— Наши обязанности — сделать, чтобы вы перемерли, — загудел красноглазый, поднимая пару колунов, каждый длиною в ярд.
— Помогите! — завопил Магнан.
— Мы, разумеется, не хотели бы препятствовать вам в выполнении вашего долга, — сказал Ретиф, глядя на задранные вверх лезвия, — но попробуйте предположить, что мы все-таки окажемся вашими хозяевами. Вы же не хотите по ошибке разрезать на куски своих законных владельцев?
— Понимаете, они пока что уехали, и все оставили нам, — торопливо заговорил Магнан. — Ну, и мы вроде как присматриваем за их делами, исполняем их волю в меру своего понимания, прибираемся тут…
— Здесь нет ошибки, землянский. Вы не хозяева.
— Вы утверждали, что хозяева лучше роботов, — напомнил машине Ретиф. — Если мы сможем доказать наше превосходство, вы нас признаете?
Наступило молчание, нарушаемое лишь гудением и жужжанием, сопровождающим процессы метаболизма роботов.
— Если вы сможете доказать это, мы определенно признаем в вас наших хозяев, — пролязгал Коробка Передач.
— Милость Господня, я так и думал! — Магнан оправил помятые лацканы. — Знаете, Ретиф, на мгновение я, признаюсь, ощутил отдаленное подобие испуга…
— Вам дается одна минута, чтобы доказать свое превосходство, — бесстрастно произнес Битое Стекло.
— Помилуйте, по-моему, оно очевидно, — фыркнул Магнан. — Довольно только взглянуть на нас.
— Это мы уже сделали. Мы находим вас маленькими, глупыми, непрочными, испуганными и безобидными.
— Вы хотите сказать…
— Он хочет сказать, что нам следует придумать нечто впечатляющее, мистер Магнан, а не просто стоять на месте, пылая праведным гневом.
— Ну знаете, — засопел Магнан, — вот уж не думал, не гадал, что доживу до дня, когда мне придется доказывать совершенно очевидные преимущества, присущие дипломату в сравнении со вспомогательным механизмом.
— Мы ожидаем, — проскрежетал Слесарная Пила.
— Но, Боже мой, чего они от нас ждут? — возопил Магнан. — Они крупнее нас, сильнее, быстрее, дольше живут и содержание их дешевле обходится, все это верно, и, разумеется, они обладают огромными банками данных, способны мгновенно производить вычисления и прочие фокусы, но разве можно сравнить все это с присущими человеку уникальными способностями делать, э-э-э, ну, в общем, то, что делает человек?
Последние слова он уже произносил упавшим голосом.
— А что вы делаете? — требовательно спросил Красноглазый.
— Ну, как же, ну, мы… м-м-м… мы проявляем наше моральное превосходство, — наконец осенило Магнана.
— А Шлиз был прав, когда говорил о вашем чувстве юмора, — с обожанием глядя на Магнана, проговорил Ретиф. — Однако мне кажется, что нам лучше воздержаться от изящных шуток, покамест не выяснится, будет ли у нас возможность посмеяться последними.
— Но ради всего святого, Ретиф, сделайте хоть что-нибудь, — зашептал Магнан, — они же вот-вот совершат непоправимую ошибку.
И он возвел глаза на занесенное, смахивающее на косу приспособление, готовое в любой миг пасть, рассекая занимаемое им, Магнаном, место в пространстве.
— Время вытекло, — сказал Битое Стекло.
Машины устремились вперед. Коса, описав пологую дугу, с лязгом врезалась в колуны в тот самый миг, когда Ретиф с Магнаном отскочили, спасаясь от натиска гремящей древокосилки. Древокосилка, свернув с дороги, налетела на здоровенный вырубной пресс, одна из поршнеобразных конечностей которого в результате продырявила бок тяжеловесной машины, предназначенной для разрушения каменной кладки. Последняя зашаталась, резко повернула направо и врубилась в бетонную стену, отчего та просела, пошла трещинами и высвободила конец тяжеленной потолочной балки, ухнувшей вниз и едва-едва промазавшей по Магнану, который как раз отпрыгивал, увертываясь от наскоков машины для измельчения мусора. Падающий бетонный брус с хрустом врезался аккурат в середину машины, пригвоздив злополучный агрегат к полу. Бедняга залязгал гусеницами, из-под которых полетел в воздух фонтан раздробленного бетона. Прочие машины, на миг позабыв о землянах, озабоченно столпились вокруг пострадавшего.
— Шш, Ретиф! — сценическим шепотом позвал Магнан. — Мы получили шанс произвести стратегическое отступление! Если бы нам удалось вернуться к лифту…
— То мы повстречались бы с ожидающим нас наверху Шлизом, — констатировал Ретиф. — Знаете, мистер Магнан, вы бы пока посидели за каким-нибудь упаковочным ящиком. Я еще не вполне созрел для того, чтобы уйти отсюда.
— Вы с ума сошли? Эти кровожадные чемоданы, набитые железными чушками, размажут нас по полу.
— В данный момент они, вроде бы, поглощены другой проблемой, — отметил Ретиф, указывая кивком на машину для рытья ям, которая тщетно пыталась сдвинуть конец балки, придавившей ее коллегу. Робот, вооруженный косой, столь же старательно и столь же безрезультатно скреб тяжелую балку. Машины расступились, пропуская вперед сверхмощный аппарат для сдирания краски, но и он напрасно клацал своими скребками по неподатливому материалу балки. Все это время придавленная машина испускала скорбные стоны, сучила гусеницами, и из распределительной коробки ее сыпались искры.
Ретиф шагнул вперед; Красноглазый поворотился к нему, занося здоровенную колотушку.
— Прежде чем вы обрушите на меня свои аргументы, — упредил Ретиф, — я хотел бы сделать одно предложение.
— Какое предложение?
— Вам, похоже, не удается высвободить вашего коллегу из-под балки. Допустим, я попытаюсь…
— Сейчас, я подниму ее, — пророкотал чей-то глубокий бас. Крепко сбитый робот-погрузчик выкатился вперед, поманеврировал, выбирая позицию, вцепился в бетонный брус единственной своей огромной лапой, напрягся. На долю секунды все застыло, затем раздалось громкое «Дзинь!», и из кованого стального бицепса погрузчика стрельнул обломок дюралевой реактивной штанги. Балка не шелохнулась.
— Не повезло, старина, — посочувствовал Ретиф.
— Теперь моя очередь.
— Святые небеса, Ретиф, если этот чугунный
Геракл ничего не смог сделать, на что же вы-то надеетесь? — пропищал из своего угла Магнан.
— Ты способен спасти нашего товарища? — спросил Битое Стекло.
— Если я это сделаю, вы станете выполнять мои приказания?
— Если ты сможешь сделать то, чего мы не можем, твое превосходство будет доказано.
— В таком случае, сделай одолжение, вытяни мне вон тот стержень, — Ретиф указал на стальное бревно в четыре дюйма диаметром и в двадцать футов длиной. Стогометатель обхватил штангу, рванул ее и выдрал ее из крепежных гнезд.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
