— Поясню, когда я сказала «не торопись», я имела в виду, когда твой язык находится внутри меня.
— Неужели? — спросил он своим раздражающе сухим голосом.
— Я понимаю, что ты ждал тридцать долгих, мучительных лет, чтобы лишиться девственности, и все…
Я теряю сознание, когда он раздвигает мои бедра. Какой бы контроль ни был у него раньше, он теряет его после одного движения языком по моему капающему центру.
Он поглощает меня с таким жадным голодом, какого я никогда не испытывала от партнера, и я боюсь, что он действительно может перестать дышать от того, как сосет, лижет и дразнит меня, не отрывая головы.
Я теряю всякое представление о времени, пока он наслаждается мной. Он изучает мою реакцию, словно я его любимый предмет, совершенствуя технику поглаживания, облизывания и посасывания, пока я не начинаю умолять о разрядке.
Давление внизу нарастает, боль усиливается с каждым движением его языка и каждым посасыванием моего клитора.
Мои бедра дрожат рядом с его головой, пока я борюсь со своим оргазмом, сражаясь между желанием кончить и желанием, чтобы это продолжалось.
Его глаза закрываются.
— Такая красивая.
Я вздрагиваю, когда он проводит языком по моему клитору, одновременно погружая в меня палец. Мои конечности дрожат, когда после этого он добавляет еще один, отправляя мои нервы в режим срыва.
— Такая отзывчивая, — он вытягивает пальцы, чтобы доказать свою точку зрения. Все мое лицо вспыхивает, вызывая у него дьявольскую улыбку.
— Такая идеальная для меня, — он загибает пальцы и поглаживает мой клитор изнутри, мгновенно заставляя меня увидеть звезды. То, как Джулиан умеет манипулировать моим телом со всех сторон, заставляет меня пожалеть о том, что я сомневалась в его умениях в постели. У меня и раньше был хороший секс… но это?
Джулиан мог бы вести занятия по женскому оргазму.
В моей голове не остается ни единой мысли, когда я с криком кончаю. Тепло заливает мое тело, как приливная волна, поглощая все на своем пути. Джулиан не перестает дразнить меня, продолжая водить пальцами, дожидаясь моего оргазма вместе со мной.
Я не знаю, сколько времени мне понадобилось, чтобы прийти в себя. Знаю только, что в какой-то момент Джулиан снова переполз на мое обмякшее тело и заключил меня в свои объятия.
Я прижимаюсь к его щеке.
— Ты хочешь сказать, что мы все это время ссорились, хотя могли бы заниматься этим?
Он с улыбкой склоняется к моему прикосновению. У моего сердца нет ни единого шанса успокоиться, если он будет продолжать делать такие милые вещи, поэтому я отстраняюсь.
Он наклоняет голову.
— Передумала?
— Нет, — хотя, наверное, стоило бы, особенно когда он заставляет меня чувствовать себя так.
— Отлично, — он целует меня в последний раз, прежде чем сползти с кровати.
— Куда ты идешь? — я указала на его толстую и столь же впечатляющую выпуклость.
Он проверяет часы.
— В следующий раз.
Мои щеки пылают, когда Джулиан помогает мне одеться.
— И что теперь? — я опускаю голову и начинаю собирать свои недавно купленные вещи.
— Мы делаем все весело и просто.
Мой желудок ныряет с длинного и крутого обрыва.
— Может быть, нам стоит установить какие-то правила? — может, у меня и не самый большой опыт в отношениях, но его достаточно, чтобы понять, что лучше всего обозначить определенные ожидания. Таким образом, если мне снова сделают больно, мне некого будет винить, кроме себя.
Он пожимает плечами.
— Если хочешь.
— Думаю, так будет лучше, чтобы мы не держали обид друг на друга из-за раненных чувств.
— Чувства? Что это такое?
Я швыряю подушку ему в голову, и он ловит ее с ловкостью ниндзя.
— Я готов согласиться на все, что ты захочешь, но мне нужно, чтобы ты была со мной откровенна.
Верно. Легче сказать, чем сделать после того, как я в последний раз была уязвима с ним.
