Правой рукой она хватается за изголовье кровати и со всей силы толкает его. Мы могли бы услышать, как падает булавка, потому что все, включая наших соседей, молчат.
— Ты это слышал? — спрашивает женщина.
— Да мне все равно. Пусть слушают, — признается парень.
— Не буду врать. Это очень сексуально, — говорит Далия, когда ее щеки приобретают еще более розовый оттенок.
Я задыхаюсь на вдохе.
— Что?
От женского стона по ту сторону стены мои глаза расширились.
— Засунь свой палец мне в задницу, как в прошлый раз, — ворчит парень.
— Все еще находишь это сексуальным? — прошептал я.
— Только если ему это нравится, — глаза Далии блестят так, как я не видел со времен колледжа, как раз перед тем, как все пошло прахом.
Блять. Судя по тому, как парень стонет, можно с уверенностью сказать, что он получает удовольствие от всего происходящего.
Далия снова толкает изголовье, заставляя пару затихнуть.
Будь я проклят, если испорчу ей веселье. Не уверен, что у нее было много радости, пока она встречалась с этим инструментом, и хоть раз я хочу стать причиной ее улыбки.
К черту.
Я раскачиваюсь взад-вперед с такой силой, что изголовье кровати ударяется о стену. Вместо того чтобы беспокоиться, соседи, похоже, воодушевлены нашим подслушиванием.
— Куда ты меня хочешь? — хриплый голос Далии заставляет мой член встать по стойке смирно.
— Ты на моем лице звучит как неплохое начало.
— Что?
— Ты меня слышала, — я постукиваю пальцами по губам. — Раздвинь ноги и покажи, что принадлежит мне.
Ее лицо из розового превращается в красное.
— Я… Мы…
— Если ты собираешься открывать свой рот, то лучше сделай это губами, обхватив мой член.
Она хватает ближайшую подушку и запускает ее мне в голову, но я успеваю отбить ее.
Кончиком указательного пальца я провожу линию от ее шеи до помидорно-красной щеки.
— Кто-то стесняется, — после стольких лет борьбы с ее постоянными поддразниваниями мне приятно оказаться по другую сторону.
Ее ноздри раздуваются.
— Прекрати.
— Почему? Боишься, что тебе понравится?
— Как будто я могу хотеть, чтобы твой член находился рядом с моим ртом.
— Значит ли это, что две другие дырки свободны?
— Только если твои тоже, mi amor26, — она проводит большим пальцем по моей нижней губе.
Блять. Я, а также наши соседи, замолчали. Ее комментарий не должен был быть таким горячим, но, черт возьми, мой член кажется достаточно твердым, чтобы сломаться пополам.
Далия дышит так тяжело, что я сомневаюсь, не выстрелит ли у нее огонь из ноздрей.
Ты зашел слишком далеко. Слишком далеко.
— Дал…
Она садится мне на колени и зажимает мне рот правой рукой.
— Ш-ш-ш. Никаких имен, — шепчет она.
— Извини, — мой ответ прозвучал приглушенно.
Она пытается соскользнуть с моих коленей, но я удерживаю ее на месте, обхватив руками за бедра.
Мы оба смотрим друг другу в глаза.
Что ты делаешь?
Ее взгляд опускается на мои губы, которые дрожат от одного ее взгляда.
То, о чем я, вероятно, еще пожалею.
Не в первый раз.
Она, кажется, приходит в себя первой, пытаясь вырваться из моей хватки, но глаза у нее выпучиваются.
— Ты… — она сглатывает достаточно сильно, чтобы это было заметно, прежде чем снова двигает бедрами, заставляя меня шипеть, когда трется о мою эрекцию. — О боже!
— Остановись.
— Ты твердый, — объявляет она, ее щеки раскраснелись. — Это потому…
Что-то громко ударяется о стену, затем раздается еще один стон.
— Угадай, — огрызаюсь я.
Она покачивает бедрами, и я со стоном откидываю голову назад. Хихиканье, которое она издает, заставляет меня бороться с двумя разными эмоциями – и ни одна из них не является хорошей.
Она проводит пальцем по моей груди.
