задержаться надолго из-за сердобольных соседей. Таким образом приличные варианты не годились. Обязательно кто-то явится проведать хозяев. Далее Мара останавливалась в неприметных, а порой даже заброшенных домах, стараясь проводить в них не более двух ночей подряд. Тело ныло из-за необходимости носить тяжелую неудобную одежду, из-за холода и отсутствия нормального отдыха. В абсолютной темноте Мара куталась в колючую шерсть и обнимала шапку. И неизменно ей снились шелковые простыни и жаркие объятия Релдона.
Кто угодно начнет сдавать, застряв надолго в таких условиях. Даже маг со всеми возможными стимулирующими татуировками и темпоралями. А что говорить про антиволна, который может рассчитывать только на свои природные физические возможности. Совершенно неудивительно, что после очередной ночи фактически на улице, Мара промерзла до костей и простудилась.
Поначалу она не придала значения легкому першению в горле и щекотке в носу. Но к обеду они переросли в скребущихся острыми когтями кошек. К вечеру ее уже знобило, а кашель и чихание грозили в любой момент раскрыть во время ночных вылазок после комендантского часа. Ничего не оставалось, как можно скорей найти приемлемое и комфортное жилище хотя бы до того момента, как она поправится.
Мара уже едва стояла на ногах от усталости и голода, но все равно не сразу решилась зайти в «Ледяной Шинок». Полдня она наблюдала за таверной, куда то и дело захаживали самые различные индивидуумы — как отчаянные головорезы, так и обычные на вид горожане, имперцы и северяне, нобилеты и нищие, маги и механики, ремесленники и уличные мальчишки. Вряд ли она там будет сильно выбиваться. Только пальто и шапку нужно оставить. Прикрыв черные глаза отросшей челкой, Мара потянула ручку. Затем еще раз, но тяжелая входная дверь из мореного дуба не поддавалась.
— Да чтоб тебя! Открывайся давай, — прорычала она, дернув так, что руки соскользнули.
— Толкайте, мессира. Здесь все двери открываются внутрь на случай, если сильно заметет, — из-за спины подсказал приятный глубокий баритон. Причем на чистейшем Сенто.
Мара разозлилась. Мало того, что кто-то смог застать ее врасплох, так еще и прирезать его у всех на виду невозможно. Не оглядываясь она со всей силы толкнула дверь. Та с легкостью распахнулась и ударила чью-то широкую спину. Судя по повязке на руке, это вышибала «Ледяного Шинка». Развернувшись, он с недоумением глянул сначала на застывшую Мару, а потом за ее спину.
— Рыжий, в чем твоя проблема? Или я непонятно объяснил? Так я повторю. Сыч занят и никого не принимает, — вышибала явно не обрадовался. В его речи проскальзывал легкий южный акцент.
— В том, что нам с ним есть что обсудить, Генр, — а вот незнакомец за спиной Мары на вертийском говорил также чисто, как на имперском.
— Так, ты, отрыжка великана….
— Добрый день, Лисовин. Вынужден попросить вас немедленно покинуть мое заведение. Ваше появление здесь нежелательно, — высокий молодой маг в щегольском пальто с меховым воротником появился из ниоткуда. Подавив приступ любопытства, чем же закончится перепалка между этими тремя, и воспользовавшись моментом, Мара ловко проскочила внутрь. Она прошла через весь зал и заняла свободный столик в углу, наблюдая за троицей у входа. От перепада температур из носа потекло, и Мара чихнула.
— Будьте здоровы, — обзор загородила девица и поставила на стол полную кружку, едва не расплескав жиденькую пенку. — За счет заведения.
По традиции первая порция местного пойла выдавалась бесплатно любому посетителю. Пробный глоток показал, что оно не такое уж плохое. Но после третьего глотка на передний план пробилась кисллота недобродившего ржаного сусла, поэтому Мара не отставила кружку. Девица вытирала освободившийся столик напротив. Ее округлый зад покачивался прямо перед Марой и никак не хотел убираться из поля зрения.
— Сегодня у нас сборный капустняк, — официантка вновь развернулась к ней лицом. — Очень советую. Особенно при первых признаках простуды.
— Капустяк? — тупо повторила Мара, которая знала по-вертийски буквально пару фраз.
— Сборный капустняк, — поправила она и продолжила тоном, которым Релдон когда-то объяснял тупым мусорщикам, что их ждет другая жизнь. — Это северный суп с мясом и овощами. Помимо капусты, там морковь, лук, редька. Сегодня