Люди никогда не смогут научиться на своих ошибках, если не дать им такого шанса.
Я делаю глубокий, полный сил вдох.
— Мы должны сохранить это в тайне.
На его лице появляется мрачное выражение.
— Понял.
— Не то чтобы я смущалась или что-то в этом роде.
— Конечно.
— Я не хочу, чтобы люди думали…
— Что мы вместе, — закончил он за меня.
Я опускаю глаза на колени.
— У наших мам появилась бы надежда.
— Больше, чем она уже есть?
Я гримасничаю.
— Что еще?
— Мы не должны спать с другими, — от мысли о том, что он может быть с кем-то еще, у меня сводит живот.
— Мы уже выяснили, что я не люблю делиться.
— Очевидно, судя по тому, как ты вел себя как ревнивый пещерный человек рядом с Эваном, Дэном и всеми остальными, кто пялился на меня дольше нескольких секунд, — мое закатывание глаз прерывает подушка, врезавшаяся мне в лицо.
Джулиан смеется, но только после того, как я притворяюсь, что он попал мне в глаз, начинает извиняться.
— Ой, — я выпятила нижнюю губу и фыркнула.
— Прости, — он целует мой висок, прямо над моей «травмой», и только тогда я разражаюсь приступом смеха.
Его рука переходит от прикосновения к моей щеке к обхвату моей шеи.
— Ты обманула меня.
— У тебя нет доказательств.
Его пальцы впиваются в мою шею.
— Отлично, — я срываюсь. — Да! Но это не моя вина, что ты такой доверчивый.
Он в последний раз сжимает мою шею, прежде чем толкнуть меня в плечо. Я падаю обратно на матрас, вздрогнув.
На его лице промелькнула паника, когда он потянулся, чтобы помочь мне сесть.
— Черт. Мне так жаль. Ты в порядке? Мне следовало быть более осторожным…
Я поправляю перевязь.
— Расслабься. Это была случайность.
Его лицо бледнеет.
— Если подумать, нам стоит подождать, пока тебя осмотрит врач, прежде чем решим начать наши отношения, — он делает большой шаг назад.
— Это произойдет только через две недели!
— Я не собираюсь рисковать тем, что ты снова пострадаешь.
Мое сердце предательски ныряет прямо на вражескую территорию, обнажая мою слабость
Его.
Я не уверена, как долго продлится наша с Джулианом связь, но я планирую извлечь из нее – и из него – максимум пользы, пока не придет время уезжать.
Глава 27
Далия
Легко провести остаток утра в нашем собственном маленьком пузыре, пока мы забираем инвентарь для фестиваля и едем обратно к озеру Вистерия. Пока Джулиан включает наши любимые песни со времен школы, а я напеваю слова во всю мощь своих легких, время летит незаметно, пока мы едем обратно в город.
Меня охватывает странное чувство, когда Джулиан убирает свою руку с моего бедра, и я тоскую по его прикосновению, пока мы едем к парку, где будет проходить Праздник урожая.
Мы оба находимся в разных концах парка, пока помогаем его маме со всем необходимым для завтрашнего мероприятия. Джулиан держит свое обещание не прикасаться ко мне на людях, хотя несколько раз я замечала, как он смотрит на меня со странным выражением на лице.
Проснувшись в субботу, я была приятно удивлена тем, что во мне бурлит волнение, а не чувство тяжелого страха. Это хороший знак, которым я планирую поделиться со своим психотерапевтом во время нашей следующей сессии, и которым я планирую воспользоваться сегодня, отправляясь на Праздник урожая в утреннюю смену.
В это время мало кто интересуется бунуэлос59, поэтому я развлекаю себя тем, что наблюдаю, как Джулиан с трудом управляется со стендом с чампуррадо58.
— Все в порядке? — спрашиваю я, когда он ругается про себя по-испански.
Он вытирает лицо тыльной стороной ладони.
— Отлично.
— Эй, мистер. Поторопитесь! Я теряю терпение, — кричит десятилетний ребенок из конца очереди.
Я смеюсь, когда несколько человек начинают его поддерживать.