— Я польщена.
— Заткнись.
— Нет. Знать, что я так влияю на тебя… — она прижимает пальцы к губам и издает звук поцелуя. — Правосудие свершилось.
— Я покажу тебе правосудие, — я хватаю ее за шею и тяну, притягивая к себе. Ее глаза закрываются, когда она наклоняется вперед только для того, чтобы они открылись от бьющего в уши звука, когда наши соседи находят свое освобождение.
Далия спрыгивает с кровати и мчится в другой конец комнаты, а я откидываю голову на подушку и стону.
Мне не нужен список «за» и «против», чтобы напомнить все причины, по которым поцелуй с Далией – плохая идея. Это только усложнит ситуацию, а с учетом всего, что происходит в нашей жизни, лучше не раскачивать лодку, когда ее конструкция не более прочная, чем у тонущего «Титаника».
Я вылезаю из кровати, хватаю телефон и направляюсь в ванную, прикрывая Далию от своего бушующего стояка. Моя голосовая почта забита сообщениями от мамы, Сэма и Рафы, которые я игнорирую, чтобы принять горячий душ.
Подрочить – самый разумный выбор, хотя думать о Далии во время этого – точно нет. Поначалу я пытаюсь сопротивляться, но задача кажется невыполнимой, поскольку меня захлестывают ее образы.
Я представляю множество идей, всплывающих в моей голове после нашего театрального представления.
Она сидит на моем лице.
Я трахаю ее языком и ртом, пока она не угрожает перекрыть мне доступ к кислороду.
Ее губы обхватывают мой член – лижут, целуют, сосут – пока она разрушает мой мир одним оргазмом.
Мой позвоночник покалывает с каждым разочарованным движением руки, а дыхание учащается, пока я не задыхаюсь от фантазии о том, как Далия захлебывается моим членом, проглатывая мою разрядку.
Блять. Блять. Блять!
Последний образ заставляет меня кончить. Я сдерживаю свой оргазм, сжимая в кулаке свой член, двигая по нему рукой с такой силой, что начинаю шипеть.
Только когда я спускаюсь с высоты и возвращаюсь в реальность, я понимаю, что сделал. Думать о том, чтобы трахнуть Далию, – это одно, но прийти к ее видению? Это уже совсем другой уровень пиздеца.
Я жду, когда стыд овладеет мной, но этого так и не происходит. Вместо него в голове крутятся мысли о том, что может произойти, если я перестану игнорировать очевидное.
Борьба с моим влечением к Далии – это проигрышная битва, и если есть что-то, что я ненавижу больше всего, так это быть побежденным ею.
Глава 26
Далия
Я должна была догадаться, что сегодняшний день обернется катастрофой, с того самого момента, как проснулась в объятиях Джулиана, который ворчал мое имя во сне. Меня пугала не сама мысль о том, что я ему снилась, а то, что я при этом чувствовала.
Наш день быстро свернул на неизведанную территорию, и я чувствую себя как потерянный корабль, пытающийся ориентироваться в бурлящем море смешанных эмоций.
Я прижимаю ухо к двери ванной, услышав странный шум, доносящийся изнутри. Мурашки бегут по коже, когда Джулиан произносит мое имя, а затем ругательство. Моя кожа горит от этих звуков, и меня одолевает новое ощущение, стягивающее нижнюю часть тела.
Ты могла бы предложить что-то типа «друзей с привилегиями».
Вот только мы с Джулианом не друзья.
Значит, только «с привилегиями»?
Заманчивое предложение, но я никогда не была любительницей случайного секса. Я из тех, кто сначала влюбляется, а потом занимается сексом, так что предложить ему что-то другое может стать рецептом катастрофы.
А может быть, это именно то, что тебе нужно.
Когда труба скрипит и вода отключается, я бросаюсь в угол кровати, сажусь и достаю телефон.
Через несколько минут за Джулианом, одетым в голубые джинсы и футболку, выплывает облако пара.
— Привет, — он вытирает полотенцем затылок.
— Хорошо принял душ?
— Ага, — он не может долго смотреть мне в глаза.
