Конор в отчаянии ткнул пальцем в циферблат часов.
Чувствуя себя на седьмом небе от счастья, Кейт рассмеялась:
— Ах, Конор, если бы вы даже захотели, у вас все равно получилось бы скомканно. Вам не кажется, что, если бы у вас была целая вечность, вы все равно примчались бы ко мне в последний момент?
— Но мне же нужно было как-то за вами поухаживать?
— Все равно результат был бы тот же. Если бы я отказала вам, вы бы сочли, что мне нужно еще подумать. Уж если вы приставляете эту свою лестницу к небу, вы ни за что не согласитесь признать, что луны, за которой вы туда лезете, может там просто не быть.
— Вы дразните меня моими собственными словами. Неужели вы и впрямь считаете меня чем-то вроде бульдозера?
— Да, это было бы справедливо, только папа подобрал для вас более подходящее название — «джагернаутова колесница», — сказала Кейт и вдруг погрустнела.
Конор молча смотрел на нее, потом нежно взял ее за подбородок.
— Что с тобой, Кейт? Что такое ты вспомнила? Быть может, это из-за той вражды, которая была у нас с твоим отцом?
Она покачала головой:
— Нет, ты был прав. В глубине души он понимал, что вы оба на одной стороне, и перед самой смертью сказал это. Я очень хорошо помню это. Он был почти уже без сознания, когда бормотал, что мог бы выбрать тебя для меня, если бы…
— Он вправду сказал так?! Почему ты никогда мне не говорила?
— Как я могла сказать тебе это, если, несмотря на всю твою доброту к нам с Брайди, считала, что нас разделяет целая пропасть?
— Но тогда мне не пришлось бы приставлять эту лестницу к небу и ждать, когда ты уладишь свои отношения с Риганом! Ах, Кейт, сколько времени мы потратили напрасно! Скажи, когда ты выйдешь за меня? Когда, a thaisge?
— A thaisge? Вот как? — Радостная и счастливая, Кейт сказала игриво: — Быть может, скоро. Но только знай: если ты опять будешь называть меня этим своим «моя дорогая», я могу и передумать!
— Только попробуй! И знаешь, моя… Кстати, я никогда не называл тебя таким словом! — с горячностью возразил он.
— Называл. Твои скромные познания в гэльском позволяют тебе считать, что a thaisge означает именно это. Разве не так?
Конор расхохотался:
— С чего ты взяла это, Кейт?
— С чего взяла? Ты сам сказал.
— Я такого не говорил. Я только спросил тебя, не возражаешь ли ты против слов «моя дорогая», а ты почему-то обиделась. Но если б ты не была мне дорога, то кому ты тогда дорога? Кроме того, я подумал, что ты можешь заинтересоваться и узнать, что оно означает, а потом прийти ко мне и спросить, с какой стати я называю тебя «своим сокровищем»? Тогда бы, конечно, я без обиняков объяснил бы тебе. Но как ты узнала, скажи?
Кейт принялась было рассказывать, но в этот момент громкоговоритель объявил: «Пассажиров, имеющих посадочные талоны на рейс „Корк — Белфаст“ через Дублин просим пройти к выходу номер два. Просьба не курить. Благодарим за внимание».
Когда объявление смолкло, все, кого оно касалось, направились к выходу. Кейт показала Конору посадочный талон.
— Мне надо идти, — сказала она.
Он кивнул:
— Кейт, тебе действительно надо?
— Боюсь, что да. Мой начальник в Лондоне был и так добр ко мне все это время, и я не хочу подводить его. Кроме того, меня ждет леди Соумс, и я надеюсь повидаться несколько минут с Брайди во время остановки в Дублине.
— Ах, Брайди… Интересно, что она скажет насчет нас?
Кейт рассмеялась:
— Она, конечно, глаза вытаращит от удивления. Но я ей напомню, как она однажды сказала, что хотела бы иметь такого брата, как ты.
— Благослови Бог ее доброе сердце! А Риган?
— Он тоже будет рад за нас, я это точно знаю. — Кейт встревоженно посмотрела на очередь, выстроившуюся у выхода на посадку. — Конор, милый, мне нужно идти!
— Иди, — сказал он и поставил ее сумку, которую держал уже было наготове. — Только не кажется тебе, что даже государственные авиалинии могли бы позаботиться о том, чтобы люди могли спокойно попрощаться, и отвести для этого специальное место? Потому что, понимаешь, Кейт, когда я тебя сейчас поцелую, все это увидят. Ты не возражаешь?
— Возражаю? Почему я должна возражать? — сказала она и бросилась в его объятия.
Высокомерно и надменно величественная старая вдова смотрела на них из-под шляпки, словно через наведенный лорнет. Проходивший мимо пустой носильщик закатил глаза под потолок и присвистнул. Молодая мамаша, не видя ничего вокруг, озабоченно качала малыша. Собачонка, растянувшаяся в своей клетке, лениво глянув на них, зевнула и свернулась клубочком, чтобы спать дальше.
Но двое влюбленных, целовавшиеся посреди зала, не видели никого вокруг. Прильнув друг к другу, они слились в долгом страстном поцелуе, в котором было все — и мучительная боль расставания и сладкое ожидание встречи.
Но времени уже не оставалось. Турникет за Кейт захлопнулся, и сквозь его решетку Конор прошептал ей вслед:
— Еще до того, как ты вернешься, я приеду к тебе, a thaisge. А когда ты вернешься навсегда, озеро будет ждать тебя!
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
