Энди, желая защитить ее от лишних расспросов, кивнул. То, что случилось этой ночью, касалось только их двоих и никого больше. Он вскочил с постели и выпрямился во весь рост. Изабелла невольно залюбовалась его крепким, сильным торсом. Как жаль, что она не могла его полюбить! Как бы ей хотелось смотреть на него не просто одобрительно, с приязнью, а с нежностью и обожанием!
К сожалению примешалась еще одна чудовищная мысль. А если она забеременеет? Они не предохранялись, что поначалу в винных парах не показалось ей особо страшным. Она думала только о возможных болезнях – а заразиться чем-то от девственника было маловероятно, – совершенно забыв о другой опасности.
– Не провожай меня, – прошептала Иззи.
Энди привлек ее к себе и поцеловал.
Изабелла мигом натянула одежду и почти сбежала, захватив бокалы и вино. На кухне она быстро ополоснула бокалы, вылила остатки вина и сунула бутылку в мусорное ведро, тщательно завалив ее пакетами и пустыми упаковками.
В свою комнату она проскользнула на цыпочках, переоделась в ночную рубашку и торопливо смыла размазанную по ногам кровь в ванной.
Она думала о том, что будет делать, если забеременеет. Родители испытают шок. Мать и отец Энди – особенно, но и ее папа вряд ли обрадуется такому неожиданному подарку. Она думала не о том, возможен ли между ними роман или даже короткая связь, а о том, что ребенок разрушит жизни обоих. Энди исполнилось девятнадцать, и впереди его ожидали десять-одиннадцать лет учебы. Ей так вообще было восемнадцать.
Изабелла легла на кровать и до самого подбородка натянула простыню. Ее соседки даже не думали просыпаться. Иззи попыталась припомнить, каково это – заниматься любовью с Энди, но воспоминание ускользало, да и вообще казалось не очень приятным. Хотелось просто заснуть сегодня и проснуться утром в каком-нибудь другом месте, например, на берегу реки или в лесу, причем в полном одиночестве. Когда она закрывала глаза, пытаясь заснуть, комната начинала мягко кружиться по часовой стрелке, вызывая легкую тошноту.
Иззи подумала, что малость перебрала с вином, и в следующий момент отключилась.
Энди она встретила только за завтраком. Девчонка, которая приехала с Шоном, помогала ему и Гэбби накрывать на стол. Вообще-то она никому особо не понравилась, потому что слишком много болтала всякой ерунды, вызывающе громко смеялась и рассказывала дурацкие истории.
Иззи выглядела бледной и измученной, поскольку не спала целую ночь. Едва она открыла глаза поутру, как у нее начался ужасный приступ мигрени. Выпитое накануне вино не лучшим образом сказалось на самочувствии. А воспоминания о прошедшей ночи и вовсе вызывали тошноту.
С Энди все было совсем наоборот. Он двигался по кухне с видом короля вечеринки и, увидев Изабеллу, лучезарно улыбнулся.
– Привет, – вяло выдавила она, налила себе из кувшина кофе и плюхнулась на диван.
– Как ты? – спросил Энди каким-то особым, покровительственным тоном.
К счастью, никто не счел это странным. В «Большой пятерке» мальчишки всегда старались вести себя по-джентльменски.
Изабелла внутренне сжалась. Ей хотелось сказать ему о своей уверенности, что она уже беременна, и от мысли об этом ее начинала мучить тошнота. Она слышала ужастики о наивных дурочках, залетавших в первый же раз, и теперь была в страхе от того, что относится к их числу. При мысли об этом голова едва не разваливалась на кусочки.
– У меня страшная мигрень, – тихо пожаловалась она.
Энди понимающе кивнул. У него тоже болела голова, но прекрасное настроение служило отличным отвлекающим средством. Слишком возбужденный от того, что между ним и Изабеллой случилось настоящее чудо, он почти порхал от радости и считал себя по уши влюбленным.
В отличие от него Изабелла чувствовала себя отвратительно не только физически, но и морально, молча давилась кофе и предавалась унынию.
Энди навалил себе огромную тарелку еды и с удовольствием все съел. Его хорошее настроение крепло с каждой минутой.
Гэбби принялась наносить на лицо крем от загара, поскольку собиралась спуститься на лыжах со склона. Пигментные пятна и ожоги ей, как модели, были противопоказаны. Она с юных лет умела ухаживать за кожей, как и ее мать.
Снег ослепительно искрился, солнце стояло высоко в синем небе. Кататься хотели все, кроме Иззи. Она сказала, что наденет свитер и шапку и скоро будет готова, но когда Гэбби зашла за ней в спальню, то застала сидящей на кровати с выражением вселенской скорби на лице.
– С тобой все в порядке? – спросила Гэбби озабоченно и села рядом.
Иззи уже собиралась ответить «да», но внезапно осеклась, шмыгнула носом и разрыдалась. Гэбби обняла подругу и стала гладить ее по волосам, ожидая, пока поток слез иссякнет.
– Прошлой ночью я совершила ужасную глупость, – наконец призналась Изабелла, всхлипывая.
– Насколько ужасную? – уточнила Гэбби. У нее мелькнула мысль о сексе, но поскольку на горизонте не было ни одного красавчика, кроме ее Билли, эту мысль она отвергла. В то же мгновение она подумала о наркотиках, и ее прошиб ледяной пот. – Совсем ужасную?
– Совсем ужасную. – Иззи выглядела несчастной. – У меня был незащищенный секс.
– Секс? – Похоже, Гэбби была не так уж и далека от истины. Она мысленно представила себе подругу в объятиях любого из их компании. – С Шоном, что ли? – Конечно, такой вариант не следовало отвергать, хотя между Шоном и Изабеллой никогда не было влечения. Но это было более вероятно, чем отношения с Энди. Вариант с Билли Габриэла, естественно, сразу отмела. Что ж, Иззи и Шон много общались, особенно после смерти Кевина. Похоже, это их сблизило больше, чем можно было ожидать.
– Нет. – Изабелла жалобно затрясла головой и поморщилась от боли в висках. – С Энди.
– Да что ты?! Ого! – Гэбби выглядела ошарашенной. – Я даже подумать не могла… Конечно, он симпатичный. Правда, мне всегда казалось, что он немного незрелый. Но ведь мы просто друзья… – Гэбби улыбнулась подруге. По сути, зрелым ей казался только Билли, но не следовало ранить чувства Изабеллы. Билли был взрослым с очень ранних лет, равно как и Гэбби рано почувствовала себя настоящей женщиной. – Значит, у вас любовь, да? – спросила она, глядя почти по-матерински.
– Точно нет, – призналась Иззи, умирая от стыда. – Это была глупая затея. И теперь в связи с этой глупой затеей я разрушила нашу дружбу. А если я забеременею?
– А вы что, совсем ничем не пользовались? Ни презервативом? Ни таблетками?
