И тем не менее, они могут сломать мне шею или перегрызть горло, добавил Горкан про себя. Лорд зомби, по всей видимости, тоже подумал об этом, однако говорить вслух не стал.
Вместо этого он отбросил полу плаща и опустился на стул, напротив шамана.
— Хорошо, звереныш, — произнес он. — Перейдем к делу. Тебе нужна чаша Всеслава, я прав?
— Я создал ее, — хрипло ответил Горкан.
Лорд отмахнулся, и по его лицу полуорк понял — тот не знает, как именно появился на свет проклятый кубок.
— Неважно, кто выковал меч, главное, у кого он в руках, — отвечал он. — Чаша у меня. Я могу отдать ее тебе, если мы договоримся.
Горкан снова усмехнулся. И вновь поражение оборачивалось победой. Только что он считал себя мертвецом — без пяти минут трупом, который Лорд сможет оживить и добавить в свою армию умертвий.
Но теперь все снова переменилось — и его заветная цель, к которой он шел так долго, пережил ради нее горечь и унижения рабства, — сейчас она стала очень близко.
Конечно, зомби попытается обмануть его, и в конце концов не отдаст чашу. Ничего. Посмотрим, кто окажется хитрее.
— С чего вдруг такая щедрость? — спросил Горкан, хотя и предвидел ответ.
Лорд беспечно ответил:
— Тебя называли лучшим шаманом печенегов, звереныш. Бедный народец, если так высоко чествовали твои волосатые лапы. И все же, несмотря на скудость твоего орочьего мозга, ты должен знать — любой волшебный предмет рано или поздно завладевает своим хозяином. Тем более, если он так могущественен, как череп Всеслава, который способен заклинать призраки и воскрешать мертвых.
Я только что думал о разуме, подумал Горкан. Неужели зомби читает мои мысли? Он вспомнил старое предание, в которое мало кто верил из современных чародеев — будто зомби питаются энергией, которую источает человеческое сознание.
Они не телепаты в обычном смысле слова, не способны узнать, о чем ты думаешь, и все же какие-то обрывки твоих чувств, оброненных про себя слов, — все это оседает в их голове, вместе с ментальным потоком.
— Я получил от черепа все, что мог, — продолжал Лорд зомби. — Если буду и дальше хранить его при себе, стану его пленником. А я этого не хочу, как ты понимаешь. Будь моя воля — я бы уничтожил чашу, чтобы она никому больше не досталась. Но опасаюсь, как бы кубок при этом не взорвался, — и даже если я прикажу разбить его своим людям, а сам буду находиться за тридевять земель оттуда, проклятие все равно падет на меня, так как я отдавал приказ.
Он прихлопнул ладонями, и несколько кусочков гниющей плоти отвалились от них, упав на пол.
— Все, что мне остается, — это спрятать чашу от чужих глаз, зная, что рано или поздно ее все равно найдут, или продать за хорошую цену. Я выбираю последнее — так не останусь в убытке, а к тому же, буду знать, у кого теперь череп, и с чьей стороны стоит ожидать удара.
Горкан попытался заверить его, что вовсе не собирается причинять вред Лорду, но зомби остановил его движением руки — оба знали, что это была бы неправда.
— Чего ты хочешь? — спросил шаман.
— Это просто. Ты знаешь мага льда и амазонку Снежану. Они… Как бы это сказать? Муравьи, которые лезут в мою банку с вареньем. Мелкое, досадное недоразумение, о котором и говорить-то стыдно. Убей их, принеси мне их тела, — и чаша твоя.
— Тела? — удивился шаман. — Ты хотел сказать — головы?
— Конечно, тела, — отвечал Лорд зомби, досадуя на недогадливость полуорка. — Я воскрешу их, и добавлю к своей армии. Мне пригодятся два лича[10], владеющих таким волшебством.
Двое умертвий, схвативших Горкана, теперь отошли в сторону. Это значило, что, с точки зрения Лорда, согласие уже почти достигнуто.
Шаман перебросил ногу за ногу, — единственный человеческий жест, который ему нравился. Орки так не умеют.
— А почему ты сам не убьешь их? — спросил он. — Ты же у нас такой могучий.
— Снежана знает меня, — отвечал Лорд. — Мне было непросто скрыться от нее, когда я был в селении бродников. Не хочу, чтобы они успели приготовиться к моему нападению. Тебе же они доверяют, мои люди подслушали ваш разговор на площади. Ты без труда сможешь лишить их жизни.
Какое-то время Горкан смотрел на зомби, потом нагло расхохотался.
— Да ты боишься ее, — вымолвил он.
— Пусть так, — Лорд не стал спорить. — Видишь ли, когтистый звереныш, такое жалкое существо, как ты, этого все равно не поймет. Что ты, что твоя никчемная жизнь? Раз, и нет ее, и никто вокруг даже не заметит. Но я — я могу жить вечно, если не стану подставлять себя под удар. Если хочешь называть это страхом, — пусть так, ты столь мизерен, что не в силах меня обидеть. В твоем языке все равно нет слов, на которых я мог бы тебе объяснить бессмертие…
Он направился к двери. Один мертвец вышел первым, другой ждал, чтобы оказаться позади хозяина и закрывать ему спину.
— Единственное, что мне остается добавить, — произнес Лорд, остановившись на пороге и повернувшись к Горкану. — Не храни у себя чашу чересчур долго. Иначе она завладеет твоей душой…
9
— Ты сказал, будто Горкан проговорился, где находится чаша, — произнесла Снежана, принимая из рук сильфа свой багряный меч, в черных с золотом ножнах.
Здесь, как и во всех других приличных заведениях, принято сдавать при входе оружие.
— Тогда почему он сам ее не нашел?
— Полагаю, Горкан не успел сделать правильные выводы. Освободившись от власти курганника, он тут же направился в погоню за нами. Ему казалось, что мы приведем его к чаше. Ни о чем другом он не мог думать. Но со временем, наш друг шаман тоже обо всем догадается.
Снежана поправила кинжал на поясе и бросила сильфу серебряную монету. Здесь не подают на чай ничего, меньше динара. Если достанете медный — вас не поймут.
— Я не знаю, где именно чаша, — уточнил я. — Мне известно, у кого она. Но это почти одно и то же. Найти его даже проще, чем выяснить настоящее имя Горкана.
— Расскажешь мне? — спросила девушка.
— Это довольно просто, — отвечал я. — Что сделал Горкан, узнав, что орки потеряли чашу где-то в степи? Отправился по астральному следу. Вспомни, это произошло почти сразу же после того, как кубок исчез.
Мы вышли на шумящую людьми улицу. Двое гномов катили пузатую бочку с элем, один из них говорил:
— Вот если б я уши не лечил, то и не носил бы шапку. А так…
Амазонка задумалась.
— Так как же шаман оказался около могилы? — спросила она.
— Поиски привели Горкана к мосту, возле которого погиб Ольгерд. Узнав, что воевода недавно похоронен, шаман решил проверить курган. Но, конечно, не сотский стал хозяином черепа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
